Козьма Прутков
А так как наша книга посвящена обману, давайте перечитаем те из афоризмов К. Пруткова, в которых так или иначе затрагивается это явление:
Не уступай малодушно всеобщему желанию, если они противны твоим собственным; но лучше, хваля оные притворно и нарочно оттягивая время, норови надуть своих противников.
Под сладкими выражениями таятся мысли коварные: так, от курящего табак нередко пахнет духами.
Единожды солгавши, кто тебе поверит?
Если на клетке слона прочтешь надпись «буйвол», не верь глазам своим.
Что есть хитрость? — Хитрость есть оружие слабого и ум слепого.
Чувствительный человек подобен сосульке; пригрей его, он растает.
Люби ближнего, но не давайся ему в обман! Говоря с хитрецом, взвешивай ответ свой. Не во всякой игре тузы выигрывают!
Говоря о литературных мистификациях, надо отметить, что отнюдь не всегда в них имеется обман или скрытая тайна. Бывают мистификации и иного толка — они лишь создают видимость загадки, в то время как ее там нет. Для примера возьмем стихотворение «Бармаглот» из книги Льюиса Кэрролла «Алиса в Зазеркалье». Оно начинается так: Варкалось. Хливкие шорьки Пырялись по наве. И хрюкотали зелюки, Как мюмзики в мове.
Бесполезно искать в этом стихотворении скрытый смысл, как это пытались делать многие филологи и литературные критики, — его просто нет. Однако сама Алиса очень верно отметила, что это стихотворение «наводит на всякие мысли, хотя и неясно — какие». Оно рождает ассоциации, совершенно разные у разных людей, и в этом его скрытая тайна. Но каждый человек разгадывает эту тайну по-своему, и такие понятия, как «истина» и «ложь», теряют здесь свой первородный смысл.
Обман этого нелепого стишка заключается в том, что он заставляет читателя чувствовать себя обманутым, не будучи таковым. «Смотрите на жизнь проще, господа, — как бы говорит автор. — И не пытайтесь при помощи логических рассуждений разгадать истинное значение слов «хливкие шорьки» или «бармаглот». Его просто-напросто нет! Станьте вновь раскованным ребенком, отпустите на волю свое воображение, попытайтесь силой своей фантазии создать этих неведомых зверюшек, и вы получите искреннее удовольствие от этой игры».
Теперь от литературных мистификаций перейдем к дружеским, которые нередки в компании близких друзей, где не обижаются на веселые шутки.
Знаменитый русский певец Федор Шаляпин в жизни был довольно скупым человеком, и над этой его чертой иногда подшучивали Друзья. Живописец Константин Коровин вспоминает, как однажды Шаляпин пригласил своих друзей — Серова и Коровина — завтракать в «Эрмитаж». Коровин, большой любитель пошутить, уговорил директора ресторана поставить в счет холодного поросенка, но не подавать его.
После обеда директор подал счет Шаляпину, и тот, как всегда, внимательно изучил его.
Описание дальнейших событий предоставим автору записок:
«— Поросенка не было.
— Как не было? — сказал я. — Ты же ел.
— Антон, — обратился Шаляпин к Серову, — ты же видел, поросенка не было.
— Как не было? — изумился Серов. — Ты же ел!
Шаляпин посмотрел на меня и на Серова и, задохнувшись, сказал:
— В чем же дело? Никакого поросенка я не ел. Директор ресторана стоял молча, понурив голову.
— Отличный поросенок, — сказал я, — ты съел скоро, не заметил в разговоре.
Шаляпин тяжело дышал, ни на кого не смотря. Тут директор не выдержал:
— Это они шутить изволят. Велели в счет поросенка поставить. Шаляпин готов был вспылить, но, посмотрев на Серова, рассмеялся».
Надо признать, что наша напряженная и суматошная жизнь, наполненная постоянными заботами о хлебе насущном под лозунгом «Money, money!», оставляет весьма мало времени для шуток и смеха. Мы, как минеры, вынуждены тщательно взвешивать все свои слова и поступки, чтобы определить необходимый уровень откровенности в общении с другими людьми. Человек вынужден скрупулезно отмеривать правду и ложь на незримых весах своего сознания, а малейшая ошибка в этом тонком процессе грозит потерей денег или общественного уважения.
И есть лишь один день в году, когда мы можем врать и шутить без оглядки — это Первое апреля, день смеха, юмора и шуток. Чаще всего в этот день испытанию подвергается такое людское качество, как доверчивость. В первый день апреля доверять людям не рекомендуется, Ибо вас может обмануть кто угодно — от собственных детей до лучшего друга. Еще его называют Днем дураков, ибо это единственный день в году, когда мы не боимся показаться глупыми и безрассудными перед другими людьми. А тот, кто забывает про этот беспрецедентный праздник, и в самом деле рискует оказаться в дураках, как это произошло в начале XX века с известным филологом Н. О. Лернером.
В 1918 году в журнале «Наш век» видный пушкинист, отдавший долгую жизнь кропотливым изысканиям, Н. О. Лернер поделился с читателями большой радостью: ему удалось обнаружить окончание пушкинской «Юдифи». В ряду пушкинских творений, незавершенных и незаконченных, «Юдифь» занимает достойное место; по силе, выразительности, по библейской строгости и простоте эти сорок строк не уступают другим созданиям нашего гения, и поэтому счастливая находка не могла не взволновать старого текстолога.
Публикации Лернера предшествовало следующее: копия рукописи была ему прислана из Харькова неким Зуровым, инженером-электриком. Был, мол, у него приятель по фамилии Кащенко, у которого была кухарка; кухарка померла, а после нее остался сундук с вещами, о которых ничего никому не было известно. И вот в этом-то сундуке среди прочего хлама было обнаружено несколько исписанных листов бумаги с водяными знаками 1834 года.
Зуров счел своим долгом отправить эту рукопись Лернеру, зная, что он является виднейшим знатоком эпохи.
Но почтенный пушкинист не обратил внимания на дату отправления и получения письма. А оно было отправлено из Харькова 21 марта с таким расчетом, чтобы получить его именно к 1 апреля. Первоапрельская шутка удалась, и «пушкинский» текст был опубликован.
Спустя несколько дней в журнале «Книжный угол» А. Слонимский, тогда молодой литературовед, доказал, что только литературной близорукостью можно объяснить то легковерие, ту неразборчивость, которую проявил почтенный и уважаемый ученый. Почти одновременно со статьей А. Слонимского было опубликовано откровенное признание автора подделки. Это был молодой поэт Сергей Бобров из группы «Центрифуга». За несколько лет до того Бобров ухитрился послать в один из журналов стихи Баратынского под чужой подписью. Стихи были удостоены ответа: «неплохо, но несамостоятельно, явное подражание Брюсову».
Первоапрельские шутки бывают разные: добрые и злые, остроумные и тупые, веселые и грустные. Правда, воспитанный человек все же старается сделать так, чтобы шутка не была жестокой, но бывает и иначе. Вспомним хотя бы сотрудников «Геркулеса» из романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок»:
«Что же касается сослуживцев, то это были люди серьезные и шутили только раз в году — первого апреля. Да и в этот день веселых забав и радостных мистификаций они оперировали только одной печальной шуткой: фабриковали на машинке фальшивый приказ об увольнении Кукушкинда и клали ему на стол. И каждый раз в течение семи лет старик хватался за сердце, что очень всех потешало».
И закончить данную главу хочется на чистой и веселой ноте — непосредственном детском обмане. Николай Козлов пишет, что довольно часто люди строят свой Внутренний Мир по определенному типу: Джунглей, Арены, Делового мира. Светского салона или Детского сада. Мир Детского сада незаменим, когда нужно кого-то обмануть, так как там вранье ненаказуемо, ибо получает звание Игры. Дети часто «придумывают» разные небывалые приключения, которые трудно назвать обманом. Это всего лишь проявление их творческой фантазии. В качестве иллюстрации Козлов приводит такой пример:
«Я спрашиваю своего Ваню:
— Почему у тебя все лицо в зеленке? Он улыбается:
— А меня зеленый крокодильчик укусил.
Естественно, он говорит неправду, но все довольны и смеются. Это фантазия-игра, шутка, то есть форма, когда врать можно».
Глава 6. Обман в нашей жизни
История
Бог не может изменить прошлое, но историки могут.
Сэмюэль Батлер
Обман, фальсификация и подлоги — нередкое дело в истории. Человечество накопило их в таком количестве, что поневоле задумываешься, как с ними разобраться.
Во-первых, предметом подлога могут быть как произошедшие события, так и предметы материальной культуры (рукописи, монеты, скульптуры, предметы быта и др.). Сдругой стороны, можно классифицировать исторические подделки по целям, которые ставили перед собой люди, намеренно искажающие историю. Так, одни из них, искажая реальные факты, надеются на получение политических дивидендов, другие думают только о собственной выгоде, третьих толкают на подлог чрезмерно развитое честолюбие и желание прославиться во что бы то ни стало. В результате то, что мы считаем реальными историческими событиями, оказывается странной смесью, состоящей из легенд, сплетен, злого умысла, смутных преданий, интриг, самооправданий и лишь небольшого количества действительных фактов.
