Новая дверь была много меньше первых ворот. Где-то три на два метра и поднималась вверх. По краям она была подсвечена мощными лампами. Причем настолько яркими, что рассмотреть следующее помещение сквозь проем не представлялось возможным. Приходилось прикрывать глаза ладонью, что хоть как-то спасти их от свечения.
– За мной, – сказал я и первым шагнул вперед.
Глава 20
Столовая – вот первое, что мне пришло в голову, когда я оказался в этом помещении. Тут была уйма больших столов. Перед каждым стояло по одному, то ли креслу, то ли ложу. Эта деталь мебели соединяла признаки обоих.
Присутствовали только светлые тона – белый, бежевый и так далее. Каждый из столов подсвечивался слегка зеленоватым свечением, исходящим от панелей, что располагались по краям и торцу. Вернее, подсвечивалась только часть – малая. Из сотни столов рабочими (а свечение было ничем иным, как сигналом о работоспособности) оказалось меньше дюжины. Если быть точным – одиннадцать.
– Что это? – удивленно поинтересовался Шис, с интересом вертя головой по сторонам.
– Не знаю, – в тон ему, так же удивленно, ответила Ленка. – Но очень интересно узнать. Гея, ответишь?
Из той самой коробочки (сейчас она располагалась на процессорном блоке), которая создавала голограмму нашей судовой искинши, «выскочила» фигурка Геи.
– Этот зал создан для управления тяжелыми кораблями дредноутами, – сообщила та. – Вернее, судов, которые так можно назвать. В большей степени такие постройки имели статус передвижных баз.
– То есть? – заинтересовался я. – Поясни.
– Такие корабли могли создать любое, почти любое, – поправилась Гея, – производство с нуля где угодно. И практически не требовали присутствие живого экипажа.
– Они очень большие?
– Да, – кивнула та, зависнув в воздухе над процессором, – очень. Имеют собственные ангары для судов, верфи для их постройки, производственные цеха для создания дроидов и вспомогательного оборудования и техники.
Мы с Шисом после этих слов быстро переглянулись. Получается, в момент нашего знакомства мы находились на такой базе. Интересненько…
– Это столько кораблей можно взять под свой контроль? – произнесла Фера, до этого момента молчавшая. Следом за ней этот же вопрос задала Гох, возникшая в дверном проеме, до сих пор светящимся (правда, с этой стороны почти не слепило).
– А, – хмыкнул я, – майор, и вы решили к нам присоединиться? Вижу, что шлем решили раскрыть и рискнуть здоровьем.
– Решила, – спокойно ответила Слапира. – После того, как убедилась на вашем примере в полной безопасности этого зеленного тумана. Так что насчет моего… нашего вопроса?
– По поводу кораблей? – поинтересовался я. – Это к Гее… что скажешь?
– Только рабочие пульты способны установить связь с автономными базами, – сообщила искинша. – Все прочие или уничтожены, или находятся слишком далеко.
– Хм, – призадумался Шис. – Значит, мы можем получить полный контроль над одиннадцатью базами? Признаться, когда я в первый раз увидел такую штуку, то посчитал за обычный корабль Предтеч. Только большой. У него даже расположение некоторых отсеков вроде ангара и складского трюма было схоже с тем же крейсером или линкором. А оно вон как оказалось… база. Эх, да знай я тогда об этом, то фиг бы покинул судно так быстро. Обязательно навестил бы какой-нибудь цех. Там же можно было прямо на месте ухватить еще не запрограммированный дроид или несколько. Представляешь, капитан, десять «разрушителей»! Или двадцать!
– Пока ты пытался бы стащить с конвейера эти двадцать дроидов, – ухмыльнулся я, – один из активированных «разрушителей» разобрал бы тебя на запчасти раз двадцать.
– Да ну, тебя, – не обижаясь, махнул на меня рукой техник, – все бы только опошлить. Все мечты разрушить. И тайные желания поломать.
– Ладно мечтатель, – произнес я, – сейчас эта мечта может исполниться, как и все твои желания – осуществиться. Гея, какой самый ближайший к нам корабль?
Искинша выдала бессмысленную (для меня и, уверен, для всех присутствующих) тираду, состоящую из цифр и букв.
– Все, все, – заахал я руками, – понял. Сможешь направить его сюда нам на помощь?
– Попробую, – как-то неуверенно отозвалась Гея. – Тут больше от местного искина зависит. Он, хоть и не обладает ярко выраженной личностной индивидуальной матрицей, но и перехватить права управления я не могу. Приходится выполнять роль дублера от тебя к нему.
Длин, зачем она это сказала? Все окружающие, особенно спецназовцы, посмотрела на меня ОЧЕНЬ внимательно. Ну да, со стороны слышать, как один искин передает просьбы самого типичнейшего капитана искателей другому искусственному интеллекту. И тот их выполняет!
По крайней мере, почти сразу же Гея добавила:
– Искин отправил сообщение и ждет подтверждения в его получении… капитан, пираты рядом с нашим дроидом!
Молодцы пиратики, крайне удачно вмешались. Иначе мне пришлось бы отвечать на ряд скользких вопросов. Вон как Слапира на меня смотрит и уже почти рот открыла для вопроса. Спасибо вам, пираты. И пусть земля вам будет пухом.
– Гея, сможешь вывести изображение? – встревожено поинтересовалась Фера, поудобнее перехватывая в руках свою пушку. Вместо ответа на месте голограммы девчушки появилась картинка коридора и помещения, где стоял наш «разрушитель».
Двери, через которую мы туда попали, уже было – только дымящаяся огромная дыра с рваными лохмотьями и лужицами расплавленного металла. Впрочем, эти лужи почти на глазах превращались в черные ноздреватые лепешки.
Первым в проеме показался дроид – огромный, размером с бульдозер и почти с такой же передней лопатой. Противника окружала светящаяся пелена силового поля.
Первым выстрелил «разрушитель»… Ого, не часто увидишь такую энергозащиту – залп самого мощного дроида почти ее пробил, ПОЧТИ.
– Наверное, – заметила Фера, обращаясь к майору, но не смотря на нее, – вы забрали у них очень ценную вещь, раз пираты так настойчиво пытаются вернуть ее обратно. И даже не пожалели для этого дроида прорыва.
Точно, после слов девушки я вспомнил вычитанное из справочников. Дроид прорыва – их несколько классов. Обычно ими называют установки с толстой броней и мощным силовым полем. Они принимали весь огонь на себя, давая возможность более легким дроидам или десанту приблизиться к оборонительным рубежам противника. Оружия мало – нет смысла ослаблять энергозащиту выстрелами, когда огневую поддержку способны оказать следующие за ним.
Очень дороги и дорогие именно из-за агрегата, создающего силовое поле. Используют редко, предпочитая разобраться с врагов крупным калибром и издалека. Гонять такие штуки в бой только в случаях, когда требуется ювелирная работа: не разрушить что-то, захватить что-то или кого-то и так далее. И они почти всегда одноразовые – обороняющиеся разделывают волей-неволей дроиды под орех без возможности восстановления, пытаясь поскорее добраться до десанта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
