Ветрено за окном, а так волосы не будут мешаться перед глазами.
– Я не возражаю.
Миранда одобрительно закивала.
–Ну вот и готово. Какая же вы красавица, Айвен…, – пролопотала она, закончив труды.
– Спасибо. Вы так добры ко мне. Я этого никогда не забуду. – Айвен благодарно пожала служанке руки, а Миранда улыбнулась ей в ответ.
– Церемония пройдет в роще Истин через несколько часов. Жрицы должно быть уже начали служение Сайе.
– А вы пойдете?
– Конечно! Как только отпустите меня.
– О!.. Тогда бегите поскорее.
– Спасибо, госпожа, то есть Айвен. – Миранда просияла от радости. – На столике я оставила для вас теплого молока с медовым печеньем. Обязательно позавтракайте, а то ваше тщедушное тельце легко затопчут в толпе.
– Благодарю, милая Миранда. Не посмею вас ослушаться, – хихикнула девушка.
Служанка выскочила за дверь. Через двадцать минут за ней вышла и сытая Айвен, заблаговременно закрепив на волосах плотную, зеленую вуаль. Осталось только найти рощу Истин. Ей нетерпелось посмотреть на церемонию помолвки Данте и Фрейи, хотя бы краешком глаза.
Найти это заветное место не составило особого труда. Многочисленные гости маленькими группками, весело шутя между собой, бодро шествовали через центральные ворота замка, и почти сразу сворачивали с мощеной дороги куда-то в сторону небольшого лесочка, чуть поодаль от крепостных стен. Девушка, спрятав лицо за вуалью, последовала их примеру. Извилистая тропинка привела ее на просторную поляну, окруженную со всех сторон высокими, раскидистыми деревьями с набухшими почками на еще лысых ветвях. Но кое-где уже проклюнулись свежие листочки. А вот под ногами вовсю зеленела молодая, сочная травка с россыпью первых, весенних цветов всевозможных оттенков и красок.
Посередине поляны находился широкий, мраморный постамент, украшенный цветочными венками.
«Они из оранжереи королевы», – сразу догадалась девушка.
Вокруг него хороводом кружили молодые девушки, облаченные в белые одежды. Их глаза были закрытыми и они, держась за руки, что-то протяжно пели.
– Вот ты где, спящая принцесса, – услышала она поблизости голос Гала. – Заставила меня порядком понервничать, когда я не нашел тебя в Голубой башне.
Айвен приподняла вуаль с лица, растянув губы в приветственной улыбке.
– Я не знаю, где находятся твои покои, Гал, иначе сама бы зашла за тобой. Что они делают? – Айвен махнула головой в сторону женской компании.
– Жрицы из храма богини Сайи. Они воздают ей молитвы и просят благословить двух людей ее вселенской любовью, которые в скорости зайдут на этот пьедестал.
– Ты видел Данте и Фрейю? И где твои родители?
– Эти двое выйдут к нам в самом конце. Остальные уже давно собрались. – Он обвел рукой кромку поляны. – Посмотри внимательнее по сторонам. Все уже здесь и стоят вокруг рощицы. Сидячие места, как ты поняла, по такому случаю не предусмотрены.
Только сейчас Айвен заметила, что люди полностью окружили поляну по периметру. Никто больше не разговаривал и молча следил за обрядом. Она окинула взглядом присутствующих. Все женщины были одеты в зеленые платья, как и у нее, словно под копирку. Мужчины же были облачены в светлые одежды, непривычного ей фасона, представляющего из себя удлиненную, свободную рубаху с запахом и широкие штаны. Взгляд девушки остановился на маленькой, неприметной тени, которая затаилась между кустами, почти полностью сливаясь с ними. Она хотела было уже открыть рот и спросил Гала, кто это такой, но второй принц не дал ей этой возможности, перехватив внимание на разворачивающиеся в центре действия.
– Начинается. Смотри.
Жрицы расцепили хоровод и рассеялись по поляне. Они беспорядочно кружили с поднятыми вверх руками, но совсем недолго. Девушек было двенадцать, и они теперь объединились в пары, стоя спина к спине и образовывая шестиугольную пиктограмму. Соединили в замок свои тонкие, голые руки и запели в один голос заунывную песню, напоминающую вой ветра в дымоходной трубе.
Айвен стало тревожно и неуютно. Стук ее сердца начал медленно ускоряться, а лоб покрылся холодной испариной. Невесть откуда возникшее напряжение в ее теле стало возрастать. Она бросила быстрый взгляд на рядом стоящего Гала. Тот был совершенно спокоен и расслаблен, пристально следя за происходящим. Она опустила голову, стараясь дышать ровно и успокоиться. Через некоторое время взяв себя в руки, снова посмотрела на жриц. Их заупокойная песня плавно перетекла в шепот, а спустя несколько минут окончательно стихла. Посередине пиктограммы уже одиноко стоял Данте. Она видела его гордый, решительный профиль. Он неотрывно смотрел прямо на постамент, где его также уже поджидала Фрейя. Айвен не поняла, как и когда она пропустила их появление. Юноша и девушка были обмотаны одинаковой, белоснежной тканью, чем-то напоминавшую ей обычную, постельную простыню. Данте начал говорить и все вокруг затаили дыхание.
– Я, Данталиан Вейн Руасу, твой сын и прах от праха твоего, Великая богиня всего Сущего, прошу разрешения связать себя с твоей дочерью, которую выбрало мое сердце. Вверяю ей свою жизнь и судьбу. Благослови этот союз и подари нам свою любовь и…прощение…
Рядом с ними кто-то громко ахнул.
– Данте, что ты же творишь…, – не верящим голосом прошептал позади нее Галариан.
Айвен мотала головой из стороны в сторону, пытаясь прочесть на лицах других людей, что происходит. Вуаль слетела наземь, обнажив лицо и волосы. Данталиан развернулся прямиком к ней и в несколько шагов пересек разделяющее их расстояние. Он обхватил ее лицо ладонями и громко сказал ей прямо в губы:
– Все, что во мне – твое. Все, что в тебе – мое. И пусть навеки будет так, аннерийка Айвен из Запретных земель. Я выбираю тебя.
Айвен потерялась в нереальности происходящего, когда его губы нежно коснулись ее в поцелуе. Мир вокруг перестал существовать. Необъяснимое напряжение внутри, которое она почувствовала ранее, усилилось в стократ и превратилось в тонкую струну, словно натягиваемую вверх чьими-то сильными пальцами. Юноша прижал ее к себе еще крепче и углубил поцелуй. Он любовно обволакивал ее своей теплотой и в это мгновение ей безумно захотелось дать ему что-то в ответ.
«Все, что во мне – твое…»
Яркая, зеленая вспышка на мгновение ослепила ее. В глазах побелело. Кто-то незримый отпустил натянутую до предела тетиву, высвобождая из оков тела сгусток мощнейшей энергии. Обнимавший ее Данте вздрогнул, но не ослабил объятий. Разорвав поцелуй, он закрыл глаза, прижавшись щекой к ее лбу. Дрожащими пальцами погладил щеку девушки и прошептал:
– Здравствуй, моя Айвен… Прошу, раздели со мной свою судьбу. Я принадлежу
