Святого Валентина, и самодовольный гомон молодежи и элиты Вашингтона почти заглушал живую фортепианную музыку в баре. Когда-то я был одним из них. Теперь я стал кем-то совершенно другим.
Каждый был либо пешкой, либо королём. Пешки хотели вырасти и стать королями, а короли скучали по невинности пешек.
«Он разрушил тебя. Он разрушил нас».
Слова Слоан, сказанные в прошлые выходные, эхом отдавались у меня в голове.
Она не понимала, о чём говорит. Она не знала меня. Она определённо не в том положении, чтобы судить меня. Я говорил всерьёз. Счастье не для всех. Я предпочитал безопасность. Я построил жизнь, которая не пошатнётся ни перед какими угрозами.
— Как всё прошло, босс?
Нолан небрежно прислонился к стойке администратора, погрузив пальцы в вазочку с мятными леденцами.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я.
От бара донёсся раскатистый мужской смех.
Нолан выпрямился.
— Маленькая хищная птичка по имени Петула напела мне, что у тебя важная встреча в нерабочее время. А после того, как тебе пришлось избавляться от хвоста, и после неприятностей с Холли, я подумал, что тебе может понадобиться поддержка. По крайней мере, до тех пор, пока минуту назад я не увидел на мониторе системы безопасности, как отсюда выходит Морин Фитцджеральд.
— Шпионить за своим работодателем, как правило, не самый умный бизнес-ход, — заметил я.
— Пф. Ты говоришь «шпионить», а я говорю «прикрывать твою спину», — он развернул мятную конфетку и отправил её в рот. — У прекрасной мадам была какая-нибудь информация о нашем покойном приятеле Феликсе?
Я оглядел вестибюль. Он был переполнен хорошо одетыми, хорошо обеспеченными людьми, уверенными в своей значимости. Мужчинами и женщинами, которые проводили свои дни в погоне за властью или в угождении ей. Я кивнул в сторону бара.
— Меня не нужно просить дважды, — сказал Нолан и последовал за мной.
Стены цвета лесной зелени, тёмное дерево и картины, изображающие охоту в английской сельской местности, создавали в баре ощущение старинной библиотеки в загородном поместье.
Мы устроили себе место в конце барной стойки из красного дерева, где толстая резная колонна защищала нас от посторонних глаз и ушей.
Я поймал взгляд бармена и поднял два пальца. Он кивнул и взял бутылку бурбона с верхней полки.
— Возможно, она только что поставила точку в вопросе о том, кто внёс имя Нэша в этот список, — сказал я, понизив голос.
— Я весь внимание, — Нолан, казалось, непринуждённо прислонился к стойке бара, но его глаза постоянно осматривали помещение. Видимо, можно убрать человека из маршалов, но нельзя убрать маршала из человека.
Бармен принёс бутылку и бокалы, нерешительно согнувшись в талии.
— Этот парень только что поклонился тебе? — уточнил Нолан.
— Такое случается, — сказал я.
Он покачал головой и вздохнул.
— Побыть бы в твоей шкуре всего один день.
— Это далеко не так интересно, как кажется, — пробормотал я.
— О, я бы нашёл способ повеселиться, — настаивал он.
Вероятно, так и было бы. Некоторые люди созданы для такой жизни. Каждый день был неиссякаемым источником развлечений и наслаждения. Жизнь Слоан была бы такой. Она выберёт мужчину, который смешил бы её. Который приходил бы домой ужинать. Который будил бы её ленивым воскресным утром, рассказывая о запланированном приключении.
Я стиснул зубы.
Я был важным человеком, меня уважали и боялись. Но всю прошлую неделю я мог думать только об обвинении Слоан в том, что я растратил свою жизнь на неправильные вещи.
— Тэйт Дилтон, — сказал я, понизив голос.
Взгляд Нолана снова остановился на мне.
— Да ты, должно быть, издеваешься.
Я покачал головой.
— Она упомянула семейную вечеринку у Метцера, на которую Дилтон явился без приглашения. Он демонстративно сблизился с его семьей. Вероятно, для того, чтобы показать, насколько близко он мог подобраться.
— Играл в «посмотри, как я ем картофельный салат, приготовленный твоей мамой, и играю в подковы с дядей Джо, так что тебе лучше не наезжать на меня», — размышлял Нолан.
— Похоже на то. И Метцер исчез, когда Дилтон был ещё жив. Так что, возможно, он — ответ на оба вопроса.
— Тогда в списке мести остаётся только Хьюго. И поскольку ты уже работаешь сам-знаешь-с-кем над этим, похоже, что твой список дел только что стал немного короче.
Я хмыкнул.
— Но зачем ему понадобилось вносить имя Нэша в список, а потом нажимать на курок?
Нолан пожал плечами.
— Этот парень был эгоистом-оппортунистом. Он увидел шанс убрать парня, который выгнал его приятеля с работы. Затем у него появилась возможность получить деньги за то, что он сам его устранил. Ненавидел его настолько, что хотел убрать со сцены, но не настолько, чтобы это произошло, пока кто-то не подсластил пилюлю денежным предложением.
Это имело смысл, поскольку это глупый ход, а Тэйт Дилтон был полон глупых ходов.
Я нахмурился над своим напитком.
— Мне не нравится связь между Феликсом и враждующими отцом и сыном Хьюго. Как мог жуликоватый полицейский из маленького городка попасть в поле их зрения?
— Преступники — это как одна большая кровосмешённая семья. Дилтон не мог испортиться внезапно, как авокадо. Этот мальчик долго гнил изнутри. Он мог бы оказать услугу папочке Хьюго здесь, поработать с Хьюго-младшим там. Чёрт возьми, да ты знаешь, как компания плохих парней садится за дружескую игру в покер, потом один из них говорит, что ищет водителя для побега, а другой говорит: «У меня есть парень».
— Это возможно, — согласился я.
— Ты видел финансовые дела Дилтона. Этот придурок получал гораздо больше денег, чем зарплата простого полицейского. Не обязательно, что все деньги поступали от одного и того же работодателя.
Хриплый смех донёсся с противоположного конца U-образного бара, где несколько мужчин собрались в тесный кружок. Вероятно, вокруг женщины, предположил я.
Нолан с удовольствием понюхал бурбон, затем отхлебнул.
— Чёрт, вкусно. Они что, просто держат здесь бутылку для тебя, на случай, если ты появишься?
— Владение отелем приносит свои преимущества, — сухо заметил я.
Конечно, были и недостатки, например, жадные взгляды, устремлённые на меня. Некоторые хотели заключить сделку. Другие хотели подойти поближе и сфоткаться. Третьи хотели подойти ещё ближе в надежде, что их выберут для более интимного развлечения.
— У тебя никогда не возникало ощущения, что ты в зоопарке? — проницательно спросил Нолан.
Я ухмыльнулся.
— Всего лишь каждый день.
— Ты мог бы попробовать быть менее привлекательным. Ну то есть, я натурал, но даже я узнаю Папочку в Костюме, когда вижу его. Может быть, сбрить бороду и потерять несколько зубов, — предложил он.
Мимо прошла высокая блондинка, соблазнительно покачивая бёдрами. Она была одета в платье от Александра Маккуина, и
