…Ни кайзер, ни князь, ни папа не были действительно суверенными (с. 4).
29.08.47. …Право на религиозную ошибку (заблуждение) стало основой современного конституционного права (с. 6).
02.09.47. Русские пространства широки и велики, но духовные пространства страны, лежащей между Мозелем и Заале, между Фризландом и Брейсгау, намного глубже и больше (с. 8).
03.09.47. Рыцарские и крестьянские восстания позднего Средневековья, с XIV по XVI столетие, — переходное время: новая государственная организация была уже достаточно сильна, чтобы ослабить и подавить старые порядки и их защиту (Schutz) (феодальное землевладение и феодальное право), и еще не настолько сильна, чтобы самой обеспечить мир по своему образцу и подобию (Otto Brunner, Land und Herrschaft, S. 392). Сегодня то же самое: ослабление национально-государственного порядка без четкой организации Большого Пространства (Grossraum) и даже организации, охватывающей весь мир; новая организация — уже без территориального деления и потому находящаяся в пучине вражды — загаженных пространств — и в зародыше уже расколотая на псевдофронты (с. 9).
04.09.47. Происхождение протестантизма: харизма против институции; харизма обмирщается до Gracia, так возникает абсолютный фюрер, в этом выдающуюся роль сыграл и Макс Вебер; в духовно-историческом плане все это было неизбежно (с. 9).
09.09.47. Как сохранить легальность как систему, если никто больше не хочет верить в рациональность Legislateuer (Законодателя - франц.)?.. (С. 13).
18.09.47. Материалистическое мировоззрение: мир как общественная уборная (с. 14).
21.09.47. Пространство=Присутствию … Я теряю время и обретаю пространство (с. 16).
23.09.47. Я слышу: амбивалентность, антиномия, апория и знаю, что это. Поскольку одновременно я слышу: тупик, тритон. Я слышу: критика и критический и знаю и слышу: кризис, кризис. Я слышу: протоплазма и вижу весь XIX век, с 1848 по 1948 г. Имеются универсум и плюриверсум, но нет дуэмбивер-сума. Binarius numerus infamis (Число два пользуется дурной известностью (опасно) — лат). Кто говорит: амбивалентность, антиномия, апория, уже говорит: фундаментальный раскол, т. е. гражданская война, т. е. друг и враг.
24.09.47. Реализм понятий как предпосылка юриспруденции (с. 17).
27.09.47. Государство, он (Gerhard Nebel в работе «Platon und die Polis». — Ю.П.) называет полис государством, так вот государство есть в высшей степени единичное, конкретное, обусловленное временем явление, которое следует датировать эпохой с XVI по XX столетие христианского эона и которое вышло из этих четырех веков, из Ренессанса, Гуманизма, Реформации и Контрреформации; оно есть нейтрализация конфессиональной гражданской войны, а также специфическое достижение западного (occidental) рационализма и т.д. … Государство по преимуществу продукт религиозной гражданской войны, ее преодоления посредством нейтрализации и секуляризации конфессиональных фронтов, т. е. детеологизация (с. 19).
27.09.47. Конституирование противоположности между внутренней сущностью и формальностью, отделение внутреннего от внешнего, все это по сути враждебно государству в той же мере, что и полису … Детеологизация, т. е. юридификация и метафизация, философизация, но все еще не позитивизация и технизация; царство объективного разума и т. д. Никогда Рим не был полисом … Civitas + Res publica это нечто существенно иное. Прекрасно с. 17 вмуровка души в структуру полиса; Гераклит: закон (номос) есть пространство.
Сократ: от мифа к логосу; государство: от христианской веры к объективному разуму.
…Греческий гений искал не случая, но — закона… (с. 19).
30.09.47. Элита водителей (шоферов), водителей автомашин; водитель не вождь (Fahrer nicht Fuhrer), рабочий Эрнста Юнгера, закрыть глаза и нажать на газ. Человек с улицы — сегодня шофер. Другие ходят по тротуару, покуда таковые еще имеются, в качестве уступок со стороны транспортной полиции. Человек с улицы — господин улицы; это и есть современная демократия (с. 12).
12.11.47. Гоббс — подлинный философ барокко: выставление фасада, который располагается перед фаустовским: разделение господства и власти (Людовик XIII — Ришелье; император — Валленштейн). Гоббсовское разделение внешнего и внутреннего; в этом, конечно, есть нечто от выставления фасада.
Имеет отношение к смерти. Desire of power that ceaseth only in death (Желание власти, которое прекращается лишь со смертью — англ.). Постоянный страх перед смертью; даже Левиафан — смертный Бог, Deus mortalis (Смертный Бог — лат.) … Воззрения Гоббса на власть не соответствуют ни тем, которые имели греческие софисты, ни тем, которые имел Макиавелли, ни тем, которые имел гётевский Мефистофель. Все они вместе не связывали власть ни со смертью, ни с грехами, но остались в мире реального. С этим ceaseth in death что-то расшаталось в связке бытия и власти. Гоббс не ужасается смерти, но видит ее. Он ищет защиту во власти; однако лишь защиту перед смертью с помощью других людей, власть не имеет права самовольно убивать. Это — решающее. Мы — бедные метаболики! Любой дурак может выдать себя за важную птицу, если объявит нас диаболиками.
Жизнь — это фасад перед смертью (барокко). Левиафан сам по себе есть фасад; фасад господства перед властью; тот самый полный таинственности занавес на фронтисписе Левиафана; но не один только фасад; не одно только явление; престиж, слава, честь, представительство, всевластие, но все еще по-прежнему лишь внешнее всевластие. Тогда, в эпоху барокко, превосходство внутреннего над внешним не было еще само собой разумеющимся. Вся психология и социология разоблачений была демонтажом барочного фасада и обнажением чистого ядра власти (с. 39–40).
15.11.47. Барокко Гоббса еще обладает субстанциальной публичностью (Offentlichkeit) (Спиноза не есть барокко); поэтому барокко еще обладает легитимностью, а не только легальностью; господство, а не только власть.
Император берет верх над Валленштейном, Стюарты над Кромвелем, Людовик XIII может не опасаться Ришелье. Лишь разрушение династической легитимности Луи Филиппом освобождает дорогу для голой власти. Наполеон I еще испытывает искус легитимности и постольку принадлежит барокко. Наполеон III — это одна только история, он живет плодами ушедших времен, в сопровождении оперетт. Разделение regner и gouverner (Править и управлять — франц.) и есть фундаментальный раскол, из которого выходят голая власть и легальность. Марксизм разрушил демократическую легитимность американской конституции. Право перестает быть властью, ибо становится гораздо более опасным: позитивистской легальностью.
Что означает право разума (Vernunftrecht) в этом процессе перехода от барочной легитимности к позитивистской легальности; все другое — это один лишь фасад, прежде всего образ Левиафана.
Получается так: Гоббс был единственным совершенно радикальным и полностью последовательным теоретиком правового государства и государства безопасности (Sicherheitsstaat); образ Левиафана есть для него барочный фасад. За ним помещается потребность в безопасности соперничающих властей и в конечном счете соперничающих индивидов. Поэтому индивид как таковой вынужден чем-то овладевать, спорить, утверждать, осуществлять властную политику. Странным образом Бегемот не может быть таким фасадом, как Левиафан. Как это объяснить? Тем, что наземное животное солиднее? Очень важный вопрос! Фасад именно фальшивый (с. 41–42).
