что она выжила бы, если бы Трей не накачал ее наркотиками.
Я знаю, Хлоя давным-давно простила меня за то, что я сделала той ночью, и я наконец-то прощаю себя.
— Итак, теперь, когда ты вылечил меня, я могу, наконец, сказать тебе, что я хотела сказать тебе в тот день в раздевалке.
Уэс прекращает свой восхитительный массаж моей ступни, и я чуть не стону в знак протеста.
— Что это?
— Я собиралась предложить тебе покинуть кампус, если это сделает тебя счастливым.
Уэс откидывает голову назад и смеется.
— Отличная шутка, детка. Ты, блядь, никуда не денешься.
Я лучезарно улыбаюсь ему.
— Тогда я почти уверена, что достаточно оправилась для полноценной встречи выпускников.
— Да? — Он ухмыляется и сажает меня к себе на колени, как нетерпеливого щенка, заставляя меня хихикать.
Несмотря на его нетерпение, его поцелуй нежен и медлителен. Его губы нежно раздвигают мои, идеально подходят друг другу.
Когда его язык проникает в мой рот, я стону. Я трусь о его член, уже твердый для меня, и теперь я нетерпеливая.
Но Уэс продолжает не торопиться со мной. Его руки остаются мягкими на моей шее, пока не запускаются в волосы и массируют кожу головы. Я стону.
— Я могла бы привыкнуть к этому.
Ухмылка играет на его губах, все еще прижатых к моим.
— Хорошо. Потому что это остаток твоей жизни, маленький цветок.
Я насмешливо приподнимаю бровь, хотя мое сердце колотится.
— Всю оставшуюся жизнь, да? Не рановато ли говорить о браке?
Его игривая ухмылка становится серьезной.
— Я же говорил тебе, Вайолет. Ты моя. Теперь ты от меня не избавишься.
Я прижимаюсь губами к его губам и запускаю пальцы в его волосы. Именно те слова, которые я хотела услышать. Мне нужно было услышать.
Уэс укладывает меня на диван с душераздирающей нежностью.
— Все в порядке? — Беспокойство виднеется в этих поразительных голубых глазах.
Может быть, когда я продолжу выздоравливать — физически и морально, — он сможет снова обернуть свой ремень вокруг моего горла. Или свою руку. Заставит меня ползти к нему. Умолять. Может быть, даже снова погонится за мной по лесу. Когда-нибудь я признаюсь ему, что мне это понравилось намного больше, чем я показываю.
Но на данный момент это именно то, чего я хочу.
— Идеально, — шепчу я.
Его губы снова на моих, пока он не начинает покрывать поцелуями мой подбородок, челюсть и шею. Каждый поцелуй, каждое прикосновение его рук к моей коже вызывает дрожь у меня по спине.
Он был у меня так много раз раньше, но на этот раз все по-другому. Потому что я знаю, что теперь у меня есть каждая частичка Уэса. Не только его язык, пальцы и член, но и его сердце.
Тепло от его губ на моей шее исчезает, когда он смотрит на меня сверху вниз.
— Ты для меня все, Вайолет. Никто другой не прикоснется к тебе, и никто даже не подумает причинить тебе боль, когда я рядом. — Он хватает мою руку и прижимает ее к своей груди, над сердцем. — У тебя есть я. Весь я. Пока ты хочешь меня, я твой. Я бы сжег дотла каждый дюйм этого мира, если бы ты меня попросила.
Я улыбаюсь ему.
— Это очень любезное предложение, но я хотела бы продолжать жить в этом мире с тобой еще очень, очень долго, если ты не против.
— Лучшего и желать нельзя, — бормочет он.
Я притягиваю его к себе в очередном поцелуе. Мы остаемся так некоторое время, пока его рука не начинает медленно подниматься вверх по моей рубашке.
Он нежно стягивает ее мне через голову и расстегивает лифчик, медленно снимая его.
Когда мой торс обнажен перед ним, он любуется мной несколько мгновений. Пока не прикасаясь, просто смотрит.
— Мне так чертовски повезло, — выдыхает он, четко выговаривая каждое слово.
Я собираюсь сказать ему, что мне повезло, когда он перехватывает мое дыхание, втягивая мой сосок в рот. Сначала он нежен, все еще неуверенный в том, что причинит мне боль, пока я не трусь своей киской о его ногу и не дергаю его за волосы. Его руки обхватывают мою спину, притягивая мое тело ближе к нему, пока он сосет меня сильнее.
Я уже промокла насквозь, так что готова для него. Каждая деталь.
Когда он отпускает меня, то издает стон, от которого у меня покалывает пальцы на ногах, прежде чем посасывает другой сосок. Я выгибаюсь навстречу ему.
— Уэс, — выдыхаю я. — Я больше не могу ждать.
Он хихикает и скользит вниз по моему телу.
— Я скучал по твоим мольбам, детка.
Он стягивает мои шорты вниз, забирая трусики вместе с ними. Теперь я полностью обнажена под ним, и он наслаждается каждым дюймом моего тела.
— Ты такая чертовски великолепная.
Он устраивается между моих бедер, горячее дыхание касается влажности у меня между ног. Я шиплю, когда его губы запечатлевают нежный поцелуй на моем клиторе.
Прикосновение заставляет меня вздрогнуть.
— О боже!
— Просто подожди, детка. — Его язык скользит по моей щели, и я извиваюсь под ним. — Хорошая девочка, — бормочет он. — Кончи мне на язык.
Его язык обрабатывает меня большими, размашистыми движениями, не торопясь усиливая это удовольствие у меня между ног. Когда мой клитор начинает пульсировать, он втягивает его между губами, сильно посасывая меня.
Я вскрикиваю, выгибаясь дугой на диване.
— Уэс, — выдыхаю я. — Я собираюсь кончить.
— Я знаю, детка. Я хочу, чтобы твой клитор пульсировал у меня во рту. — С этими словами он погружает палец в меня.
От растяжки у меня на глаза наворачиваются слезы удовольствия. Он засовывает в меня свой палец, посасывая мой клитор так сильно, как только может, и удовольствие становится таким сильным, что я загораюсь.
Когда моя киска начинает сжиматься вокруг его пальца, он толкается внутри меня.
— Да, детка. Кончай для меня.
Я хочу. Сначала выкрикиваю его имя, прежде чем закричать, оргазм пронзает меня так, как я никогда раньше не чувствовала. Мой разум разлетается шрапнелью.
За секунду его джинсы расстегнуты, и он просовывает свой член в меня, пока моя киска все еще пульсирует. Он не торопится, медленно входя в меня. Как будто я сделана из стекла.
Пока я не притягиваю его ближе и не говорю:
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня так сильно, чтобы мои ногти оставили шрамы у тебя на спине.
Это все, что ему нужно услышать.
Он вонзается по самую рукоятку, заставляя меня кричать в экстазе.
