они обменяют свой излишек за большую ценность других жизненных удовольствий, чем в том случае, когда хлеб находится в большем изобилии. Итак, неправильно, след., заключать, что если премия причиняет увеличение вывоза хлеба, то она не причиняет также и действительного возвышения цены».
Вся совокупность аргументов Буханана об этой части вопроса о премиях кажется мне совершенно ясною и удовлетворительною.
Но относительно влияния возвышения цены труда на мануфактурные товары мнение Буханана, если не ошибаюсь, так же неправильно, как и мнение Смита и автора статьи «Эдинбургского обозрения». Исходя из своей особенной точки зрения, на которую указано мною в другом месте, он полагает, что цена труда не имеет никакого соотношения с ценою хлеба и что, следовательно, действительная цена хлеба могла бы возрастать и действительно возрастала бы, не действуя на цену труда; но если бы труд подвергался ее действию, то Буханан согласился бы с Ад. Смитом и автором статьи «Эдинбургского обозрения», что возрастала бы также и цена мануфактурных товаров; я не вижу, однако, каким образом установил бы Буханан различие между подобным возвышением цены хлеба и падением ценности денег, или как мог бы он прийти к каким-либо иным заключениям, кроме тех, которые сделал Ад. Смит. В примечании к стр. 276, I т. «Богатство народов» Буханан делает следующее замечание:
«Но цена хлеба не регулирует денежной цены всех других составных частей сырого продукта страны. Она не регулирует ни цены металлов, ни различных других полезных предметов, каковы уголь, дерево, камень и пр.; она не регулирует также ни цены труда, ни цены мануфактурных предметов, так что премия, насколько она увеличивает цену хлеба, несомненно, является действительною выгодою для фермера. Итак, значение ее может оспариваться не по этой причине. Следует допустить и то, что она поощряет земледелие, возвышая цену хлеба; и в таком случае вопрос сводится на то, должно ли быть поощряемо ею земледелие?»
Итак, согласно Буханану, премия представляет действительную выгоду для фермера, потому что она не возвышает цены труда; но если бы она возвышала, то она возвысила бы соответственно и цену всех других предметов и, след., не давала бы земледелию никакого особенного поощрения.
Следует, однако, сознаться, что премия за вывоз какого-нибудь товара стремится несколько понизить ценность денег. Все, что облегчает вывоз, стремится к накоплению денег в стране, и – наоборот – все, что затрудняет вывоз, имеет стремлением уменьшить количество их. Общее действие налогов имеет тенденцией чрез увеличение цены обложенных товаров уменьшать вывоз их и, след., затруднять прилив денег; на этом же самом основании премия поощряет прилив денег. Это разъяснено полнее в общих исследованиях о налогах.
Несправедливые последствия меркантильной системы были вполне изложены Ад. Смитом; любимым делом этой системы было возвышать цену товаров на внутреннем рынке через воспрещение иноземного соперничества. Но система эта была не более несправедлива относительно земледельческих классов, чем относительно всякой другой части общества. Принуждая капитал направляться по таким каналам, куда он не стал бы притекать в противном случае, она уменьшала всю сумму произведенных товаров. Хотя и постоянно более высокая цена поддерживалась не редкостью предметов, а трудностью производства, и, след., хотя продавцы подобных товаров продавали их дороже, но они переставали продавать их после того, как требуемое количество капитала было употреблено на производство их с более высокою прибылью[48].
Сами мануфактуристы в качестве потребителей платили добавочные цены за такие товары, и, след., несправедливо сказать, что «возвышение цены, причиненное законами о корпорациях и высокими пошлинами на ввозимые иностранные товары, всегда, в конце концов, уплачивается землевладельцами, фермерами и работниками страны».
Замечание это тем более необходимо сделать, что в настоящее время на авторитет Смита ссылаются землевладельцы в пользу подобных же высоких налогов на ввоз хлеба. Вследствие того что издержки производства, а чрез их посредство и цены различных мануфактурных товаров возвысились для потребителя от ошибки законодательства, страна под предлогом справедливости призывается спокойно подчиниться еще новым требованиям. Так как все мы платим уже прибавочную цену за холст, муслин и хлопок, то находят справедливым, чтобы мы платили дороже и за хлеб. Так как нам помешали воспользоваться наибольшей суммой продукта, приходящейся на нашу долю мануфактурного труда в общем распределении всемирного труда, то нам следует наказать еще себя уменьшением производительной силы общего труда в предложении сырого продукта. Было бы гораздо разумнее признать заблуждения, которым ложная политика заставила нас подчиниться, и немедленно же приступить к постепенному переходу к здравым принципам всеобщей свободной торговли[49].
«Я имел уже случай заметить, – говорит Сэй, – рассуждая о том, что называется несоответственным именем торгового баланса, что купцу выгоднее вывозить за границу драгоценные металлы, нежели всякие другие товары, и что в интересе самого государства дать ему возможность вывозить их, потому что государство выигрывает или теряет единственно через посредство своих подданных; что же касается иностранной торговли, то более выгодное для отдельного лица более выгодно и для государства, так что, установляя препятствия к вывозу драгоценных металлов, которым были бы расположены заняться граждане, государство принуждает их только заменить этот предмет другим товаром, вывоз которого менее выгоден и для отдельного лица, и для самого государства. Но следует заметить, что я говорю только «что касается иностранной торговли», ибо прибыль, получаемая купцами от торговли их с земляками, точно так же как прибыль их, получаемая от исключительной колониальной торговли, не вся представляет выигрыш для государства. В торговле между отдельными лицами одной и той же страны единственный выигрыш представляет произведенная ценность потребления: la valeur d’une utilite produite»[50].
(Vol. I, р. 401)
Я не могу заметить разницы, уставляемой здесь между прибылью от внутренней и от заграничной торговли. Всякая торговля имеет назначением увеличивать количество произведений. Если для покупки бочки вина я мог бы вывезти слитки, которые были куплены мною за ценность продукта 100 дней труда, а правительство, запретив вывоз слитков, принудило бы меня купить вино за товар, приобретенный мною за ценность продукта 105 дней труда, то продукт 5 дней труда потерян для меня, а чрез меня и для государства. Но если бы сделки этого рода происходили между отдельными лицами в различных провинциях одной и той же страны, то не только отдельное лицо, но через него и страна одинаково были бы в выигрыше, если бы не стеснялся выбор лица относительно товаров для уплаты за его покупки, и они понесли бы одинаковую потерю, если бы правительство принуждало их покупать наименее выгодный товар. Если мануфактурист может обработать с помощью одного и того же капитала
