— Вот письмо, которое духовный наставник написал патриарху Здесь указана родословная, имена отца и матери.
Князья притихли, сейчас решится главный вопрос. Прекратятся многочисленные споры и догадки о происхождении братьев.
— Их отец — Иван Владимирович Скопин из Нижнего Новгорода. О принадлежности своего рода к Шуйским они ничего не знают.
Раздалось приглушенное «ах», головы повернулись к князю Владимиру Скопину-Шуйскому.
— Мой сын сгинул под Полоцком, среди убитых не найден, — послышался сдавленный голос князя.
— Их мать — Ольга Михайловна Вельская из Каунаса, — продолжил князь Иван Шуйский.
— Из Ковно, — вставая, сказал князь Михаил Вельский. — Ольга сбежала, когда я запретил ей венчаться с чужеземцем.
— Князь Иван Владимирович Скопин с княгиней Ольгой Михайловной угорели в загородном имении по недосмотру слуг. Бездыханные тела их обнаружены дядькой княжичей в одной постели.
— Обнимитесь, родственники. — В наступившей тишине голос патриарха прозвучал громовым раскатом.
Князья обнялись со слезами радости. Они обрели внуков, они узнали, что дети жили в счастье и любви. Присутствующие молчали, испытывая то особое чувство стесненности, какое всегда бывает при проявлении другими искренних душевных эмоций.
Иван Шуйский кликнул слуг, в палату внесли три картины. На двух были нарисованы портреты юношей в рост. С полотен смотрели статные светловолосые красавцы, белокурые Вельские сразу признали свое родство — Шуйские были черноволосы. Бритые европейские лица, богатые одежды и золотые цепи с драгоценными камнями. Левая рука на эфесе богато украшенной сабли. Правая рука на золотом поясе. Все пальцы в перстнях с огромными драгоценными камнями. Князей, в первую очередь, заинтересовала печатка, которую художник прорисовал очень тщательно.
— Ты говоришь, что они не признают родство с Шуйскими, а на печатках верхняя буква «Ш»! — воскликнул князь Владимир.
— Наш родовой знак, — шепнул Дмитрий Вельский, указывая на клыкастую кабанью морду.
Третья картина изображала двух юношей на фоне заснеженных гор. Вокруг них в несколько рядов на коленях стояли краснокожие данники. Из-за картин чуть не возникла ссора. И Шуйские, и Вельские хотели увезти картины к себе домой. Надо порадовать домочадцев.
— Цыц! — прекратил начинающийся спор Макарий. — Уймите свою гордыню! Картины заберу в Благовещенский собор. — Патриарх грозно посмотрел на спорящих князей: — В соборе их буду держать до тех пор, пока не одумаетесь. Впрочем, к картинам пущу, у меня на своих чад любоваться будете.
Князья пристыжено умолкли.
— Читай до конца письмо монаха да показывай свои гостинцы. — Макарий требовательно посмотрел на хозяина дома.
В письме монах много хвалил своих воспитанников. Писал об усердии в делах и здравомыслии в поступках. Особо отметил воинское умение — братья ежегодно грабили не менее четырех испанских городов. Всегда возвращались с богатой добычей, золото и серебро привозили целыми кораблями. Особо отметил, что своим золотом и серебром могут засыпать кремлевскую стену. Присутствующие удивились, хотя и поняли аллегорию. Неизгладимое впечатление произвело описание серебряной горы, где вместо скал было чистое серебро. Изобилие алмазов, изумрудов и прочих драгоценных камней князья смогли воспринять только гипотетически. Но поняли главное: родственники владеют очень богатыми землями. С усердием строят храмы и крепости, а в их руках сильное войско.
Князь Иван Шуйский перевел дыхание и достал второе письмо. Развернул свиток, пробежал глазами по тексту, затем свернул обратно.
— Сначала я покажу их гостинец, после этого письмо будет понятней. Ничего не знают наши родственники о нас.
Нестройной толпой князья вышли во внутренний двор, где выстроились ровными рядами пять десятков телег.
— Открывайте! — приказал князь своим дружинникам.
От удивления охнул даже патриарх. Два десятка телег с золотыми монетами и три десятка телег с серебряными. Такой казны нет даже у Ивана Четвертого. Шутка ли, шесть тонн золота и пятнадцать тонн серебра. О качестве денег и говорить нечего. Монеты Оружейной палаты выбивал обычный кузнец при помощи метчика и молота. Рассматривая золотые и серебряные деньги, Вельские не преминули обменяться многозначительными взглядами. На монетах был их родовой герб, да еще в короне.
Оба рода вернулись в дом в полном согласии, будто никогда не было между ними полувековой вражды. Деньги не только разъединяют, но и сближают людей. Особенно если это чужие деньги. Пока Иван Шуйский готовился зачитать письмо, родственники миролюбиво решили спор с картинами. Само письмо могло вызвать у стороннего человека улыбку. По тексту явно чувствовалось, что писавший монах хорошо знал, кому оно попадет в руки. Зато те, кто его диктовал, не имели об этом никакого понятия. По смыслу письмо являлось просьбой. Братья Скопины-Шуйские жаловались на обширные пустующие земли и просили прислать не менее тысячи крестьянских семей. Обеспечение людей инвентарем и скотиной они брали на себя. Большая нужда в знающих мастеровых для литья пушек и изготовления оружия. Далее просили не менее трех сотен людей дворянского сословия. Их города беспризорные, губернии без губернаторов. Надзор за золотыми приисками, серебряными рудниками и разработками драгоценных камней доверен случайным людям. Медные, свинцовые и оловянные шахты брошены на произвол судьбы. По этой причине они вынуждены обходить стороной новые месторождения золота и серебра. На землях есть природная сера, селитра и уголь, но они не могут отдать изготовление пороха под надзор чужих людей. В крепостях только иностранные офицеры, некоторые крепости вообще без офицеров.
Смысл письма можно было выразить одним словом: «Помогите». Как раз помочь были согласны и Шуйские, и Вельские. Каждый род сразу согласился отправить родственникам по тысяче крестьянских семей. Кроме этого совместно соберут тысячу удельных дворян. При необходимости, братья обещали прислать еще столько же золота и серебра, но здесь сыграли роль не деньги. Оба рода почуяли наживу и начали операцию внедрения. Что касается крестьян, тут вообще никаких проблем. Казаки за малую плату приведут с Дикого поля столько, сколько твоей душе угодно. Был в письме еще один момент, который требовал особого осмысления. Заморские родственники предлагали при нужде прислать тысячу обученных воинов с ружьями и пятьдесят пушек с пушкарями. При этом брали на себя денежное содержание присланного войска. Ох, не просты заморские родственники. Такой дружины нет ни у одного князя, а здесь дарят просто так. Лишь патриарх спокойно сидел в красном углу. По письмам священников он намного лучше представлял сложившуюся ситуацию. Желание юношей финансировать сразу три заморских Духовных академии, а также типографское издание Евангелия, сделали Макария их ревностным сторонником.
1
Кабала — от испанского слова алькабала. Означает налог или пошлину. В Испании в эпоху Великих открытий налог составлял два процента, что стимулировало как промышленность, так и стремление к освоению новых заморских территорий.
2
Выброска — тонкая веревка с плетеным шариком на конце. Бросается с корабля на корабль или на берег для того, чтобы что-то взять или передать.
3
Шкертик — обычная веревка, применяемая на судне в бытовых целях.
4
Люгер — тип трехмачтового парусного судна.
5
Салинг. Высокие мачты составляются из нескольких частей, которые называются стеньгами. Место соединения называется салингом.
6
Рым — кольцо.
7
Гини — система блоков для перемещения тяжелых грузов.
8
Крюйт-камера — помещение для пороха на судне.
9
Книппель — две половинки ядра, соединенные полуметром цепи. Применяется для разрушения корабельного рангоута и такелажа.
10
Галс — курс парусника относительно ветра. Идти галсами (лавировать) — когда ветер дует с неудобного направления, парусник для достижения заданного места вынужден часто менять свой курс.
11
Марсовый матрос — хорошо умеет работать с парусами.
12
Фок — название первой мачты парусного судна.
