громкий стон.
Её тело под моим напором выгнулось слегка дугой, а ноги Далии сжались на моих бёдрах, притягивая меня к себе.
Я не стал противится, а напротив прильнул к телу аристократки, а моя плоть устремилась в тело молодой аристократической особы, почувствовав при этом только совсем лёгкое сопротивление на своём пути.
В туже секунду в мою спину впились ногти блондинки, а она уже не сдергивала хриплый стон в словно пересохшем горле, притягивая меня при этом своими ногами ещё ближе к себе.
С утра я проснулся от того, что мой грёбаный внутренний таймер разбудил меня на пробежку в пять мать его часов.
Сев на кровати, я сдвинул в сторону Далию, которая мирно посапывая, закрутилась в одеяло, и повернувшись ко мне спиной продолжила спать.
— Что я творю? — Смотрел я на голые плечи спящей девушки.
Встав на ковер босыми ногами, сразу понял, что это плохая идея. Пол был ледяной, да и температура в комнате не очень меня радовала.
— Ну и дубак. — Шипел я, быстро одеваясь.
Выйдя из комнаты, я направился по коридору ведущего на лестницу на первый этаж.
Время было раннее, так что все обитатели дома ещё спали. Миновав лестничный пролёт и очутившись в холле, я быстрым шагом пошёл из дома.
Когда я вышел на крыльцо, то только присвистнул. Особняк стоял на пригорке, а город был как на ладони. Перед крыльцом расположился сад, который разросся до полутораметрового кирпичного забора, который соединялся в месте кованными в причудливой вязи воротами.
Тут росли жасмин и розы, стройные деревья, что уходили ухоженной кроной вверх. Дорога к воротам и тропинки в саду были вымощены булыжником, а меж кустами роз стояли выбитые из камня скамейки переходящие по задумки их творца в статуи.
— Красиво жить не запретишь. — Сказал я, снимая камзол и вешая его на лук купидона.
С час я как обычно каждое утро разминался и растягивался. Тело радовалось нагрузкам, а плохие мысли отходили на задний план.
Закончив зарядку, я одел обратно верхнюю часть одежды, и встав в воротах, посмотрел на город который просыпался от сна.
Это был уже не тот Блуйотер, с тремя улицами и пятью закоулками. Тут был полноценный строящийся город, что рос стремительными темпами из-за важного порта с выходом на море. Вдалеке в гавани можно было рассмотреть десятки кораблей разных по величине и длине. Все они стояли со скрученными парусами, ожидая товаров, что отправятся с ними в доки старого света.
Лицо обдувал тёплый ветерок, а солнце уже вовсю освещало землю.
Я просто стоял и думал, что мне делать дальше. В голове крутились тупые мысли, что вот так бывает, рождаешься в двадцатом веке, а жить придётся в семнадцатом, а может и восемнадцатом. Ведь я так и не узнал, передалось ли мне вампирское долголетие.
Но одно я знал точно, мне надо постараться и не пересекаться с Мэром и его или моей женой ведьмой. Ну их обоих в баню.
Также я помнил, что происходило в последние дни моего пребывания в Блуйотере, тех банкиров и торгашей, что выбивали себе самые тёплые места для лёгких денег. Я же эти места и выдавал им с щедрой руки, в обмен на их покровительство перед фанатичными инквизиторами.
Такие мысли появились у меня тогда, когда я осознал, что я могу стать альфонсом на попечительстве дам из ковена.
Не, шлюхом я точно быть не хотел. Уж лучше, да кем угодно, но только не иждивенцем. Осталось придумать, что мне делать. А для этого мне надо больше информации об Портленде, насколько он впитал Блуйотер.
— Господин. — Донеслось с крыльца дома.
Я обернулся, и увидел в приоткрытых дверях сонную Далию. Девушка была одета в сорочку до щиколоток, а поверх неё был накинут тёплый халат, который был не подвязан поясом.
— Что? — Отошёл я, от ворот закрывая их.
— Я искала вас. Проснувшись не найдя вас рядом. — Смутилась она.
— Ну, коли ты проснулась, пошли пить чай. У меня есть много вопросов к тебе. — Направился я обратно в дом.
В обеденной, я пил чай, восседая на своём огромном стуле. По правую руку сидела Далия.
Она очень серьёзно подошла к моим расспросам, про город и его жителей. Чтобы я не спросил, Далия очень подробно и в красках рассказывала и поясняла не относившимися к вопросам подробностями.
Вокруг нас крутилась Амели и лукаво кидала взгляды, слушая наш разговор. То и дело гувернантка подливала чай в мою чашку, что привело к тому, что в конце чаепития я булькал как человек аквариум.
Ровно в десять аристократка и её помощница, извиняясь, откланялись, спеша по делам.
Сегодня в порт входили корабли из Франции и Англии, а так как Далия держала акции судоходных компаний, ей нужно было посетить конторы её компаньонов. Вот так я и остался один в огромном особняке.
После нереально большого объёма информации, что вылила на мои уши здешняя аристократка, в пору было задуматься.
Не желая сидеть в четырёх стенах, я также отправился прогуляться по городу.
Выйдя из дома, я быстрым шагом вышел за ворота, и закрыв их уже прогулочным шагом вкушая тёплый ветерок дующий с моря пошёл к городу.
Если мои знакомые девушки поехали на карете, которую предварительно как я узнал, арендовали на пару месяцев. То мне пришлось топать ножками.
За воротами спустившись с холма, я попал в лесную зону. Тут дорога петляла по лесной обители, которая хоть и казалось очень ничтожной, смотря с горы, всё же имела большую протяжённость. Но мне нравилось идти среди высоких деревьев, что высоко уходили своими ветвями вверх, преграждая солнцу путь вниз.
Так я и гулял, любуясь красотами природы, что ещё не уничтожили в погоне за урбанизацией. Как ни странно, но в город я зашёл именно в портовый квартал. Тут всюду сновали моряки, и солдаты, что видно недавно сошли на берег, ища кабаки да бордели.
Хоть время было ещё даже не полуденное, а вокруг уже было огромное количество пьяных людей. Что кочевали от трактира к трактиру, которых на этих улицах было предостаточно.
Вообще портовый квартал состоял из двухэтажных домов и в большем своём роде из камня, из-за того, как я думал, что тут была повышенная влажность, и дерево бы сгнило и поросло мхом.
Моя прогулка навела меня на странные мысли об зарабатывание бабла.
Я же не знал как мне вернуться в своё время, и вообще возможно ли это. А коли я тут и у меня есть некоторые читы для этого времени, благо экономику и историю я знал хоть и на четыре с жирным минусом, но в своё время готовил огромный доклад, а раннем становлении государств, коим также являлась Америка.
Как я помнил из истории, на этом континенте ещё с семьдесят лет будет править английская корона. Основной экспорт колонистов также уходил на рынки Англии, а вот сами колонисты, пользуясь не установленным законом кодексом, не желая пахать на дядю, махинируя скупали земли за копейки и сами становились теми самыми дядями. Рынок был полностью подчинён монополии владельцам колоний, и торговля с другими странами была практически нереальна в этот отрезок времени.
Да и большую роль в этом новом свете сыграют вскоре всякие тайные кружки торговцев и аристократов, что захотят как обычно больше власти, и разумеется денег ставя принципы «Рука руку моет». Всё это играло мне на руку.
Мой план по господству был прям как у Наполеона. Думая о нём я вспомнил Розалию, что хотела внедрить в высшие слои общества своих подопечных и управлять верхушкой власти. А для такого времени идея то была неплохая.
За своими мыслями я не заметил, как вышел чуть ли не к пристани, где как одинокие горы стояли два четырёхэтажных дома. Они настолько выделялись из общей массы двухэтажек, что я невольно остановился, осматривая строения архитектуры.
Мою экскурсию по зданиям прервал пьяный мат. Обернувшись и посмотрев на противоположную сторону улицы, где были припаркованы пара карет, а по тротуару сновали моряки и торговцы, огибая открытые двери трактиров и салунов, а также многочисленные лавки со свежей рыбой, которые выпирали наполовину пешеходной зоны.
У дальней от меня кареты, столпилась кучка моряков с бутылками наперевес. Они что-то рьяно доказывали кому-то, кого не было видно из-за преграды.Сделав с десяток шагов по своей стороне улицы, я смог, наконец-то увидеть всех участников ругани.
У экипажа стояла Далия и Амели. Они пытались, как то утихомирить пьяных матросов, что походу вообще уже
