В этот момент зазвонил телефон. Сергей снял трубку. Там был Салман, который просил их поторопиться на завтрак, потому что через полчаса все туристы должны выехать из гостиницы, чтобы отправляться на озеро Клеопатры. Сергей обещал поторопиться. Из ванной Лена вышла одетой и подкрашенной, и они сразу же отправились на завтрак.
«Впрочем, когда она вышла из ванной, все сразу же изменилось. Если туда уходила надменная и обиженная светская львица, то из ванной появилась обворожительная женщина, которая буквально дрожала от желания интимной близости. На ней был почти прозрачный кружевной пеньюар, и он увидел, как напряжены от страсти ее соски. Однако он продолжал мрачно курить у окна, не в силах забыть те несправедливые и гневные слова, которые буквально несколько минут назад произносил этот чувственный рот.
Она подошла к нему совсем близко и хрипло прошептала: „Возьми меня, любовь моя, ты же видишь, как я хочу тебя“…»
— И он, — язвительно сказала Ира, намазывая бутерброд, — швырнул красавицу на кровать, одним резким движением разорвав на ней пеньюар.
— Точно, — кивнул Игорь, захлопывая книжку в дешевой обложке. — А ты откуда знаешь?
— Догадалась, — сказала Ира. — Но я не очень понимаю, почему ты решил развлечь меня на завтрак именно таким чтением.
— Между прочим, — обиделся Игорь, — я ее взял в маленьком отделении твоего чемодана. Так что это именно ты читаешь ТАКИЕ книги.
— Это не мой чемодан, — хладнокровно сказала Ира. — Я его одолжила у подруги и проверила не все отделения.
— Как можно дружить с девушкой, читающей такие книги? — спросил Игорь.
— Очень просто, — ответила Ира. — Книга как книга. Дурацкий любовный роман, причем без особой эротики. Я же дружу с мужчиной, смотрящим порнуху. Причем немецкую.
— А что плохого в порнухе? — удивился Игорь. — Там, по крайней мере, все честно. Никакого лицемерия. Сюжет, конечно, простоват, но зато все перед тобой выступают с открытым забралом. И никто из себя не строит великую литературу и великую кинематографию. Рассматривай это как учебное пособие.
— Пособие для чего? — презрительно спросила Ира. — Изображать из себя вселенскую страсть, глядя в камеру, и произносить: «Уя, уя, уя, уя, уя, уя», а в самом конце: «Вундеба»?
— Ты ничего не понимаешь в порнухе, — решительно заявил Игорь, нервно разрезая булочку.
— Согласна на все сто, — ответила Ира и раздраженно откусила бутерброд.
— Мать, не будем спорить, — примирительно сказал Игорь. — Смотри, вон наши новобрачные идут. Интересно, у них что-нибудь получилось или нет?
— Слушай, как тебе не стыдно говорить такие вещи о своих друзьях? — совершенно возмутилась Ира.
— А что я такого сказал? — удивился Игорь. — Я же просто переживаю за друга. Да и Лена нам теперь небезразлична. Она вчера вела себя паинькой. Вот я и думаю — она теперь нам родственница или нет?…
Ира хотела еще что-то сказать, но Сергей с Леной в этот момент подошли к их столику.
— Добрейшего всем утра, — радостно сказал Игорь. — Как настроение?
— Шикарное, — ответила Лена, присаживаясь. Игорь сделал понимающее лицо.
— Голова только побаливает, — сообщил Сергей, стараясь не встречаться с Игорем взглядом. — Но мы воспользовались древним рецептом, и почти все прошло.
Тут Игорь, который в этот момент отхлебнул кофе, чуть не подавился.
— Что такое, милый? — подозрительно спросила Ира.
— Хороший рецепт, — сказал Игорь, хихикая. — Мне он очень нравится.
— Вообще-то, — торопливо сказал Сергей, — я имел в виду алказельцер и холодный душ.
— А-а-а-а-а, понял, — разочарованно сказал Игорь. — Так ты об ЭТОМ способе…
— О нем, о нем, — кивнул Сергей. — А вы какой способ употребили? Что-то вы больно свеженькие для такой попойки. Я утром думал, что башка просто на две части расколется. Хорошо еще, что таблетки догадался с собой взять…
— Ну так вчера об этом способе говорилось неоднократно, — сказал Игорь, с наслаждением отхлебывая кофе. — Пятьдесят граммов виски на ночь — и голова не будет болеть.
— Насколько я плохо помню, — сказал Сергей, — мы по пятьдесят граммов выпили, чтобы не соврать, раз пять, не меньше. Это только виски. Я уж молчу о коктейлях, текиле, вине, глинтвейне…
— Слушай, вовсе ни к чему такие скабрезные подробности, — поморщился Игорь. — У меня голова тоже не железная. Однако тут главное — что ты пил последним. Если перед сном выпил пятьдесят граммов вискаря — утром все будет классно. А ты что пил перед сном?
— Глинтвейн, — признался Сергей.
— Похмелье — дело добровольное, — назидательно произнес Игорь.
— На самом деле, — вмешалась в разговор Ира, — он еще утром вискаря треснул. Поэтому такой бодренький.
— В медицинских целях, — сказал Игорь. — Исключительно в медицинских целях.
— Утром пить — это алкоголизм, — сказал Сергей.
— Если в медицинских целях — не алкоголизм, — объяснил Игорь. — Кроме того, кто мне вчера утром вискарь совал и орал, как больной слон, что надо выпить?
— Ну так тебя вчера утром вообще ничем пробить было нельзя, — сказал Сергей. — Вел себя отвратительно.
— Это он просто Вики боялся, — злорадно сказала Ира. — Первый раз вижу, чтобы Игорь кого-то боялся.
— Да никого я не боюсь, — разъярился Игорь. — Что ты чушь несешь?
— Боишься, боишься, — продолжала хихикать Ира. — Калясики тебя подкосили. Кто же знал, что с тобой всего-навсего надо в калясики поиграть?…
— Кстати, действительно, — а где Андрей с Викой? — спросил Сергей. — Вроде они же собирались в Памуккале ехать, но в автобусе их не было.
— Играли всю ночь в калясики, — предположил Игорь, — и сломали кровать. Бытовой травматизм.
— Не каркай, — сказала Ира. — Некоторые, между прочим, кровать ломают, а некоторые…
— Так, все, — сказал Игорь, стремительно поднимаясь из-за стола. — Нам уже пора. Салман назначил встречу на девять тридцать, а уже тридцать пять. Побежали, а то без нас уедут.
— Но мы же не успели позавтракать! — возмутился Сергей.
— Ваши проблемы, — хладнокровно сказал Игорь. — Надо было меньше в постелях валяться. Или в постели, — хихикнул он.
— Игорь, ты ведешь себя, как ребенок, — спокойно сказала Лена. — Что за намеки, в конце концов? Ну да, мы спали в одной постели, если тебя это так сильно волнует.
— Ну вот, — обрадовался Игорь, — а молчали. Значит, совет вам да любовь! И детишек побольше. Пошли к Салману, а то скандал будет. — С этими словами Игорь подхватил Иру за руку и потащил ее к выходу из ресторана.
— Игорь — это бродячий цирк какой-то, — сказала Лена, вставая.
— Я его обычно называю цирк на льду, — признался Сергей.
— Приходится признать, — заявила Лена, — что ни одним термином нельзя полностью охарактеризовать нашего дорогого Игоря. Как ни назови, все равно какая-то грань его натуры останется неохваченной.
— Точно, — согласился Сергей. — Умом Игоря не понять. Аршином общим не измерить. Да и об дорогу его не убьешь — точно тебе говорю.
— Ладно, — сказала Лена, стоя допивая чашку кофе. — Побежали, — тут она посмотрела Сергею прямо в глаза и усмехнулась, — любовничек.
Сергей расстроился.
— Да ладно тебе, — мягко сказала девушка и взяла его под руку. — Я же любя. Подумаешь, пушистой сволочью назвал, а ведь мог действительно в туалете на всю ночь запереть…
Сергей заулыбался.
— Все-таки, — сказала Лена, — мужики — они как дети. Мы, женщины, можем вами вертеть в любую сторону.
— Ты мне нравишься, — признался Сергей. — Еще со вчерашнего дня.
— Ну хоть со вчерашнего дня — и то хлеб, — обрадовалась Лена. — Ладно, побежали, а то ребята нас уже заждались…
Так называемое озеро Клеопатры снаружи было похоже на стадион «Динамо» в Москве: большое круглое здание со многими входами.
— Именно сюда, — объяснил невыспавшийся Салман, ведущий группу туристов, — приезжала известная царица Клеопатр, чтобы принять термальный источник.
— Принять термальный источник — дело хорошее, — согласился Игорь, который один из немногих в группе утром «подлечился», поэтому находился во вполне приятном расположении духа. — Нам растираться, как говорится, ни к чему. Утром принял на грудь источник — весь день свободен.
— Игорь, у меня сегодня нет возможности с тобой заводить препирательские настроения, — признался Салман. Вид у него при этом был довольно жалкий.
— Сдаешься, фашист? — довольно спросил Игорь, но Салман на это ничего не ответил, а только снова повернулся к туристам.
— Царица настолько ценила эти полезные ванны, бьющие из-под земли, — сказал Салман, — что приезжала сюда обновленной и уезжала постоянной. Ой, нет, прошу прощения, уважаемый тюрысты. Она приезжала постоянной и уезжала обновленной.
— Как «Запорожец» после капремонта, — прокомментировал Игорь.
