В гостевом здании обнаружилась обслуга — целой и здоровой. Тут же закрутилась карусель уборки сада от обломков и самого дома. Управляющий взялся решить вопрос восстановления самостоятельно — были бы деньги. Деньги, к счастью, были.
Срок четырёхчасового ультиматума прошел в домашних хлопотах, без лишних нервов, обсуждений и 'томительного ожидания', как про это обычно пишут. Таня этот вопрос даже не поднимала, а я, в свою очередь, не кидал на нее подозрительные взгляды и не пытался за ней следить. Не тот она человек, чтобы переходить некую незримую черту порядочности.
Забавно, но столовая уцелела, потому вечер у нас был, словно в ресторане — три перемены блюд и вино под музыку старой радиолы, что украшала гостевую комнату. Вместе с едой и отдыхом возвращались силы, а вместе с ними появлялись и мысли романтического толка, когда в двери деликатно постучались.
На пороге оказался управляющий, и вид он имел весьма нервный, насколько я могу судить из своего опыта.
— Господин, они вернулись, — фраза вышла весьма смазанной, но оно и понятно — никому не понравится, когда его вместе с подчиненными запирают против их воли.
— Я разберусь, — жестом остановил попытавшуюся встать жену и пошел вслед за управляющим.
Видимо, кое-кто не понял с первого раза.
За воротами действительно оказался знакомый джип, в этот раз — один одинешенек. Рядом с машиной перетаптывался водитель, а внутрь салона не давали заглянуть тонированные стекла.
— Уезжайте, — я вышел из калитки и приблизился к машине.
— Тут такое дело, — зачесал затылок бодигард, изображая смущение.
Хлопнула задняя дверца, выпуская престарелого господина, прижимающего к себе серебристый чемоданчик.
— Аристарх Робертович, очень рад знакомству — рука старика протянулась было вперед, но, обнаружив мое полное нежелание идти на контакт, вновь прижалась к кейсу, — Простите за сегодняшнее недоразумение, но…
— Уезжайте, — повторил я и хотел уже было развернуться, но юркий старичок обогнул меня и посмотрел в глаза взглядом побитой собаки.
— Выслушайте старика, прошу вас.
Я все таки задержался — любопытство победило. Аристарх воспрянул и принялся вещать.
— Мы не могли бы пройти в дом? Тема уж больно деликатного свойства? — подчиненный Авинова заметил мой взгляд на охрану и тут же уточнил, — Только я один! И, обещаю, никто не попытается забрать у вас жену, слово даю!
— Идемте, — я неохотно кивнул. Ведь не отвяжется все равно.
Мы прошли в наш с Таней домик и заняли места за столом, еще парой минут загроможденным различной снедью, но Таня, видимо, все таки слышала разговор через ворота и довольно шустро все прибрала. Жена тоже изъявила желание выслушать явно знакомого ей старичка — по крайне мере, они поздоровались весьма душевно, что отводило подозрения в новой пакости, но щит я все-таки поставил, и жене тоже шепнул.
— Итак, — бодрый дедок приосанился, положил чемоданчик на колени, а руки сцепил замком на столе, — Виктор Авинов улетел.
— А вы? — удивился я.
— Мы оставлены присматривать за вашей прекрасной невестой, — охотно ответил он, — оказывать всяческую помощь и оберегать.
— Что то не вяжется, — скептически покачал я головой, — Он же отрекся от Тани?
— Дорогие мои! Девушка шестнадцати лет выходит за муж, извините за хамство, по залету, в одном из великих кланов? Так не бывает, — прочеканил он, — Вернее, бывает, но последствия колоссальные! Настолько сильные, что у вашего светлого батюшки остаются только весьма тяжелые и неприятные решения.
— Какие? — не удержалась Таня.
— Убить жениха, жену в монастырь. Убить и невесту и жениха, обычно в автокатастрофе. Сделать вид, что ничего не было — при этом, основательно зачистив все следы, что весьма хлопотно и сложно. И отречься от дочери, а вместе с ней — от позора, — продиктовал старик.
— Ваш господин попытался перебрать все варианты, — фыркнул я.
— Хочу отметить, что Виктор Авинов не желает своей дочери плохого, — мягко, но уверенно сказал Аристарх Робертович, — Но отречься от нее он вынужден, ввиду невозможности действовать по иному варианту.
— Проще говоря, он не смог меня убить, — кивнул ему в ответ.
— Тем не менее, он вас любит, — обратился старик к Тане, — потому с сегодняшнего дня вас будут оберегать трое гвардейцев в ранге 'учитель', специально оставленных для вашей защиты. К вашим услугам так же мои юридические услуги и, — он переложил чемодан с коленей на стол и щелкнул застежками, — Мне поручено передать небольшую часть приданного для дочери.
Из небольшого кейса показалась стопочка бумаг и была тут же аккуратно уложена перед моим лицом.
— 'Ино индастриал', - в некотором недоумении прочитал я. Что-то знакомое, и даже вертится будто бы на языке, но не вспомнить.
— Я ничего не понимаю, — озвучила Таня мои мысли и в прямом смысле схватилась за голову, опустив локти на стол.
— Скажу я вам по секрету, — старик озорно подмигнул левым глазом, — Впервые видел, как уважаемый Виктор Авинов был настолько доволен.
— Но я же его раза в четыре согнул, — хмыкнул я, не веря доброму расположению духа отца Тани после случившегося.
— Вот! — важно поднял он палец ввысь, — Уловили суть. Зятья-виртуозы, знаете ли, на дороге не валяются, — хитро улыбнулся юрист.
— Так он же все равно отрекся от Тани, — не уловил я, чему он тут должен быть рад, — Она ему не дочь, я ему не зять. Да и не нужен мне такой родственник.
— Молодо-зелено, — грустно вздохнул старик, — Будем верить, вы его простите, а он на вас — уж поверьте — и не обижался никогда.
— Вот уж вряд ли, — ответил я и заметил согласный с моими словами кивок Тани.
— Нам бы пожить рядом с вами — если позволите, — вернулся Аристарх к бытовым вопросам после некоторой паузы.
— Таня? — я обратился к жене, предлагая ей решить, насколько она доверяет словам старика.
— Пусть живут, — чуть подумав, кивнула Таня, — заодно со стройкой помогут.
Расселение гостей все-таки вызвало некую суету, однако через час поместье отправилось ко сну. Не спал один из охранников Тани, а вместе с ним добровольно лишил себя сна один из слуг, взявшись присматривать за охранником. Не знаю, как он собирался мешать 'учителю', но выглядел он очень решительно и даже вооружился кухонным ножом.
Перед сном мы переговорили со всеми охранниками и взяли с них обещание не делать глупостей. Мера предосторожности, быть может, выглядит и забавно, но не в мире родов. Врагам стараются не обещать, да и вообще не раскидывают обещания направо и налево — потому как исполнение обязательно. Человек, предавший свое слово, лишается чести и может тихо-мирно пойти топиться. Правда, моему дядьке это ни разу не помешало жить богато и счастливо, как и всему моему клану, а я тут распинаюсь. Для меня в этом деле вполне хватило слова Тани, однако эту ночь я тоже не спал — бдил, не жалея себя и немного жену, но она вроде как не жаловалась и к утру выглядела вполне довольно. Словом, на нас никто не напал и похитить не пытался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
