Согласно данным мной указаниям, Струве вручил начальнику французской миссии записку с соответствующими объяснениями. Одновременно Нератов телеграфировал Маклакову:
«По указанию Главнокомандующего, Струве передал начальнику Французской военной миссии следующую записку:
Генерал Врангель считает нужным представить Французскому правительству и командованию следующие соображения об общем военном положении: крупные успехи поляков в борьбе с Красной армией дают впервые за все время борьбы возможность, путем согласованных действий польской и русской армий под высшем руководством французского командования, нанести Советской власти решительный удар и обеспечить миру всеобщее успокоение и социальный мир.
Заключение одного только мира поляков с большевиками оставит общий вопрос не решенным и большевистскую опасность не устраненной.
Посему Главнокомандующий ставит пред Французским правительством и командованием вопрос о создании общего связного фронта вместе с поляками против большевиков, при руководящем участии Французского командования. В таком случае наши стратегические планы подлежали бы изменению и центр тяжести переместился бы на Украину.
Предпринимать эту перемену стратегического плана без одобрения и поддержки французского правительства и командования Главнокомандующий не считает возможным. Но положение на фронтах таково, что оно требует срочного принятия решения и немедленного приступа в его осуществлении.
В Кубанской армии генерала Улагая кроме контингентов более или менее экипированных и вооруженных имеется 5000 мобилизованных, у которых, однако, нет самого главного – винтовок. Вот в каких условиях Главнокомандующему приходится осуществлять сложную и трудную стратегическую операцию.
Соображения Главнокомандующего в пользу изменения стратегического плана таковы: если поляки будут развивать операции на своем правом фланге, то уклонение наше вправо будет такой же ошибкой, какую допустил генерал Деникин, избегая связи с адмиралом Колчаком. Значительные силы, сосредоточенные большевиками на Кубани, обусловливают для нас необходимость переброски туда частей за счет оставления материковой Таврии.
Между тем общая обстановка требовала бы ее сохранения за нами. При активных действиях поляков на правом Украинском фланге и концентрации наших действий на левом – возможно образование общего связного фронта с целью полного уничтожения Советской власти и успокоения Европы на основе общего мира.
Главнокомандующий настоятельно просит срочного ответа.
Благоволите со своей стороны предпринять настоятельные шаги перед Французским правительством и командованием и результат телеграфируйте».
15 августа части генерала Бабиева вновь перешли в наступление, однако успеха не имели. Противник обладал уже огромным численным превосходством. После упорного боя, длившегося целый день, генерал Улагай отдал приказ войскам отходить на Ачуев. По получении об этом известия я приказал судам выйти к Ачуеву для принятия десанта.
Туда же на миноносце выехал генерал Шатилов. Из доклада вернувшегося генерала Драценко я мог убедиться в правильности составленного мною заключения о причинах нашей неудачи на Кубани.
17 августа наши части стали грузиться у Ачуева. Удобная для обороны местность давала возможность, удерживая противника незначительными силами, спокойно производить погрузку. Войска грузились в полном порядке. Несмотря на тяжелые потери, численность частей значительно возросла.
Так, например, дивизия генерала Шифнер-Маркевича, потерявшая убитыми и ранеными около 300 человек и 200 лошадей и вышедшая из Феодосии в составе 1200 человек и 250 лошадей, увеличилась до 1500 казаков и 600 лошадей. Все, кто мог, бежали от красного ига. К вечеру вернулся генерал Шатилов, доложивший, что погрузка войск идет вполне успешно. 1-я Кубанская дивизия генерала Бабиева уже погружена на суда, остальные грузятся.
Между тем на Северном фронте положение стало грозным. 9 августа красные возобновили атаки на Большой Токмак, а бронепоезда красных интенсивным огнем обстреляли расположение Марковской дивизии.
Части конного корпуса вели бой с большими силами красных в районе деревни Успенской. Части 2-го армейского корпуса отходили под натиском противника на линию Черная Долина – Б. Копани.
10 августа на северном участке фронта значительных боевых столкновений не было. Части конного корпуса продолжали вести бой. 1-я конная дивизия отбросила противника в районе Вознесенки и после боя сосредоточилась в Торгаевке. 2-я конная дивизия (спешенная) была обойдена с юго-запада и оттянута на Агайман.
34-я пехотная дивизия вела бой в районе Натальино – хутор Бальтазаровский. 13-я пехотная дивизия сосредоточилась в районе Марьяновка – Белоцерковка.
К 11 августа в районе Молочного сосредоточились части 1-й и 2-й Донских казачьих дивизий и перешли в решительное наступление на Тифенбрун – Сладкую Балку, в дальнейшем повернули на Гохгейм – Гейндельберг, с задачей атаковать Васильевскую группу красных в направлении на северо-запад. Дроздовская дивизия овладела Андребургом.
К вечеру Донские казачьи дивизии заняли Эристовку и Карачекрак, но подверглись ураганному обстрелу бронепоездов красных, прикрывавших отход Васильевской группы. Донские дивизии вынуждены были отойти. Пехота и конница красных стали очищать район Михайловки – Орлянска.
Части 1-го армейского корпуса и Донские казачьи дивизии заняли линию Сладкая Балка – Гейдельберг – Бурчанск. Одновременно 1-я и 2-я конные дивизии перешли в наступление на Вознесенку, Новорепьевку, Успенскую, но успеха не имели. На поддержку конного корпуса была двинута 6-я, вновь сформированная из частей Бредовского отряда, пехотная дивизия, которая к 13-ому августа должна была сосредоточиться в Торгаевке.
На участке 2-го армейского корпуса противник вел атаки на хутора северо-восточнее Бальтазаровского, на левом фланге корпуса красные продвинулись до Чалбас.
12 августа 1-й армейский корпус продолжал очищать от красных район Эристовка – Васильевка. К вечеру в районе Тифенбруна завязался встречный бой с частями красных, 1-я и 2-я Донские дивизии преследовали красных в направлении Щербатовка – Янчокрак.
Конница красных, прикрывая отход пехоты, задерживалась на удобных естественных рубежах и переходила в контратаки. В районе Гохгейм – Гейдельберг конница красных была после горячего боя опрокинута и отошла. Южнее Щербаковки против двух Донских дивизий развернулась вся 11-я конная армия красных, но она не выдержала удара донцов и ушла на север.
Против Донского корпуса с утра красные повели наступление большими силами, при поддержке 6-ти броневиков, на фронте Торгаевка – Агайман, 2-я конная дивизия, обойденная с севера, очистила Агайман и стала отходить на юго-восток на хутора Позднякова – Морозова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
