Нур эд-Дин поручил Ширкуху предпринять новую кампанию по завоеванию долины Нила. Испуганный Чавер вторично обратился к франкам. Услышав это известие, Амори собрал в Наблусе «парламент» палестинских баронов и объяснил им ситуацию. Если Нур ад-Дин, уже хозяин всей мусульманской Сирии, также овладел Египтом, то это было окружение, а вскоре и разрушение Франкской Сирии. Необходимо было любой ценой прийти на помощь Чаверу и спасти независимость Египта.
Поэтому было решено провести третью экспедицию, но прежде чем она могла начаться, Ширкух покрыл своей армией расстояние между Дамаском и Каиром. Это правда, что Амори с франкской армией чуть не наступил ему на пятки (февраль 1167 г.).
Чавер принял царя Иерусалима как своего спасителя, в то время как перед стыком египетских и франкских войск Ширкух, отказавшись от осады Каира, поставил Нил между собой и своими противниками и встал напротив, в Гизе. Чавер установил своих союзников-франков на восточных окраинах столицы, чтобы защитить ее от любого нападения врага. Чтобы скрепить союз со своими франкскими друзьями, Чавер приказал своему хозяину, халифу Фатимидов, принять в аудиенции посольство короля Амори во главе с Гуго де Сезаре. Хроника Вильгельма Тирского описывает нам удивление латинского барона во время прохождения этого дворца «Тысячи и одной ночи». «Они прошли через галереи с мраморными колоннами, все обшитые золотом; они прошли мимо мраморных бассейнов, наполненных проточной водой; они слышали щебетание множества экзотических птиц чудесных цветов; после вольеров им было показано посещение зверинцев, полных четвероногих, неизвестных нашему климату.
Пройдя бесконечное количество коридоров, они прибыли во дворец. Золотая плетеная занавеска, отягощенная драгоценными камнями, была задернута, и халиф появился на своем золотом троне, облаченный в костюм неслыханной роскоши. Сложность протокола на мгновение привела в замешательство придворных.
Чтобы скрепить договор о франко-египетском союзе, Гуго де Сезаре хотел, по-франкски, пожать руку халифу. Придворные поначалу возмутились таким святотатством. В конце концов халиф снисходил до этого, имея смысл улыбнуться этому, как будто это была варварская расточительность – спасение династии стоило этой жертвы – и Гуго де Сезаре вернулся в христианский лагерь, довольный своей миссией.
Франко-египетская армия стремилась закончить войну одним махом, неожиданно переправившись через Нил, чтобы застать врасплох Ширкуха в Гизе, но способный капитан сбежал и достиг Верхнего Египта. Амори и Чавер последовали за ним туда и заставили его принять битву при Бабейне (18 марта 1167 г.). В центре франки под командованием самого Амори прорвали врага, но они совершили ошибку, слишком далеко зайдя в погоне за беглецами. Когда они вернулись на поле битвы, они обнаружили, что на их левом фланге Ширкух рассредоточил египетскую армию, несмотря на элементы поддержки, которые Амори постарался усилить.
Наступал вечер. Разбитые отряды франко-египетской армии искали друг друга через холмистые дюны. Амори, чтобы собрать их вместе, установил свое знамя на холме, возвышающемся над ландшафтом. Когда он перегруппировал своих людей, он сформировал их в тесную колонну и на шагу двинулся прямо на армию Ширкуха, которая пыталась преградить ей путь к Нилу. Перед этими решительными людьми Ширкух не решился возобновить бой: он оставил проход свободным. Более испытанный, чем франки, он даже не попытался опередить их по пути в Каир, но, когда последние возвращались в египетскую столицу, он одним ударом великого полководца захватил Александрию. Оккупация Александрии дала Ширкуху прочную базу в Египте. Амори и Чавер почувствовали всю серьезность происшедшего. Они немедленно пришли, чтобы установить блокаду большого морского места. Столкнувшись с голодом, Ширкух принял смелое решение. Поручив защиту Александрии своему племяннику, молодому Саладину, он на ночь покинул город и отправился с остальными войсками на добычу корма в Верхний Египет. Однако богатые купцы Александрии, убитые горем из-за разрушения своих загородных домов и морской блокады, разрушившей их торговлю, думали только о сдаче. Саладину с тем убедительным красноречием, которое мы видим так часто, удается заставить их ждать. Ширкух, проинформированный им, предложил мир. Он вернет Александрию Чауру и вернется в Сирию при условии, что Амори сделает то же самое. На этих базах был заключен договор (август 1167 г.). Это породило перед Александрией живописные сцены братания осажденных и осаждающих накануне, жители с любопытством приезжали во франкский лагерь, где их встретили с добротой. И наоборот, франкским солдатам разрешалось свободно гулять по городу. Саладин любезно посетил Амори, где провел несколько дней. Чавер и его друзья, некогда хозяева Александрии, начали мстить тем из жителей, которые во время осады показали, что преданы Саладину, последний обратился к вмешательству Амори, а король Иерусалима рыцарски получил от его союзников полную амнистию для всего населения. По просьбе Саладина Амори даже предоставил корабли для доставки раненых из армии Ширкуха в Сирию. Вместе с остальными войсками последний продолжил сухопутную дорогу в Дамаск. Даже больше, чем в первый раз, он был безутешен из-за того, что так сильно упустил из виду завоевание Египта. Напротив, Амори, который помешал ему сделать это, с триумфом вернулся в Иерусалим. Умный монарх не только спас независимость Египта и остановил объединение мусульманского мира, но и правительство Каира, чтобы поблагодарить его за вмешательство и обеспечить его последующую поддержку, согласилось платить ему дань – сто тысяч золотых монет в год. Этой осенью 1167 года над Египтом только что установился истинный франкский протекторат, добровольно принятый и даже запрашиваемый. Чтобы закрепить эти великолепные результаты, Амори I решил укрепить франко-византийский союз. Как и его предшественник, он просил руки императорской принцессы. Император Мануил пожаловал ему свою внучатую племянницу Марию Комнин, которая высадилась в Тире в августе 1167 года и чья свадьба была отмечена в Иерусалиме 29 числа того же месяца. Константинопольский двор с большим интересом следил за последней кампанией Амори в Египте.
Двор пришла к выводу, что для христиан нет ничего проще, чем захватить страну. Еще в 1168 году Константинополь предложил королю Иерусалима совместную экспедицию с этой целью.
По просьбе Мануила Комнина Амори немедленно отправил в Константинополь Вильгельма Тирского, который разработал согласованный план действий с императором. Было понятно, что в следующем году византийские силы объединят силы с войсками царя Иерусалима, чтобы предпринять завоевание Дельты. Он не был уверен, что такая экспедиция в мусульманское мировое государство предпочтительнее франкского протектората, поскольку она уже действовала в Египте. Несмотря на долгожданную помощь византийцев, возможно, он должен был бросить добычу для отвода глаз. По крайней мере, нам нужно было дождаться этого решения. По роковой ошибке франки в октябре 1168 года решили действовать в одиночку. Мы знаем, что на совете короля госпитальеры, часть баронов и все паломники, которые только что
