Читаем без скачивания Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

– Хватит болтать! – Строгов прикрикнул на чересчур разговорчивого рядового, чей длинный язык мог заставить осрамиться двух «отважных» ящеров. – Я сказал – нет! Так рано светиться нам ни к чему.

Больше с Великим Мастером никто спорить не стал. Группа построилась и бесшумно двинулась вверх по крутому, только что пробитому в скале туннелю. Для проходки применялась какая-то передовая технология. Строгов предположил, что выбранная порода не удалялась из шахты, а размельчалась и со страшной силой впрессовывалась в стены, пол, потолок. Хитро придумано! Ведь в результате этого процесса плотность и твердость окружающей породы возрастали в несколько раз, что бесспорно способствовало прочности самого туннеля. Неудивительно, что кракены пробивались внутрь так долго!

До точки выхода оставалось еще около километра, и отряд продвигался относительно спокойно. Как фронт, так и тыл надежно контролировались системами раннего обнаружения протонных боевых шлемов. Да и чувства Великого Мастера были начеку. Они подсказывали, что ближайшая группа противника – это кордон, выставленный на выходе из подземелья. А до него еще топать и топать!

Воспользовавшись выдавшейся минутой спокойствия, Строгов приотстал от авангарда и подождал, пока его догонит Луиза.

– Ну, ты как? – Николай обнял ее за плечи. – Волнуешься?

Матер понимал, что девушка сейчас чувствует что-то гораздо большее, чем простое волнение, однако все же спросил «волнуешься?». Пусть слова «страх», «неуверенность», «растерянность» сейчас не приходят ей в голову.

– Немножко, – Луиза взяла винтовку в одну руку, а другой ответила на объятие, в свою очередь притянув к себе Николая.

Хотя Строгов сейчас и думал о них, их прошлом, их будущем, но все же его острый внимательный взгляд не мог не отметить, с какой легкостью девушка несла тяжелый рюкзак и полностью снаряженный FAMAS. Словно игрушку, невесомую пушинку, чуть ли не двумя пальцами.

Николай постарался отогнать от себя неуместные сейчас мысли. Он ведь хотел поговорить… вернее, поддержать… вернее, попросить прощения за то, что потянул ее с собой.

– Ты правильно сделал, что взял меня сегодня.

Мастер вздрогнул от того, что Луиза так легко прочла его мысли.

– Думаешь… – Он не знал, было ли это совпадением или девушка почувствовала, поняла, о чем он думает.

– Уверена.

– Ты считаешь, что уже готова? – Мастер метнул на возлюбленную быстрый оценивающий взгляд.

Луиза несколько секунд молчала, а затем задумчиво ответила:

– Когда я первый раз встретила Моришаля, он пришел, чтобы помочь мне бежать от агентов «Архангела». Так вот тогда он сказал: «Луиза, быть может, вы единственная надежда Земли». Я тогда не поверила, да и он сам, похоже, не совсем верил. Но вот сейчас мне кажется, что Огюст был прав. Не смейся! – Луиза укоризненно взглянула на прищуренные глаза Николая. – Я чувствую… Что-то происходит. Прямо сейчас. Что-то темное рвется наружу. Вы все не замечаете этого, и поэтому я должна… Если не я, то больше некому.

Что ж, это не совсем то, что Николай ожидал услышать, но все равно весьма существенно. Строгов кивнул, одновременно соглашаясь как с самим собой, так и с девушкой. Чувство долга – это, конечно, совсем не безудержный боевой порыв, но тоже кое-что. Луиза сделает все, что сможет, а возможно, даже и больше.

– Командир!

До чуткого уха Великого Мастера долетел негромкий окрик идущего впереди Рутова. Капрал остановился, а вместе с ним, как вкопанная, застыла и вся группа.

– Что там? – Строгов поспешил на зов.

– Метров сто от нас, на потолке, прямо по центру. Новый потребитель энергии. И это совсем не лампа.

– Какой-нибудь датчик или камера, – предположил Микульский.

– Похоже, – согласился Моришаль.

– Выходит, больше оставаться незамеченными нам не удастся. – Строгов размышлял вслух и в то же время знакомил группу с планом действий. – Я, естественно, постараюсь прикончить эту штуковину как можно быстрее, но операторы все равно чего-то да углядят. Разложат картинку по кадрам, пропустят через компьютер и выяснят, что в шахте чужие. Поэтому на выходе из туннеля нас уже будут ждать. – Строгов повернул голову к Алексею Рутову и поинтересовался: – Сколько у нас там до выхода?

– Двести сорок метров, командир.

– Двести сорок – это не так много. Не успеют они подтянуть подкрепление. Так что пока будем иметь дело только с охраной. Но она будет начеку. – Тут Николай с досадой покачал головой. – Вот проклятущая камера! Все было бы гораздо проще, не окажись ее здесь!

Едва Николай успел договорить, как, словно ожившее эхо такой эмоциональной реплики, над ними пронесся хлесткий энергетический шквал. Мастер почувствовал его, но понять ничего так и не успел. Алексей Рутов удивленно воскликнул:

– Господин лейтенант, источник пропал.

– Как пропал? – на доклад капрала первым среагировал Моришаль.

– Пропал – и все тут. Погас. Нету его больше на сканере.

– У меня тоже пропал, – подтвердил Шредер. – Будто выключили.

– Я все правильно сделала? – в наступившей тишине женский голос прозвучал неожиданно громко.

Как по команде, все «головорезы» обернулись назад. Луиза стояла в пяти шагах от них, все еще держа вытянутую вперед руку.

– Да-а-а… – ранее Рутов не видел ничего подобного.

– Хорошая работа, солдат, – Мастер козырнул своей подруге и, не теряя ни секунды, приказал. – Вперед, бегом марш!

Пробегая тот участок, где только что таился маленький электронный шпион, Строгов бросил быстрый взгляд на потолок. Никакой камеры там, конечно, уже не было… ничего не было. Ни ламп, ни вытяжных вентиляторов. Все эти атрибуты прогресса сорвало и зашвырнуло куда-то далеко вперед, в глотку каменного туннеля. Хороший удар! Николай мысленно похвалил Луизу. Оставалось только надеяться, что уничтоженное электрооборудование не долетело до выставленного в туннеле поста.

– Командир, – Шредер поравнялся с Великим Мастером. – Впереди движение. Три объекта вышли нам навстречу.

– Поднажмем, – Строгов понял, что шум в туннеле не остался незамеченным. – Атаковать без команды. Сразу огонь на поражение.

Контакт произошел уже через несколько секунд. Три фигуры в сером камуфляже едва замаячили в пыльном, подсвеченном желтым светом электрических ламп мареве, как в них тут же ударили огненные росчерки плазменных пуль.

Кто-то из патрульных еще судорожно бился, когда «головорезы» переступали через трупы. Вернее, перепрыгивали. Перейти на шаг было непозволительной роскошью, потерей драгоценных секунд. Только бы успеть, только бы не упустить, не разбазарить нокаутирующий эффект неожиданности.

– Тридцать метров! – выкрикнул Рутов, и сразу же после этих слов они увидели дверь, точнее, ворота. Тяжелые двухстворчатые металлические ворота, которые закрывались перед самым их носом.

– Луиза, бей! – выкрикнул Николай. – Бей, иначе…

Что будет иначе, Строгов так и не договорил. В центр огромной двери словно врезался невидимый многотонный грузовик. Удар оказался столь силен, что ворота, приспособленные открываться наружу, вмиг изменили свою конструкцию и со страшным скрежетом распахнулись внутрь. Проход был открыт.

Без потасовки войти не получилось. Как только корсиканцы показались на пороге технического корпуса, по ним открыли огонь. Слабый, безалаберный, неумелый, но все же огонь.

– Мы разберемся! – Шедшие в авангарде Рутов со Шредером прыгнули внутрь и, перекатившись, тут же скрылись за ящиками с каким-то, должно быть горным, оборудованием.

– Они разберутся, – Строгов придержал Яна Микульского, готового последовать за боевыми товарищами. – Со своими боевыми шлемами они там всех насквозь видят.

Прогноз командира подтвердился уже через несколько секунд. Под сводами огромного ангара загремели хриплые голоса двух рассерженных FAMASов.

– Все, теперь чисто! – в неожиданно наступившей тишине прозвучал крик Рутова.

– Входим, быстрее!

Строгов подгонял свой отряд. Пока враг ошеломлен и растерян, его следует прессовать, крушить и гнать подальше. Стоит только остановиться и увязнуть в перестрелке – и все, конец! В район боя, как тараканы, начнут сползаться мелкие группы охраны из соседних секторов, а за ними, того и гляди, подойдут ударные силы. Конечно, они и так подойдут, но только это должно произойти потом, позже, когда «головорезы» проникнут в глубь станции.

Внутри технического корпуса было светло, как днем. Хотя почему как? На Воларде сейчас действительно вовсю бушевал день. Слепящие лучи солнца били сквозь прозрачную крышу. Первое, что бросилось Мастеру в глаза, были трупы. Их оказалось с полдюжины. Двое военных в камуфляже и бронежилетах, остальные – фигуры в желтых, сделанных из тонкого глянцевого пластика робах и точно таких же по цвету касках. Проходчики, без сомнения, проходчики. В груди Строгова уже шелохнулась досада за безвинно загубленные души, но тут он разглядел пистолетные кобуры, притороченные к желтым комбинезонам. Да… эти люди вряд ли сдались бы просто так.