— Ты серьезно? Ведь у вас были другие планы на Эрмижад.
— Разрази тебя гром, элдрен! Говорю тебе, обменяй меня на нее.
— Ты странный человек, друг мой. Что ж, раз ты просишь об этом, я так и поступлю. Благодарю тебя. Ты и в самом деле помнишь древний Кодекс Воина. Должно быть, ты действительно тот, за кого себя выдаешь.
Я закрыл глаза. У меня нестерпимо болела голова.
Он вышел из палатки, и я услышал, как он дает наказ гонцу.
— Пусть известит горожан! — крикнул я. — Король может не согласиться, но они его заставят. Я — их герой. Они с радостью обменяют меня на элдрена, кем бы тот элдрен ни был.
Наставив гонца, Арджевх вернулся в палатку и сел на скамью напротив меня.
— Скажи мне, — спросил я, — почему элдрены до сих пор не покончили с людьми? Ведь нам не устоять против половинников с их умением становиться невидимыми.
Он покачал головой.
— Мы редко призываем их. Что касается меня, я вынужден был это сделать. Я пошел бы на что угодно ради спасения сестры.
— Понятно, — сказал я.
— Если б не она, мы бы никогда не вторглись в ваши земли, — продолжал Арджсвх. Я поверил ему, ибо знал, что он говорит правду.
Я глубоко вздохнул.
— Тяжело, — пожаловался я. — Меня заставили воевать, не растолковав, кто прав, кто виноват, не объяснив, кто населяет ваш мир и с чем вообще его едят. Очевидные факты здесь оборачиваются ложью, а то, что раньше представлялось мне неправдоподобным, — истиной. К примеру, кто такие половинники?
Арджевх улыбнулся.
— Колдовские призраки, — сказал он.
— Это я уже слышал от короля Ригеноса. Что сие означает?
— Ты просто-напросто не поймешь меня, если я скажу, что они обладают способностью расщеплять свои атомные структуры и самовоссоздаваться в других местах. Для тебя единственное объяснение — колдовство.
Я поразился, услышав научные термины.
— Ты зря думаешь, что я не пойму, — проговорил я.
Его брови поползли вверх.
— Ты другой, — сказал он. — Ну так вот, половинники, как тебе известно, состоят в родстве с элдренами. Однако не все обитатели Призрачных Миров приходятся нам родичами. Некоторые из них гораздо ближе к людям. И потом существует немало иных форм жизни.
Призрачные Миры реальны, но находятся в параллельных по отношению к нашим измерениях. У себя дома половинники ничем особым не выделяются, но стоит им только очутиться здесь, как положение в корне меняется. Почему — не знаем ни мы, ни они. Похоже, что у них там действуют иные физические законы. Больше миллиона лет тому назад мы открыли способ перекинуть мост между Землей и Призрачными Мирами. В тех мирах мы встретились с похожими на нас существами, которые иногда, в крайних случаях, приходят нам на помощь. Как сейчас, например. Порой, когда Призрачные Миры переходят в иную плоскость, их связь с Землей нарушается; тогда ни половинники, которые были в тот момент на Земле, ни элдрены, которым довелось оказаться в Призрачных Мирах, не могут возвратиться к себе. Как видишь, засиживаться в гостях довольно опасно.
— А правда ли, — спросил я, — что элдрены пришли на Землю из Призрачных Миров?
— Думаю, да, — согласился он, — хотя у нас не осталось никаких свидетельств.
— Вот почему, наверно, люди ненавидят вас. Вы для них — незваные пришельцы, — заметил я.
— Вовсе нет, — отозвался Арджевх. — Элдрены жили на Земле задолго до появления людей.
— Что?!
— Да, друг мой, — сказал он. — Я бессмертен, и дед мой тоже был бессмертным. Он погиб в одной из первых войн между элдренами и людьми.[2] Когда люди впервые появились на Земле, они обладали страшным оружием с громадным разрушительным потенциалом. В те дни мы пользовались этим оружием наравне с ними. И потому в итоге, когда последняя из войн закончилась поражением элдренов, Земля представляла собой выжженную пустыню. Мы поклялись никогда больше не прикасаться к тому оружию, пускай даже нам угрожает полное истребление. Нам не хотелось, чтобы нас потом обвиняли в уничтожении целой планеты.
— Ты хочешь сказать, что оружие это сохранилось?
— Да, но оно надежно спрятано.
— И вы знаете, как пользоваться им?
— Разумеется. Мы же бессмертны. Среди нас много тех, кто сражался в прошлых войнах и сам создавал такое оружие.
— Тогда почему…
— Я же сказал тебе: мы дали клятву.
— А что случилось с людским оружием — и с людскими знаниями? Неужели люди последовали вашему примеру?
— Нет. Человечество пришло в упадок. Наступила пора междоусобиц. Сначала они чуть было не уничтожили себя самих, потом превратились в варваров, потом в душах у них как будто воцарился наконец мир. На какой-то из ступеней своего развития они утратили знания и то оружие, какое у них оставалось. Миллион лет назад люди были настоящими дикарями, и я уверен, они вскоре опустятся до прежнего состояния. Они словно не замечают, что сами роют себе могилу. Мы не раз задавались вопросом, похожи ли люди, которые наверняка обитают на других планетах, на тех, с кем приходится иметь дело нам. Хорошо, если нет.
— Надеюсь, что так, — сказал я. — Как по-твоему, что ожидает элдренов?
— Гибель, — отозвался Арджевх. — Людей вдохновило твое появление, а ворота в Призрачные Миры скоро закроются. До твоего прихода люди только и делали, что ссорились. Маршалы короля Ригеноса вечно препирались из-за пустяков, а он по натуре слишком слабохарактерен, чтобы принимать важные решения. Но теперь есть кому решать, теперь есть кому возглавить войско. Я думаю, вы одолеете нас.
— Ты фаталист, — сказал я.
— Я трезво смотрю на вещи, — ответил он.
— Разве нельзя заключить мир?
Он покачал головой.
— Что толку вести пустые разговоры? — бросил он горько. — Мне жаль вас. Почему вы всегда приписываете нам собственные побуждения? Мы хотим мира и ничего больше. Но его не будет на этой планете до тех пор, пока человечество не вымрет само собой!
Я пробыл у Арджевха еще пару—тройку дней, а потом он отпустил меня под честное слово, и я поскакал в Некраналь. Дорога была долгая, и у меня было время как следует поразмыслить.
Почестей мне почти никто не оказывал, потому что вид у меня был потрепанный, а лицо и доспехи покрывал толстый слой пыли; да к тому же жители Некраналя не особенно жаловали одиноких рыцарей из числа тех, что осрамились перед элдренами.
Я подъехал ко Дворцу Десяти Тысяч Окон. Над внутренним двориком нависла угрюмая тишина. Короля в Приемной зале не было; Иолинда тоже отсутствовала.
Пройдя в свои старые покои, я сбросил доспехи.
— Когда уехала принцесса Эрмижад? — спросил я у раба.
