Стюард сервировал длинный стол в середине кабинета на двоих. Стив, избегая смотреть на Джи, обрадовался, что он будет сидеть слева от императора. Он бы сегодня не выдержал сидеть напротив под прямым взглядом Джи.
— Я посмотрел твои тесты, они совпадают с моей диагностикой. Я доволен тобой, — Джи взглянул от рабочего места.
Стив неуверенно приблизился, открывая сознание.
— Я… Ты простил меня?
— Мне не нужно тебя прощать — ты бы не смог меня убить, — Джи встал и взял его за шею, гладя большим пальцем по скуле. Стив захлебнулся и судорожно сцепил руки за спиной — сейчас он не мог решиться сам дотронуться до Джи, а только сконцентрировался на ощущении его прикосновения. Тихо сказал, ловя взгляд Джи и мысленно распахиваясь до дна:
— Я не хочу тебя убивать, я никогда не смогу...
— Я знаю, что не сможешь, к тому же тебе и незачем, — усмехнулся император и потрепал его по щеке. — Если меня не будет, то ты не только станешь ненужным, но и окажешься угрозой для каждого ажлисс и человека. То есть, ты вряд ли переживешь меня. К тому же без меня не будут работать порталы. Ты бы хотел разрушить Империю?
— Нет, я не это хотел сказать, — Стив моргнул и безнадежно запрокинул голову, борясь со слезами — ну почему слова так ограниченны и двусмысленны? Тогда, после Гайдеры, очнувшись в инкубаторе, Хакисс бросилась на Джи, пытаясь уничтожить его фантомом, стараясь дотянуться и взорвать его обратной регенерацией. Но Джи оказался быстрее. Он успел поймать её,схватить за руки — очнулась она уже в пустошах. Теперь Стив не был уверен, что Хакисс действительно хотела убить Джи. Ей просто было ужасно плохо.
— Нет, не так! Я не хочу тебя убивать и никогда не буду! — отчаяние подкосило Стива и он сполз на колени, вдавливая ладони в пол, посылая всего себя в расплывающуюся синеву глаз своего Бога, утопая в нем, как в бесконечном небе, охватившем его со всех сторон. — Я не могу объяснить правильно! Прочитай меня! Прочитай, что я чувствую!
— Это неважно, успокойся. Сейчас тебе надо восполнить силы после тестов, — и Джи шутливо отвесил своему экзекутору легкий подзатыльник, направляясь к столу.
— Прости, — Стив затих. Вытер глаза. Медленно встал и, стараясь двигаться экономно и бесшумно, сел на предусмотрительно отодвинутый стюардом стул. Тоскливо пробежал взглядом по армии приборов, в полной готовности лежащих вокруг и хищно нацеленных на него. К чему эти сложности с правильным ужином, когда император у себя дома? Вздохнул и пожелал:
— Спокойной и приятной трапезы!
— И тебе. Расскажи мне, что тебе понравилось на территориях?
Территории? Ах, да. И еще Кристофер. Но за столом нельзя говорить о нервном.
— Я не почувствовал пришельцев.
Джи изящным и точным движением нанизал на трехзубую вилку три разных кусочка салата и неторопливо прожевал их, разглядывая Стива.
— Это тебе понравилось?
Стив повел плечом, метнул осторожный взгляд и поправился:
— Там были симпатичные голубые ежиные олени, с красивыми темно-синими глазами. Их пробы есть у лаборантов.
— Да, я видел твой дневник, — Джи неторопливо кивнул и улыбнулся.
Ну вот... Стоило надрываться с темой разговора?
— А когда я смогу посмотреть свой дневник? — Стив замер. До него вдруг дошло, что у Джи тоже красивые темно-синие глаза. Вдруг Джи оскорбится? Стив выдохнул, взял себе самое простое и быстро начал есть.
— Когда я буду уверен, что у тебя не случится истерики, — донесся до него спокойный ответ.
Стив почувствовал, что краснеет, напрягся и отогнал кровь от лица.
— Прости, но я даже не помню, как меня звали до того, как я попал сюда, откуда я… Не помню, как выглядит моя мать...
— Ты экзекутор и это тебе не нужно. Мы с тобой уже говорили на эту тему. Ты должен наконец повзрослеть. Ты — ажлисс, и вся твоя смертная жизнь осталась за крышкой инкубатора. И твоё желание выкопать прошлое может навредить Империи. Может всколыхнуть недовольство. У ажлисс нет родных среди смертных. Нельзя создавать преимущества и зависть у людей. Это основы нашего существования. Хочешь парочку тех оленей на остров?
— Им там будет мало места, — насупился Стив. Да неужели непонятно, что олени ему не нужны?
— Хорошо, тогда надо их выпустить в лес около базы — они будут красиво смотреться в контрасте с желтыми парковыми ланями.
Ужин прошел в бессмысленном разговоре. Стив даже не понял, что он ел. Он механически глотал и его заботило только одно — больше не соскользнуть на щекотливую тему, которая так и рвалась в разговор. Потом он соберется с силами и поговорит. Потом!
После ужина Джи часто снова работал, но тут Стив ослабел от благодарности — Джи пошел сразу в спальню. Стив, дрожа, нет, вибрируя нервами, всем телом и душой в ожидании и нетерпении, нырнул в постель, обмирая и еле-еле вспомнив, что надо аккуратно повесить вещи — Джи любит порядок! И умер, переместился через временной портал к моменту, когда Джи оказался рядом и услышал:
— Мне не надо привязывать тебя за руки?
Стив покраснел и прильнул к своему Богу, спрятал лицо у него на плече:
— Нет, не надо. Я никогда больше не… Прости! Я люблю тебя!
— Ты еще ребенок совсем. Любовь проходит и уходит, а в жизни надо просто придерживаться правил. Мне не за что тебя прощать. Я знаю тебя, я специально выбрал именно тебя.
Стив уже не слушал, он уплыл, утонул и растворился в божественном счастье. Джи снова с ним, он снова с Джи и нет ничего кроме...
Потом, много времени потом, когда Стив был и не был… Он был в мыслях и чувствах Джи, ощущал его телом, его руками и, в то же время, он чувствовал его собой. Он не думал, где он, а где Джи, и сейчас было счастье, не было ничего, кроме сейчас, и оно было вечно… Но, чуть было не уснув, Стив вспомнил, что он хотел. Что у него есть одна маленькая, но болезненная проблема. Надо ее решить и избавиться от постоянной занозы, давно сидящей в сердце. Старая мысль выплыла сама и перетекла к Джи:
— Джи, а почему я? Ты бы мог вырастить кого угодно в лаборатории...
— А зачем мне кто угодно? Тело я действительно могу вырастить любое. Тело даже ты, особенно ты, — и он слегка прижал сразу встрепенувшегося и обнимающего его Стива к себе, — можешь вырастить какое захочешь. Но тело безвольно и неинтересно. Никакой андроид не может заменить человека. И не каждый человек может быть экзекутором и сможет быть со мной. Ты можешь. Я напрограммировал необходимые мне характеристики в поисковик, и система, проверив бесконечное множество вариантов, предложила тебя. И моя Крошка сама пришла ко мне. Мне нужно не только твое тело, главное — это твоя душа в этом теле… И к тому же у тебя давным-давно не твое родное тело, а очищенное от дефектов тело ажлисс, построенное по твоим данным и настроенное на твою душу. А твоя душа остается той же самой, независимо от того, в какую морфу ты меняешь свое тело.
Стив блаженно прошептал:
— Мой бог на самом деле демон, крадущий души...
— Я не могу украсть — всё и так принадлежат мне по закону. Но когда хорошо всем, хорошо и мне. Империя сильна и богата, силен и я. Я имею право на спутника, чтобы мне не было одиноко — и поэтому у меня есть ты.
— Я люблю тебя...
— Любовь приходит и уходит, а мне надо чтобы ты никогда не предал меня.
Стив испугался и быстро сел ближе, положив обе ладони Джи на грудь, приникая к нему, ища его взгляд:
— Как я могу тебя предать? Зачем? — чуть не закричал, но спохватился. — Я не могу жить без тебя… Там, на Гайдере, Хакисс чуть не умерла без тебя… От боли. От того, что ты бросил её... Ей было так плохо... А ты выбросил ее в степь, — совсем неслышно добавил Стив. — Я снова чуть не умер там… Но я больше не Хакисс, я не хочу быть Хакисс...
— Хорошо, если тебе удобней Стив, так и будет. Я согласился. Но Гайдера была для тебя необходима — тебя надо было встряхнуть. Ты не развивался, а после шока Хакисс собралась и пробудила резервы. На пустошах ты стал сильнее. И ты почти готов, почти такой, как я и хочу. Тебе это всё пошло на пользу. Быть экзекутором тяжело, а без моего руководства ты бы не поднялся выше обычного ажлисс. А как ажлисс ты бесполезен. Я нужен тебе так же, как ты нужен мне.
