и эпикурейцев, как у Ореста с Пиладом. Казалось бы, Монтень – одинокий, независимый, замкнутый, интровертивный, самодостаточный человек.
Но в его жизни был великий друг, интересный человек и, по-видимому, главное событие во внутренней жизни Монтеня. Этот человек очень интересен и заслуживает отдельного разговора. Его звали Этьен де ла Боэсси. Он прожил совсем недолго, годы его жизни 1530–1563. Как вы видите, он был чуть-чуть старше Монтеня и умер в 33 года. О нем очень мало сведений, хотя я о нем кое-что знал и раньше, независимо от его дружбы с Монтенем, по тем причинам, по которым вы сейчас поймете. Его обычно описывают как философа, поэта и писателя. Монтень признается, что Ла Боэсси знал его больше него самого.
В каком-то смысле «Опыты» – это попытка продолжения разговоров с другом, написанные уже существенно после его смерти. Смерть ла Боэсси в 1563 году его совершенно потрясла. Эта дружба была очень для него важна, она была очень глубокой, очень настоящей, идеальным примером диалога двух выдающихся людей.
Чем Ла Боэсси известен, хотя прожил всего тридцать три года, кроме того, что он был близким другом самого великого Монтеня? Тем, что написал сочинение, которое называется «Рассуждение о добровольном рабстве». Это сочинение считается протоанархическим (вот откуда я знаю о нем), и в нем он говорит, что государство – это зло, всякая власть – это зло, подчиняться власти – это нехорошо, и если и надо, то из-под палки, по принуждению. Произведение очень тираноборческое, антиэтатистское, антигосударственническое, свободолюбивое. То есть я многократно встречал это имя в книгах по истории анархизма, и это сочинение упоминалось. И этот человек был ближайшим другом Монтеня. И я думаю, что отношение Монтеня к государству очень близко к позиции ла Боэсси. И, замечу, большой кусок этого сочинения Монтень включил в свои «Опыты». Сами «Опыты» – во многом беседа с любимым другом, который знал его больше, чем он сам, как говорит Монтень.
Повторяю, в жизни Мишеля Монтеня была очень большая, великая и редкая дружба и никакой большой любви, рутина семейной жизни, довольно печально закончившаяся. Это что касается частной жизни. При этом, судя по всему, Монтень очень любил своего отца. Был благодарен за воспитание, которое он ему дал, называл его лучшим отцом из всех отцов на свете.
Очень рано, в значительной степени, может быть, под влиянием происходящего в стране ужаса гражданской и религиозной войны, а может быть, под влиянием смерти любимого друга, Монтень в 1571 году, в тридцать девять лет, уходит от мира. Правда, как вы, наверное, заметили, он уходит от него не совсем. Мир за ним приходит и зовет его в мэры через некоторое время, мир все время пытается его вытащить, а Монтень стремится от него бежит. В общем, в 1571 году он продает свою должность советника парламента. Так раньше было принято: все должности продавались и покупались, патенты, все такое. Не подумайте, что это коррупция – это было вполне нормально. Это не как у нас сейчас принято покупать и продавать депутатское звание, потому что парламент был тогда не совсем то, что у нас. У нас все-таки купля депутатского мандата хоть и повсеместна, но формально не узаконена; а во Франции это было совершенно законно и нормально. И в 1571 году, в 39 лет, Мишель Эйкем удаляется в тот самый замок Монтень в Перигоре, родовой замок, купленный прадедом за сто лет до этого, где придается наконец любимому занятию.
Повторяю, Монтень, судя по тому, что он пишет сам о себе – а о себе он пишет очень много в своей книге, – и по всему, что мы о нем знаем, человек исключительно… Вот, если попросят назвать одну главную его черту, я скажу, что это тонкость. Эта черта проявилась и в его философии. Мир невероятно сложен, человек невероятно сложен, все неоднозначно. Монтень тонок, восприимчив! Это не значит, что он безволен – он именно тонок. Он утончен. А если говорить о других его чертах, это стремление к независимости, к уединению, доброжелательность, честность, порядочность, почитание дружбы, небольшое внимание к семейно-любовно-брачным делам.
И вот, он уединяется в замке Монтень. Замечу, что все-таки в его жизни были и другие книги, кроме знаменитого трехтомника. Да, Монтень и «Опыты» – все-таки «близнецы-братья», это главное произведение. Но я встречал упоминание о других его работах. Например, он написал «Путевой журнал» в 1580–1581 годах, но издана эта книга только в XVIII веке. Мне на русском языке она не попадалась, не могу ничего о ней сказать, но «Путевой журнал» упоминается. Были у него и еще какие-то сочинения…
Но именно в семидесятые годы он начинает писать книгу, о которой мы будем дальше говорить, ставшую его визитной карточкой. «Опыты», повторяю, – это не просто книга, это «книга книг», это собрание множества фрагментов, отрывков, это такая эпохальная великая вещь. В 1580 году в Бордо издали первые два тома. В 1588 году он дорабатывает и переиздает первые два тома и третий том. В итоге три тома вышли при жизни автора. И уже после его смерти одна его почитательница в Париже в 1595 году издает еще раз.
Этой книге сразу была суждена высокая популярность, что удивительно, потому что писал он не для широкого читателя. Тем не менее, за полвека после его смерти, «Опыты» во Франции переиздаются двадцать раз! В 1603 году они выходят на английском языке и сразу становятся настольной книгой Шекспира, Бэкона и многих других великих англичан того времени. Книга, написанная, казалось бы, в виде дневника про себя и для себя, приобретает уже при жизни автора невероятную популярность.
В 1592 году Монтень умер от каменной болезни. И, как обычно пишут, «жизнь закончилась, началось бессмертие». Это главное, что я хотел сказать о жизни, обстоятельствах, биографии человека, чрезвычайно симпатичного лично мне – и не только мне.
Теперь, конечно, надо немножко поговорить о жанре «Опытов». О том, как написана эта книга.
Давайте вспомним: Монтень изобрел новый жанр. Уже одного этого было бы достаточно, чтобы признать его великим в истории. Переведем слово «опыты» на латынь, – и получим слово «эссе»! Монтень ни много ни мало – отец эссеистики, жанра, который очень популярен сейчас и существует отнюдь не только во Франции. Но особенно – во Франции. Не будь Монтеня, не было бы Ларошфуко, Лабрюйера, Паскаля… и вплоть до Камю и многих других. Ну, мы знаем, что эссе кто только не писал! Отнюдь не только французы. Просто Франция очень преуспела в этом
