в холодное озеро. Ахнула, а затем наслаждалась этим ощущением, потому что оно очистило мою голову от наполненного похотью тумана. Данило подмигнул мне и нырнул головой вперед, окропив меня ледяной водой. Мгновение спустя он выплыл на поверхность.
Ухмыляясь, он подплыл ко мне и притянул к себе. Я обвила его ногами и снова поцеловала. Он переместил нас на берег, чтобы он мог стоять и держать нас обоих над водой. Данило погладил меня по спине, затем опустился ниже, сжимая мою задницу.
— Данило, — прошептала я.
Я не знала, как выразить свою потребность.
— Скоро, — пообещал Данило.
«Скоро» прозвучало слишком далеко. Сейчас мне нужно было облегчение, но я позволила себе погрузиться в поцелуй наслаждаясь моментом.
Несмотря на все старания Данило, я начала дрожать в холодной воде.
— Пора согреться, — пробормотал он, отрывая свой рот от моего.
Взяв нас за руки, он повел меня обратно к мягкому галечному берегу и вверх по узкой тропинке во внутренний дворик. Доски были теплыми от огня. Я в восторге поджала пальцы ног, чувствуя, как к ним возвращается тепло.
Данило схватил одно из плюшевых полотенец, которые он положил на стул, и обернул его вокруг моих плеч, прежде чем выключить вибратор. Я бросила на него возмущенный взгляд, но он только улыбнулся, мрачно обещая то, что должно было произойти. Он начал вытирать меня успокаивающими, нежными движениями. Мои руки, спину, потом еще нежнее груди. Мои соски стали еще тверже, и не от холода. Он не торопился с моей грудью, проводя мягкой тканью по моим ноющим соскам дразнящими кругами, пока маленькие стоны не сорвались с моих приоткрытых губ. Было так хорошо, и медленно глубокая, ноющая потребность распространилась между моих бедер.
Его глаза следили за движениями его рук, когда они начали путешествие к моему животу. Он вытер мою задницу, нежно сжимая ее время от времени. Я прикусила губу, когда он опустился на колени, вытирая мои бедра, оставляя глаза на уровне моей киски. Я чувствовала, как сильно промокла, и знала, что Данило это заметит. Он поднял мою ногу, чтобы вытереть, и положил к себе на колено. Его нежное трение усилило пульсацию между моих ног, а прохладный воздух, коснувшийся моей влажной плоти, только усилил это ощущение. Глаза Данило задержались на моей киске, когда он погладил мои бедра, и я невольно сжалась под его вниманием. Наконец, он коснулся полотенцем моей ноющей плоти, нежно поглаживая меня насухо.
Мое дыхание стало тяжелым, но слишком скоро Данило закончил и бросил полотенце. Он не встал. Вместо этого он наклонился вперед и нежно поцеловал мою киску. У меня перехватило дыхание, и я протянула руки, чтобы схватить его за голову. Его теплое дыхание скользнуло по моей плоти, прежде чем он прижался более крепким, медленным поцелуем к моим складкам, его губы коснулись моего клитора. Я издала тихий стон. Я даже не осознавала, как сильно мне этого хотелось.
— Чего ты хочешь, София? — пробормотал он между поцелуями, затрудняя формирование мысли.
До сих пор я старалась держать дистанцию между нами, не позволяя такой близости. Маленькое устройство, все еще находящееся внутри меня, позволяло мне получать удовольствие без слишком большого физического контакта — странная возможность.
Я хотела освободиться, поддаться прикосновениям Данило, хотела по-настоящему сблизить наши тела, даже рискуя снова открыть свои эмоции.
— София, — простонал он. — Я тут с ума схожу. Позволь мне попробовать тебя на вкус.
Пламя едва проникало в окружающую темноту и искажало лицо Данило. Я знала, что такое же с моим, защищая меня от его пронизывающего взгляда.
Вместо ответа я сдвинула ногу в сторону, предоставляя ему доступ. Он мягко потянул за мой вибратор, заставляя застонать, прежде чем медленно вытащил его и положил на полотенце рядом с нами. Тогда он не колебался. Его язык нырнул внутрь, пробуя меня на вкус, раздвигая мои складки, исследуя мою чувствительную плоть. Я прижалась к его голове, закрыв глаза, и практически оседлала его рот. Я чувствовала себя распутной, почти развращенной, словно могла позволить себе расслабиться в безопасности темноты, могла быть кем-то другим. С каждым движением его горячего языка на моей киске, все больше моего контроля ускользало. Каждый сантиметр моего тела, казалось, пульсировал от желания. Его язык гладил и дразнил, пока не начал лизать мой клитор медленными, точными движениями, заставляя меня громко стонать.
Я посмотрела вниз, желая увидеть, что он делает. В мерцающем свете я могла видеть, что его глаза были закрыты, уверенная улыбка растянула его губы, которые были прижаты к моей киске. Он высунул язык, облизывая меня, и я не смогла сдержаться. Я кончила с резким криком, который эхом разнесся над озером, прижимаясь ко рту Данило, желая, чтобы его язык глубоко вошел в меня. Это была странная мысль, но я не могла от нее избавиться. Его пальцы впились в мою задницу, подталкивая меня еще ближе. Словно прочитав мои самые темные желания, он глубоко погрузил свой язык в меня. Я продолжала смотреть, не в силах оторвать глаз от Данило, доставляющего мне удовольствие.
Я почти рыдала от удовольствия, все еще цепляясь за его голову, не желая, чтобы это закончилось, даже когда стало слишком. Данило отстранился и прижался поцелуем к моим складкам, прежде чем двинулся вверх по моему телу и завладел моим ртом для поцелуя. Я потянулась к его эрекции, но он мягко схватил меня за запястье.
— Я хочу кончить в тебя. Завтра.
Он пристально посмотрел мне в глаза, ожидая, что я что-нибудь скажу.
Я поцеловала его, прошептав:
— Я тоже хочу этого.
Мы уселись на мебель, Данило обнял меня сзади. Пламя держало нас в теплом коконе, а тело Данило защищало меня от ветра. Деревья шелестели на ветру, волны плескались о берег. Было так мирно.
— Что случилось с твоей сестрой? — тихо спросила я, поглаживая Данило по руке.
Он не отреагировал, будто не слышал меня, и я подумала, что он решил не отвечать. Мне не хотелось давить на него, но я ненавидела основывать свое мнение на слухах и сплетнях, которые ходили в наших кругах. И спросить Эмму казалось нарушением доверия Данило, словно я проходила мимо него. Не говоря уже о том, что я хотела узнать о человеке, который рядом со мной. Эта часть прошлого Данило играла такую важную роль в его жизни, что незнание казалось невыгодным, если я хотела узнать его полностью.
— Она попала в автомобильную аварию, — пробормотал он, его голос был тяжелым от чувства вины и тоски.
Я слышала разные истории
