мире. С начала 1970-х по 1993 год золото, алмазы и другие полезные ископаемые составляли от половины до двух третей ежегодного экспорта ЮАР.
Золото и алмазы Южной Африки обеспечивали финансовые средства для существования апартеида. В этом смысле правление белых было крайним проявлением ресурсного государства: использование национального богатства недр для обеспечения власти и процветания немногих, в то время как остальные ввергнуты в нищету и бессилие. Сегодня ни одно из сырьевых государств Африки не приближается к тому уровню организованного порабощения большинства, которого достиг режим апартеида. Они также не используют расовое кредо апартеида, даже если этническая принадлежность ядовито сочетается с борьбой за получение ресурсной ренты в Нигерии, Анголе, Гвинее и других странах. Но по мере того, как их правители в сотрудничестве с транснациональными корпорациями сырьевой индустрии присваивают себе плоды нефти и минералов своих стран, сырьевые государства Африки становятся все более похожими на страны апартеида.
В то время как дети восточного Конго, северной Нигерии, Гвинеи и Нигера прозябают, бенефициары грабительской машины жиреют. Амартия Сен, лауреат Нобелевской премии, индийский экономист, который с большой проницательностью исследовал причины массового голода, пишет: "Ощущение дистанции между правителем и управляемым - между "нами" и "ими" - является важнейшей чертой голода". Эти же рассуждения можно применить и к обеспечению других базовых потребностей, включая чистую воду и школьное образование. И редко когда расстояние, о котором говорит Сен, так велико, как в ресурсных государствах Африки.
Во многих сырьевых государствах Африки во время сырьевого бума последнего десятилетия наблюдались очень высокие темпы экономического роста. Обычный показатель среднего дохода - ВВП на голову - вырос. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что концентрация богатства в руках правящего класса такова, что от этого роста выиграли в основном те, кто уже был богат и влиятелен, что делает увеличение ВВП на голову обманчивым. Более показательную картину дают другие расчеты. Каждый год Организация Объединенных Наций ранжирует все страны, по которым она может собрать достаточно данных (в 2012 году их было 186), по уровню человеческого развития, таким как уровень младенческой смертности и количество лет обучения в школе. Кроме того, они ранжируются по уровню ВВП на душу населения. Если вычесть рейтинг страны по индексу человеческого развития из ее рейтинга по индексу ВВП на голову, то можно получить представление о том, насколько экономический рост действительно улучшает положение среднего человека в этой стране. В странах с нулевым рейтингом - как в Конго, Руанде, России и Португалии в 2012 году - уровень жизни находится примерно там, где его можно было бы ожидать, учитывая ВВП на душу населения. В странах с положительными показателями уровень жизни непропорционально высок по сравнению с уровнем дохода - Куба, Грузия и Самоа возглавляют таблицу с показателями 44, 37 и 28 баллов соответственно. Отрицательный балл свидетельствует о неспособности превратить национальный доход в более продолжительную жизнь, лучшее здоровье и большее количество лет образования для населения в целом. Из десяти стран, получивших наихудшие оценки, пять - это государства с африканскими ресурсами: Ангола (-35), Габон (-40), ЮАР (-42), Ботсвана (-55) и Экваториальная Гвинея.
Показатель Экваториальной Гвинеи (-97), пожалуй, худший в мире, тем более примечателен, что ВВП на душу населения составляет почти 30 000 долларов в год, что не намного ниже уровня Испании или Новой Зеландии и в семьдесят раз больше, чем в Конго. Для крошечной страны с населением в семьсот тысяч человек можно было бы ожидать, что это означает повсеместное процветание. Но экономика страны сконцентрирована на нефти, которая составляет 75 процентов ВВП и 90 процентов государственных доходов. Продажа нефти обеспечивает 98 процентов экспорта, что лишь немного превышает долю голосов, которую Теодоро Обианг Нгема, президент с 1979 года, обычно получает на фиктивных выборах. Его сын, Теодорин Обианг, официально получает лишь скромную зарплату за занимаемые им министерские посты, но, тем не менее, является гордым владельцем особняка в Малибу стоимостью 30 миллионов долларов, недвижимости в Кейптауне и на авеню Фош в Париже, парка "Феррари" и "Роллс-Ройсов", самолета Gulfstream, картин Ренуара и Матисса и одной из перчаток Майкла Джексона, инкрустированной кристаллами. 6. По уровню жизни остальные жители Экваториальной Гвинеи занимают 136-е место из 186 стран, уступая лишь Гватемале (ВВП на голову - 5 000 долларов), а средняя продолжительность жизни составляет пятьдесят один год, как и в Сомали. Средняя продолжительность школьного образования составляет восемь лет, примерно столько же, сколько в Афганистане.
Горнодобывающая промышленность всегда занимала центральное место в планах АНК по исправлению экономической несправедливости апартеида - это был эксперимент на тему того, сможет ли Южная Африка разорвать связь между богатством ресурсов и крайним неравенством. Эта отрасль служила как пробиркой для политики апартеида, так и питательной средой для сопротивления белому правлению.
АНК унаследовал страну, в которой горнодобывающая промышленность, как и вся остальная экономика, контролировалась белым меньшинством, отказавшимся от политической, но не коммерческой гегемонии. Решением нового правительства стала политика под названием Black Economic Empowerment, или BEE, согласно которой владельцы крупнейших южноафриканских компаний передавали часть своих акций чернокожим и другим этническим группам, ранее находившимся в неблагоприятном положении. Владельцы одалживали покупателям деньги для финансирования покупки акций, которые должны были погашаться за счет будущих дивидендов. Идея заключалась в том, чтобы трансформировать экономику Южной Африки в соответствии с тем, какой радужной нацией она стремилась стать. Однако реальность оказалась иной. Большинство людей полностью поддерживают необходимость амбициозной программы преобразований", - сказал мне Мартин Кингстон, глава южноафриканского офиса инвестиционного банка Rothschild's и один из самых влиятельных и хорошо знакомых банкиров Йоханнесбурга. "Но она была несовершенна в разработке и реализации, и ею злоупотребляли. Ожидалось, что BEE станет панацеей для обедневших чернокожих южноафриканцев. Этого не произошло. Некоторые получили выгоду, но они находятся наверху, а не внизу".
Волатильность Йоханнесбургской фондовой биржи внесла хаос в сделки BEE. Многие чернокожие инвесторы прогорели, поскольку падение цен на акции привело к тому, что они не смогли заплатить за акции, приобретенные в рамках сделок по расширению прав и возможностей. Но были и те, кто получил впечатляющую прибыль - в частности, горстка чернокожих мужчин, сочетавших чувство бизнеса с безупречными связями в правящей партии.
Патрис Мотсепе, проницательный бывший юрист с семейными связями в АНК, основавший компанию African Rainbow Minerals, стал первым миллиардером в Южной Африке. Токио Сексвале, чья харизма помогла ему легко перейти от борца за свободу к магнату горнодобывающей промышленности, закрепился в платиновой отрасли и расширил свое присутствие в других секторах и за пределами Южной Африки, после чего вернулся в
