Читаем без скачивания Миры Филипа Фармера. Том 9 - Филип Фармер

Бертон попробовал покрутить дверную ручку. Она повернулась, но дверь не открылась. Бертон заколебался. Судя по всему, там внутри двое, и, возможно, они не хотят, чтобы им мешали. Если его выставят за то, что он вмешался в ссору двух любовников, выйдет настоящий конфуз. С другой стороны, сконфузить его не так-то просто, а если там, не дай Бог, совершается преступление, то его необходимо предотвратить.

Бертон с силой стукнул кулаком три раза в деревянную дверь, потом дважды пнул ногой. Женщина начала кричать, но крик тотчас же оборвался.

— Откройте! — заорал Бертон и снова ударил в дверь.

Мужской голос прокричал что-то вроде «Убирайся к чертовой матери!» По крайней мере, так Бертону послышалось.

Он вытащил из кармана лучемет и вырезал дырку вокруг замка. Пихнув замок вместе с дверной ручкой внутрь, Бертон сразу прижался к стенке. И, как выяснилось, правильно сделал. Прогремело три выстрела, три пули расщепили толстое дерево. Стреляли — Бертон предположил, что стрелял мужчина, — из тяжелого ручного оружия, скорее всего из автоматического пистолета сорок пятого калибра.

— Бросай оружие и выходи! Руки за голову! У меня лучемет! — крикнул Бертон.

Мужчина разразился ругательствами и заявил, что убьет любого, кто попробует войти.

— Сопротивление бессмысленно! Ты в ловушке! — сказав Бертон. — Выходи, руки за голову!

— Можешь…

Голос мужчины внезапно оборвался, заглушенный звуков удара.

— Я вырубила его, Дик! — раздался дрожащий голосок Звездной Ложки.

Бертон толкнул дверь и прыгнул в комнату, держа лучемет наготове. На толстом восточном ковре ничком лежал голый, чернокожий человек. На затылке у него запеклась кровь. Рядом валялась, золотая статуэтка, запачканная кровью.

Бертон выругался. Звездная Ложка стояла совсем обнаженная, с синяками на лице и руках. Один глаз начал заплывать. По полу была разбросана разорванная в клочья одежда. Рыдая и всхлипывая, китаянка подбежала к Бертону, и он прижал к себе ее вздрагивающее тело. Но, увидав, как мужчина пытается подняться с пола, Бертон отпустил Звездную Ложку. Подобрал автоматический пистолет, взялся за дуло и шарахнул мужчину по затылку. Тот беззвучно свалился обратно.

— Что стряслось? — спросил Бертон.

Она не могла вымолвить ни слова. Бертон подвел ее к столу и налил стакан вина. Она выпила, расплескав половину жидкости на подбородок и шею.

Не переставая плакать, китаянка полузадушенным голосом рассказала, что случилось, хотя Бертон уже почти все угадал. Она шла к лестничной клетке, как вдруг из комнаты вышел мужчина и загородил ей дорогу. Улыбаясь, он спросил, как ее зовут. Она ответила и попыталась пройти мимо, но он схватил ее за руку и заявил, что хочет поразвлечься. У него никогда еще не было китайской женщины, и он уверен, что она просто душка, и так далее.

Несмотря на ее сопротивление, мужчина затащил Звездную Ложку в комнату.

От его поцелуя, разящего виски, ее чуть не стошнило. Она попыталась закричать, и тут он зажал ей ладонью рот, пихнул ее так резко, что она упала на пол, потом запер дверь на замок и сорвал со своей жертвы одежду.

К тому времени когда Бертон услышал ее крик, Звездную Ложку изнасиловали уже три раза.

Бертон связал насильника, взял из конвертера успокойтельное и протянул несчастной женщине стакан воды. Потом завел ее в ванную комнату и принялся поливать водой из душа, пока она отмывалась, все еще дрожа и плача.

Вытерев Звездную Ложку, Бертон заказал, в конвертере одежду, помог ей одеться и уложил на диван. После чего сел за пульт компьютера и вызвал Терпина.

— Вот сукин сын! Ну я ему покажу! — хмуро заявил Терпин, выслушав рассказ. Он посмотрел на человека, распростертого на полу, и добавил:

— Это Крокет Данауэй. Вечно от него одни неприятности. Я давно наблюдаю за ним.

Подождите, я сейчас приду.

Вскоре Том Терпин в сопровождении нескольких гостей вошел в комнату.

Алиса, Софи и Афра сразу же взяли шефство над Звездной Ложкой и увели ее в соседнюю комнату. Терпин вытащил шприц, полный адреналина, и вколол Данауэю в задницу. Через минуту тот застонал и встал на четвереньки. Увидав незваных гостей, он вытаращил глаза и прохрипел:

— Что вы тут делаете?

Терпин не ответил. Данауэй встал, доплелся до кресла, плюхнулся в него, нагнулся и уронил голову в ладони:

— Башка раскалывается — ну просто подохну сейчас!

— Подохнешь, только не от головной боли, — резко заявил Терпин.

Данауэй поднял голову. Налитые кровью, чуть раскосые глаза его вперились в Терпина.

— О чем ты говоришь? Эта сучка повесилась мне на шею, а когда я ее ублажил, разоралась и начала звать на помощь. Я тут вообще ни при чем, это все она, косоглазая шлюха. Видно, заслышала, что ее мужик приближается, и решила устроить спектакль.

— Она не могла меня услышать, — отозвался Бертон. — Я шел себе по коридору, и, если бы не услышал ее крик, так и прошел бы мимо. Это ты во всем виноват, приятель.

— Господом Богом клянусь, ничего я не делал! Она сама попросила меня, чтобы я ее развлек.

— Что толку спорить? — сказал Терпин. — Сейчас мы проглядим твою память и узнаем правду.

Данауэй зарычал и спрыгнул с кресла. Но до двери не добежал — ноги под ним подкосились, и он рухнул на пол.

— Ага! — воскликнул Терпин. — Так я и думал. Данауэй, здесь у нас насильникам не место. Ты, голубчик, здорово влип!

Данауэй поднял голову, пуская слюни изо рта:

— Нет! Господом Богом клянусь…

Терпин велел двоим своим телохранителям усадить его в кресло за пультом компьютера.

— Через пару минут нам все станет ясно!

Данауэй попытался было воспротивиться, но, получив две плюхи, обессиленно сник. Его усадили в кресло, и телохранитель велел компьютеру показать на экране воспоминания Данауэя за последний час. Пока демонстрировалось неопровержимое доказательство его вины, насильник трясся и мычал что-то нечленораздельное.

— Я не просто убью тебя, — сказал Терпин. — Я сотру твою телесную матрицу.

Ты никогда больше не сделаешь такого ни с одной женщиной. Тебе конец, Данауэй!

Луч, выпущенный из лучемета Терпина, оборвал истошные вопли насильника.

Данауэй упал на пульт головой, на которой виднелись две аккуратные дырочки.

— Киньте его в конвертер и кремируйте, — велел Терпин своим телохранителям.

— Ты действительно собираешься стереть его матрицу?спросил Hyp.

— Почему бы и нет? Он никогда не изменится.

— Ты не Бог.

Терпин нахмурился было, но тут же рассмеялся:

— Ну и хитрый же ты, Hyp! Ты совершенно заморочил мне голову своими религиозно-философскими рассуждениями. 0'кей. Значит, не стирать? А он, вернувшись в долину, начнет насиловать и избивать других женщин. Ты согласен взять это на свою совесть?