кто? Я тут новичок, если ты забыл, – усмехнулся я.
– Да мы сами в точности не знаем, – пожал он плечами. – Элларух – что-то вроде темного божества или демона. Он реален, если что. Во всех мирах все божества, демоны и прочие могущественные сущности вполне реальны. Они дают силы и что-то требуют взамен. В одних случаях их интерес ясен, но чаще нет. Где-то такой один, где-то несколько.
– Злое зло мира, как в играх, – усмехнулся я воспоминанию о первом разговоре с Ритой. – Наша задача с ним бороться?
– Решать каждому из нас. Хочешь стать героем, борись. Не хочешь лишних проблем, занимайся простыми квестами.
– Да я как-то не знал, во что влезаю, – признался я. – Получается, что Орнелла помешала очередному культу и ее попытались убрать?
– Это не просто очередной культ. Их тут четыре основных – по два на континент. Есть более мелкие, но от главных больше всего проблем. Элларух дает силы для исполнения желания, но чем придется платить, мало кто думает. Но его влияние распространяется только на Эдерон.
– Видимо, кто думает, тот не идет в культ, – заметил я. – Эдерон – это северный материк. А как называется южный? Я не успел сходить в библиотеку тут.
– О, ты выбрал самый надежный и самый скучный способ получения знаний, – хохотнул Марейн. – Южный континент называется Виаторис. И там действуют другие культы. Но давай потом. Подходим, – усмехнулся он.
– Потом, – вздохнул я. – Почему ты уверен, что это Элларух, если есть другие?
– Есть еще Принка. Она действует в глубине материка, ближе к пустыне. Но черно-голубой – цвет магии Элларуха.
Я только кивнул и ускорил шаг.
Орнелла, принц Эрардо и Полуночные странники ждали нас на том же месте. Принц замер на коленях над телом Миранды, лесник стоял неподалеку и не знал, куда себя деть под пристальным взглядом Дриона. Он постоянно бормотал, что ни в чем не виноват и ничего не знал – просто вел по тропе и выслеживал дичь для господ.
– Хороший бросок, – похвалил меня Рамон. – Только где кинжал?
– У него на поясе, – ответила Велани.
Я опустил глаза и убедился, что все кинжалы на месте. Точно, в описании же было сказано. Вот только…
– Я целился в плечо, – признался я.
В ответ Рамон только похлопал меня по спине. А я подошел к Орнелле. Она стояла какая-то потерянная и обнимала себя за плечи.
– Со мной все в порядке, – тихо сказала она. – Вы не поймали стрелка, да?
– Он телепортировался.
– Как всегда – концы в воду, – констатировала виконтесса. – С посланниками Элларуха всегда так. Даже у странников не получается поймать никого их них.
– Рано или поздно кому-то улыбнется удача, – ободрил я.
– Может, тебе, Дэнтейн? – слабо улыбнулась она.
Я открыл рот, но не нашелся с ответом. В голове крутились слова о том, что сильно бойкие попадают обратно домой или на тот свет. Как-то это все больше переставало быть просто забавным приключением попаданца что тут, что в других мирах. И это только четыре. Во что же я вляпался?
– Посмотрим, – все же выдавил я из себя.
– Посмотрим, – согласилась Орнелла и посмотрела на меня с пониманием. – Пора возвращаться. Эрардо?
Принц все еще сидел над телом. Орнелла подошла и сжала ему плечо, начала уговаривать подняться, говорила, что пора. Он отреагировал не сразу и заторможенно. А ведь подобным образом себя ведут, когда умирает кто-то близкий, мелькнула мысль.
– Я не знал. Я просто… просто… – прошептал принц.
– Я понимаю, Эрардо. Надо…
– Зачем она это сделала? – выпалил он.
– Видимо, Элларуху не нравится политика, проводимая ее милостью, – встрял Рамон. – А если бы вы поженились, она убедила бы и вас, ваше высочество, следовать ей.
– Она уговаривала меня тайно обвенчаться. Неужели тогда… я бы… тогда… она и меня втянула в дела темного? – растерянно пробормотал Эрардо. – Но я ведь хотел просто… просто жить. Политика… это… это же… Нас для того и хотели поженить, чтобы ты правила от моего имени?!
– Я не знаю, Эрардо, – грустно улыбнулась Орнелла. – Может, для того, чтобы ты заинтересовался чем-то еще, кроме охоты и других развлечений? Но сейчас только тебе решать, как поступать дальше. Ты дашь ход делу или мы все замнем? Несчастный случай на охоте или измена?
– Из-мена? – принц все же поднялся на ноги и отшатнулся от тела. – Нет-нет, не надо марать ее имя, пусть…
– А если в этом замешан кто-то из ее семьи или друзей? – ввернул Рамон. Остальные из гильдии предпочитали помалкивать.
Принц задумался.
– Идем. Решим по дороге, – потянула его в сторону лагеря Орнелла.
– Ты решишь, – в голосе принца послышалось обвинение.
– Мы. Мы решим, – решительно ответила она. – Дэнтейн, зайди потом ко мне. Я не люблю оставаться должной.
Я кивнул. Дальше мне стало не интересно. Это их дела – дела правителей целой страны. Пусть они еще очень молоды, но к такой жизни их готовили с младенчества. А я в политику никогда не лез и в своем мире, так зачем мне это в чужом, о котором я еще и мало знаю? Верно, мне оно не надо. Но если виконтесса попросит что-то сделать, я помогу. А вот что сейчас надо, так это разобраться, померещилось мне или нет.
Я придержал остальных странников, чтобы трое местных ушли вперед и не слышали нас, и повторил рассказ про красный цвет имени убийцы. Все насторожились, но покачали головами – не видели ни разу. Да что же мне так везет на странности-то?!
– Ну тогда вот еще один прикол, – вздохнул я и расстегнул рубашку. – Кто-то из вас бывал в Расколотых Землях? Знаете, чье имя на мне нарисовано?
– Тисар Светоносный, – озадаченно прочитала Вэлани. – И кто это? Я и Марейн там бываем. Но не слышали. А должны были?
– У меня тоже недавно открылся этот мир. И я не слышал, – добавил Рамон.
– Это их Истинный, – ответил я.
– Но его имя не читаемо, – удивился эльф.
– «Начертанное, но непроизносимое», говорят сектанты, – процитировала Вэл и тревожно нахмурилась. –
