— Я никогда не ложусь в постель с женщинами, которым просто симпатизирую, — сказал он.
— Правильно, но есть еще желание, — отозвалась Джудит, — взаимное влечение. Тебе трудно было лежать со мной в постели и не касаться меня, Рэнналф. И мне это также было нелегко. Не только мужчины могут испытывать желание.
Рэнналф не знал, то ли ему злиться, то ли смеяться. Если бы он представил себе подобный разговор, то в его воображении роли были бы распределены наоборот. Это он выступал бы в роли скептика и убеждал ее, что близость бывает и без любви.
— Остановимся на том, что мы спали вместе, — подытожил он и поднялся на ноги. — Одевайся, Джудит, а я пока найму карету для дальнейшего путешествия. И не вздумай на этот раз сбежать.
— Я не убегу, — пообещала она.
* * *
Было уже далеко за полдень, когда они добрались до Лондона. За весь день они не обменялись и дюжиной фраз. Ко всем бедам Джудит прибавилось еще и отчуждение с Рэнналфом.
Она не могла стать его женой. Пару дней назад она буквально сходила с ума от переполнявших ее эмоций. Тогда брак между ними казался возможным. Но теперь — нет. Нет, она никогда не сможет выйти замуж за лорда Рэнналфа Бедвина. Тем не менее она радовалась, что события последней недели позволили ей проникнуться к нему симпатией и уважением за его многочисленные благородные качества. Она была благодарна судьбе за сегодняшнее утро. Она была счастлива сознанием своей любви к нему. Украденный сон снова вернулся к ней и будет поддерживать ее на протяжении всей жизни, как только утихнет боль. Джудит понимала, что будет очень больно.
Ей раньше не приходилось бывать в Лондоне. Она, конечно, знала, что это большой город, но не представляла насколько. Казалось, пригородам столицы не будет конца. По обеим сторонам улиц теснились дома, на улицах было полно людей и транспорта. Шум колес и стук лошадиных копыт перемешивались с людскими голосами. Благоговение, которое она испытывала поначалу, быстро уступило место ужасу.
Как она сможет отыскать здесь Брануэлла?
Видимо, она ожидала, что просто остановится в первом же трактире или другом общественном заведении, спросит адрес его квартиры и направится прямиком туда без всяких проблем — всего через несколько минут после прибытия в Лондон.
— Он когда-нибудь кончится? — глупо спросила она.
— Лондон? — переспросил Рэнналф. — Это не самое мое любимое место в мире. К сожалению, в первый момент всегда видишь его в худшем проявлении. В Мейфэре тебе покажется тише, спокойнее и просторнее.
— В этом районе живет Брануэлл? — с надеждой спросила Джудит. — Как ты думаешь, мы застанем его дома?
— Скорее всего нет, — честно сказал Рэнналф. — Джентльмены, как правило, не любят засиживаться в своих апартаментах.
— Надеюсь, он хотя бы вечером вернется домой, — вздохнула Джудит, к которой в полной мере вернулась вчерашняя тревога. — Что я буду делать, если он не придет? Как ты думаешь, хозяин дома позволит мне подождать у него в комнатах?
— Да у него случится апоплексический удар, если ты выскажешь такое предположение, — фыркнул Рэнналф. — Ты же прекрасно понимаешь, что молодой леди неприлично наносить визит юному джентльмену, тем более в сопровождении другого джентльмена.
— Но я же его сестра, — искренне удивилась Джудит.
— Осмелюсь предположить, — язвительно произнес Рэнналф, — что хозяину дома все называются сестрами.
С минуту она смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.
— Что мне делать, если сегодня я с ним не встречусь? — спросила она. — Я же не могу просить тебя посидеть со мной всю ночь в карете. Я...
— Я не собираюсь везти тебя к твоему брату, — отрезал Рэнналф. — Я как-нибудь в другой раз съезжу туда один.
— Что?
— Я везу тебя к моему брату, — терпеливо пояснил он, — в Бедвин-Хаус.
— К герцогу Бьюкаслу? — в ужасе уставилась на него Джудит.
— В доме сейчас вряд ли кто-то есть, кроме Бьюкасла и Аллина, — невозмутимо продолжал Рэнналф, — поэтому мне придется подумать, куда еще тебя можно отвезти. Скорее всего к моей тете Рочестер. Правда, эта женщина — настоящий дракон, который съест твою голову на завтрак, если ты ей не понравишься.
— Я не поеду к герцогу Бьюкаслу, — поспешно возразила Джудит. — Я приехала сюда, чтобы найти Брануэлла.
— И мы найдем его, — заверил Рэнналф, — если только он действительно в Лондоне. Но ты сейчас находишься в столице, Джудит. В глазах света то, что мы с тобой едем одни в карете, без горничной или компаньонки, есть высшая степень разнузданности.
— Что за глупости, — возмутилась Джудит, — никогда не слышала большей чепухи. Если ты не отвезешь меня к Брануэллу, высади меня здесь, и я сама найду дорогу.
Рэнналф сохранял полную невозмутимость. Он развалился рядом с ней, закинув ногу на противоположное сиденье, и еще имел наглость улыбаться ей.
— Ты просто боишься, — сказал он, — боишься встретиться с Бьюкаслом.
— Неправда.
Она смертельно боялась.
— Лгунья.
Джудит набрала воздуха в грудь, но ответить не успела, поскольку карета резко остановилась. Выглянув в окно, она поняла, что они и в самом деле находятся в более просторном и тихом районе Лондона. С одной стороны в ряд стояли высокие красивые дома, напротив раскинулся небольшой парк, за которым также виднелись крыши домов. Видимо, это одна из знаменитых лондонских площадей! Дверца открылась, и кучер начал прилаживать ступеньки.
— Это и есть Бедвин-Хаус? — спросила она.
Улыбнувшись ей, лорд Рэнналф Бедвин вышел из кареты и подал руку, чтобы помочь спуститься.
На ней было старое платье, пролежавшее в саквояже весь вчерашний день и изрядно помявшееся сегодня в карете. С самого утра она не поправляла прическу, весь день ее волосы были примяты шляпкой. Она, должно быть, выглядит чудовищно. Кроме всего прочего, она — Джудит Лоу, дочь священника из Биконсфилда, беглянка и мнимая воровка. И ей предстоит встреча с герцогом.
Не успела она выйти из кареты, как дверь особняка распахнулась. И через секунду весьма представительный дворецкий уже докладывал, что его светлость дома и находится в гостиной. Он повел гостей вверх по лестнице. Джудит думала, что, не назови ее Рэнналф минуту назад лгуньей и не держи он ее сейчас под локоть, у нее подкосились бы ноги.
Едва они оказались на верхней площадке, лакей распахнул огромные двойные двери, и дворецкий сделал шаг вперед.
— Лорд Рэнналф Бедвин, ваша светлость, — провозгласил он. Этот человек лишь раз бросил взгляд на Джудит в холле и с тех пор больше не поворачивался в ее сторону.
Испытывая смертельный страх, она позволила ввести себя в комнату, где находился явно не один человек. Точнее, там сидели четверо: двое мужчин и две женщины.
