— Неверное решение. — Скрин вытащил из свернутого плаща пистолет и выстрелил человеку прямо в голову.
Данте словно ужалила змея. Он дернулся, зашатался и едва не упал, когда ослабшее тело рухнуло на землю. Слезы наполнили глаза, поползли по коже.
— Найти их! — Скомандовал Крейдом. Его Фантомы тут же рассыпались по темноте.
— Надо идти. — Пробормотал Данте, говоря это даже больше себе самому. — Идти…
Он дернул за плечо потрясенную Рику, помог подняться мне, взвалил Хантера на плечо и, поддерживая меня, повел нас в темно-зеленую мглу.
***
Все было как в тумане. Мы привыкли к тяжести, я имею в виду тот мрачный эмоциональный пресс, который держал каждый из нас все эти месяцы. Но мы так привыкли к тому, что рядом был взрослый, кто мог взять ответственность на себя, готов был всегда отстегать и приласкать, что… Мысли о Танке… О Лее… Мы шли, тащились по темноте, понимая — если остановимся, дальше идти не сможем. Раны мои заживали, но почему-то очень медленно.
— Ты слишком много на себя взял. — Тихо сказал Данте, когда я уже смог идти самостоятельно. Следы ожогов сходили, вырванные куски плоти восстанавливались.
Санька пришел в себя незадолго до того, как мы вернулись домой. Внутри все похолодело, когда мы увидели огромную дымящуюся воронку вместо входа. Изувеченная, засыпанная землей и кусками мебели общая зала. Коридоры, некоторые перегороженные обвалившимся потолком. Многие фонари мигали, но горели почти все, значит генераторы еще были целы. Повсюду следы борьбы, вернее бойни. Мы уже видели такое. В одном из темных лабиринтов мы нашли Катю. Сжимающую в холодных руках ружье, покрытую ранами. Рика, которая молчала весь путь, склонилась над ней уже не держа слезы. И вдруг она замерла и приложила ухо к груди девушки.
— Она жива! — Воскликнула Рика. — Живая!
Но она была без чувств. Данте взял ее на руки и мы двинулись к комнате Леи. Сердце мое колотилось и не хотело верить, но, когда мы открыли дверь, взору нашему предстали тотальный беспорядок, следы борьбы и… здесь слезы просто прыснули из моих глаз, белый халат, выглядывающий из вороха разбросанных вещей, покрытый алыми пятнами. Как одурманенный сделал несколько шагов, не удержался на подкосившихся ногах и упал на колени, стиснул зубы и просто молча смотрел.
Данте передал Катю Хантеру с Рикой, подошел ко мне и крепко сжал пальцами мое плечо. А я… беззвучно плакал, сжимая такую родную крохотную ладошку…
Много времени прошло, прежде чем мы смогли мыслить трезво. Саня с Рикой оказали первую помощь Кате, обработали ее раны и перевязали, но она никак не приходила в себя. Как смогли, обработали и свои ранения. Данте, единственный сохраняющий самообладание, накрыл Лею широким пледом и наклонился ко мне.
— Чувак, — зашептал он, глядя мне прямо в глаза, — приходи уже в себя. Один я не справлюсь. Ты мне нужен!
Я сморгнул слезу, закрыл глаза и просто принял действительность. Не думал я, что подобная сцена так сильно ударит меня. Я закивал, потому что сил что-либо говорить не было. Хотя, если честно, я просто боялся разреветься в голос.
Данте отошел от меня, уделив внимание Кате. Несколько ран на животе, порезы на руках и ногах, ей здорово досталось. Я же сжал ручку Леи, которую все это время держал в своих ладонях, не в силах справиться с порывом поднес ее к губам и поцеловал.
— Прости, Сестренка. — Прошептал я и осторожно положил ее руку на холодный пол.
Встал, стараясь удержать равновесие, посмотрел по сторонам. Шкафы и полки с лекарствами, тумбочки, папки с бумагами, все было разбито, раскидано, перемешано. Ее компьютер разбит, стол… Что это? На столе, под ворохом бумаг, лежало что-то яркое. Я подошел ближе — диск, обычный сиди-диск, с черной надписью «Включите это».
— Ребят, — окликнул я всех, — смотрите. — Я поднял диск.
— Что это? — Спросил Хантер.
— Послание от Леи? — Данте подошел ко мне.
— Может быть, не знаю.
— Чувак, у тебя ведь есть ноут, так?
— Да.
— Сгоняй за ним, а мы пока соберем все теплое, чем можем укрыться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты что задумал? — Я неуверенно смотрел на Данте.
— Эти уроды припрутся сюда, это точняк. А уходить я не хочу, хватит с нас прогулок. Спустимся поглубже, укутаемся потеплее и посидим пару часиков.
— Хорошо. — Я сжал диск в руке. — Давайте, встретимся у второго выхода.
Моя комната была нетронута, но когда я ворвался в нее, на ноутбуке я увидел стопку дисков с крупными черными надписями. «Когда тебе грустно», было написано на одном. «Когда тебе одиноко», назывался второй. «Когда ты злишься», было на третьем. «Когда не веришь в себя», «Когда вдруг вспомнишь меня» и «Когда встретишь Ее…». Слезы наворачивались на глаза, когда я перебирал все эти диски. «Вводное…», было на последнем. Теперь я не сомневался — то послание нам оставила Лея. Я быстро переоделся, потому что почти вся моя одежда сгорела, сунул диски в карман, схватил ноутбук и поспешил вниз.
Мы встретились у запасного выхода на поверхность. Обменялись молчаливыми кивками и отправились еще ниже, на такую глубину, где еще не бывали. Пледы, куски мешковины, одежда, все что собрали ребята очень пригодилось. Убедившись, что мы достаточно глубоко, Данте остановил нас, мы хорошенько укутались и сели на подстилки из мешковины, плотно прижавшись друг к другу.
— Заряжен? — Спросил Данте, когда я поставил ноут себе на колени.
— Да, конечно.
— Тогда запускай.
Комп включился. Я открыл дисковод, вставил диск, включил программу просмотра видеофайлов. Экран потемнел, потом мы увидели Лею. Она сидела за своим столом, в своей комнате, и все выглядело обычно.
— Привет, — с улыбкой заговорила девушка, но глаза были обеспокоены, — вы уж простите, что все так. — Послышался глухой удар. Вот в чем причина беспокойства. — Я оттягивала этот момент, но понимаю, что тянуть дальше некуда. Мне страшно представить, через что вам сейчас приходится проходить… И, пока у меня есть время, я должна кое-что рассказать вам. Танк ждал подходящего момента, он думал что вы еще не готовы, но сейчас… Полагаю, Танку уже все равно… — Девушка отвернулась, но поборола тоску, она была очень сильной, а у меня уже раздулся огромный комок в горле. — Танк много изучал врага. — Заговорила она, снова повернув к нам свое доброе лицо. — Ему несколько раз удалось подобраться близко к городу, вы помните. Их основные силы сосредоточены у той башни. Танк говорил, что их там много сотен, может быть даже тысячи. И он разработал план. — Грохот нарастал, лампа над головой Леи несколько раз замерцала. — Помните, по периметру действия сигнала Небулы Скрины расставили восемь блокпостов? По два на каждую сторону? Последние несколько недель он делал взрывные устройства. Их мощности, по нашим подсчетам, должно хватить чтобы разнести несколько кварталов, так что с Фантомами они справятся… Да, поэтому он рискнул поехать за выжившими — чтобы собрать их вооружение и использовать его в этой первой и последней атаке. Бомбы готовы, вы можете найти их у Танка в комнате, в тайнике под кроватью. Оставалось только сделать дистанционные взрыватели, чтобы не погибнуть. На поиски материалов для них он и отправился сегодня. — Лея замолчала. — Я отговаривала его, но… вы сами знаете его упрямство. — Она вдруг наклонилась к камере, а грохот вокруг все усиливался. — Завершите наше дело. — Прошептала Лея. — Это ваш шанс победить. Придумайте как взорвать эти бомбы на расстоянии, а с силами Слейвина сможете побороться за выживание. Это ваш последний и единственный шанс. — Она тяжело вздохнула, на записи стали различимы громкие шаги и голоса. — Простите нас. Видит Бог, не так мы представляли себе этот момент. Прощайте, маленькие наши. Помните — вы сильнее, чем думаете, вы со всем справитесь. — Лея вдруг пристально всмотрелась в объектив камеры и, по удивительной случайности, прямо в меня. — Прощай, мой Темный Волк. Прости меня.
Дикий треск и грохот. Крики на чужом языке. Лея резко потянула руку и выключила камеру. Остался только черный экран. Я закрыл программу. Мы все переглянулись.
