- Ты права, смерть отца так сильно на неё повлияла, временами она бывает не в себе. Именно в эти моменты маменька совершает все эти глупости!
Не в себе – это мягко сказано, если учесть, что она натворила!
- Если ты больше не хочешь купить мой дом, отчего тогда предложил эту помолвку?
- Только не сердись, - Эндрю посмотрел на меня грустными щенячьими глазами, - я подумал, что если мы всё же останемся без дома, ты могла бы взять Оливию к себе. Я могу работать, снова пойти на службу, но мама… ты очень добрая, Мари! Ты бы её не выгнала!
Да, это так, я бы не выгнала бедную женщину на улицу!
- И последний вопрос: что бы ты сделал, если бы смог купить мой участок?
Я не сводила глаз с сидящего передо мной мужчины, ожидая самый главный ответ. От него зависело, что я буду делать дальше.
Глава 36
Эндрю замялся.
- У меня было несколько вариантов… самый простой: привести дом в порядок и перепродать. Я сумел договориться с несколькими лавочниками, они обещали ссудить мне деньги под будущий урожай. Если продать фарфор, столовое серебро и кое-что из обстановки, можно выручить ещё некоторую сумму. Правда, маменька будет против… - он отвёл глаза в сторону, словно стыдился того, что ему придётся расстаться с накопленным предками скарбом.
- А другой вариант? – я заглянула ему в лицо, устанавливая контакт: глаза в глаза. – Это связано с тем, что находиться под холмами? – решилась я, наблюдая за его реакцией.
Его зрачки расширились, рот удивлённо приоткрылся.
- Ты знаешь? – его голос сорвался, переходя на шёпот.
- Про уголь? – так же шёпотом ответила я.
- Тебе твой дядя рассказал?
- Нет, - качнула я головой, - сама догадалась. И не только об этом. Может, пройдём в дом, нам нужно серьёзно всё обсудить.
- Да, конечно, прости, этот негодяй вывел меня из себя!
Эндрю забрал у меня корзинку, подставляя локоть, чтобы я могла об него опереться.
- Там пироги, только испекла и решила отнести вам, пока не остыли, - пояснила я.
На крыльце корзинка перекочевала в руки горничной. Судя по взволнованному виду, служанка явно знала, кто и зачем пожаловал в усадьбу. Слуги всегда знают больше других, но вынуждены молчать. Если Сент-Хоффы лишаться дома, они останутся без работы.
- Принеси нам чай в мой кабинет, - велел Эндрю, - скажи маменьке, пусть обедает без нас.
Поднявшись по лестнице на второй этаж, мы вошли в кабинет, и я сразу подошла к висящей на стене карте. Пробежалась по условным границам своего участка, затем резко обернулась, глядя на Эндрю.
Сент-Хофф стоял, скрестив руки на груди и опираясь задом о столешницу. Длинная, отросшая чёлка падала ему на глаза, и он сдул её в сторону. Взгляд пробежался по широким плечам, останавливаясь на расстегнутом камзоле. Эндрю был необычайно хорош в этой слегка расслабленной позе.
- Что за глупости лезут мне в голову, - одёрнула я себя. – О деле нужно думать!
И уже вслух продолжила:
- Что бы ты предпринял, будь мои земли твоими?
- Я бы нанял людей и принялся копать холмы. Уголь там выходит прямо на поверхность, - признался он.
- Это долго и дорого. Нужно купить оборудование, платить рабочим, потом уголь нужно куда-то сбывать, значит, придётся зарегистрироваться в Ремесленной гильдии и оплатить весомый взнос, - я загибала пальцы, перечисляя все плюсы и минусы его идеи.
- Ещё неизвестно, есть ли в холмах уголь и сколько его там? Может, на поверхность выходят всего несколько слабеньких залежей. А качество? Будет ли он хорошо гореть? Станут ли его покупать, ведь рядом располагается шахта нашего основного конкурента – барона Сент-Моренна.
Эндрю не сводил с меня глаз, вслушиваясь в каждое моё слово.
- Я так понимаю, ты сама уже обдумывала эту идею? – догадался он.
- Ты прав, думала и нашла её не слишком выгодной, - кивнула я.
- И у тебя есть другое предложение? – прищурился он.
- Возможно, - улыбнулась я, - это будет зависеть от твоих связей в столице. Надеюсь, у тебя есть влиятельные знакомые, готовые тебя поддержать? Ещё, нам понадобиться охрана, потому что это будет опасное предприятие. Но если у нас всё получится, ты расплатишься по счетам, а я неплохо заработаю! Готов ли ты рисковать?
- Готов, моя королева! – отсалютовал он.
И я рассказала ему о шахтах, тех самых, что под землёй заходят на мою территорию. Мало того, что там добывают мой уголь, так потом его везут по моей же земле, а я не получаю с этого ни копейки.
- Откуда у тебя такие сведения?
- Шахтёры, они ужинают в моей таверне, многое рассказывали, - уклончиво ответила я, помня, что всё выпытала на одном из свиданий с Гордеем. – Вот, посмотри, - я взяла со стола карандаш и снова подошла к карте. – Это рабочий посёлок, это вход в шахты. Вот эта почти выработана, новую штольню стали копать сюда, прямо под моим участком.
А это дорога, она полностью проходит по моим землям. Уголь вывозят раз в неделю. Для начала можно было бы перекрыть им путь. Тут кругом горы, видишь, эта выемка, словно подкова с одним отломанным кончиком, тут и проходит дорога.
Я водила карандашом по карте, горы действительно образовывали подкову, в которой и расположился вход в шахту, и сам рабочий посёлок. Эта земля принадлежит барону Сент-Моренну. Края подковы упирались в более низкое плато, состоявшее из валунов разного размера. На это плато отправлялась и выработка с шахты – мелкий щебень. Пройти там сложно, но можно, а вот проехать нельзя. Даже если расчистить там место, дальше начинались земли Эндрю, так что это ничего не меняло. Оставался узкий перешеек в том самом месте сломанной подковы-горы, где и была проложена
