Аня вообще протерлась об меня своим огромным бедром, пока выходила, едва не рухнув прямо ко мне на коленки, от того что я не выдержал такого напора. Сделала вид что споткнулась. Таня с Аней обменялись взглядами-молниями. Что бы все это значило? Поймите меня правильно, хочется конечно верить, что вдруг я стал мистер неотразимость, но мозг ищет подвох.
— Слушай, а ты правда стихи сочиняешь? — спросила меня Таня.
Вот же дела! Как это сюда-то просочилось?! К добру это или нет? Так и не стал ничего отвечать. Ну и самая пока что большая неприятность случилась далее. На первом же уроке нового предмета — Черчения. Выяснилось, что я абсолютно не могу чертить. Некоторое время она конечно пыталась что объяснять, но я не понимал.
— Не пытайся рисовать! — орала старая карга.
— Да чего вы орете то? — резонно спросил я.
— Что?! Да как ты разговариваешь с учителем?! Что это за орете?! — орала она.
— Я просто пытаюсь нарисовать эту фиговину.
— Не надо рисовать! Надо чертить! — надрывалась та.
— Я хорошо слышу, я просто чертить не умею. — не удержался я от подначки.
— Выйди вон немедленно!
— За что?! — искренне не понял я.
— Дневник! Дневник мне немедленно! Сначала дневник потом вон!
— Вы когда-нибудь разговариваете обычным тоном? — оглядывался я на одноклассников в поиске поддержки.
Как ни странно, в каждой бочке затычка — Илья, предпочел держать свой рот на замке и забегая вперед делал так каждый чертов урок чертового черчения.
— Мне кажется вы несправедливо выгоняете Мосю с урока. — встал Артемон.
— Что?! Ты то же вон!
Крайне довольный Артемский покинул урок вместе со мной.
— Я то же считаю что, это…. — замялся Лыжин с формулировкой своего несогласия.
— И ты то же вон! — не дожидаясь формулировки вынесла вердикт училка.
К нам присоединился довольный Элджи.
— Что за шибанутая? — громко спросил, выходя Артемьев.
Мы закрыли дверь и наслаждались приглушенными воплями.
— Да это Грымза, она и впрямь говорят того, мне бывшие одноклассники говорили, что она совсем. — повертел пальцем у виска второгодник Элджи.
— Есть что курить? — перешел к насущным вопросам Артемский.
— Е-есть — растягивая буквы, вальяжно словно король, Элджи извлек из кармана пачку с верблюдом.
— Ого?! — удивился Артемон.
— А ты что курить начал? — удивился я совсем другому.
— Самец! — хвастливо заявил Элджи.
А мы согнулись в пополам в диком хохоте.
— Это же Кемел! — хохотал я.
— А мля! Не могу! Цука! Самец! — орал Артемский.
— Англичанин блин!
— Да я знал! — утверждал покрасневший Элджи. — Я же пошутил.
— Что вы здесь делаете! — открылась дверь кабинета черчения.
— Да иди в звезду. — посоветовал училке Артемон.
— Что?! А?! Да я?! Да вы! Да я! — захлебывалась своим бешенством учительница черчения.
— Головка от буя! — вставил Артемский, поймавший кураж.
— Ни один из вас не сдаст черчение! Всем двойки выставлю!
— Да пошла ты, на ху… …тор бабочек ловить, погнали покурим, — предложил Элджи. — Я угощаю.
В пустых коридорах вопли были отлично слышны, так что до того, как мы дошли до туалета, из одного из кабинетов выглянула училка английского.
— Что тут происходит? — спросила она по-русски.
— What's going on — ухмыльнувшись поправил я «англичанку» вернув той ее обязательное общение на английском на уроках. — Isn't it? Людмила Михайловна?
— Гутен Таг! — брякнул Артемский и выкинул руку в совсем уж неуместном приветственном салюте.
— Еще один англичанин, — засмеялся я.
— Артемский, а ты что в группу немецкого перешел? — помявшись, нашлась что ответить англичанка и вернулась в свой класс.
Учителя прямо как дети, то же им важно оставить за собой последнее слово. Да, англичанка была то же ничего так симпатичная. Но физичка все же интереснее.
Глава 18
Сентябрь 1994 года. Сергей Пудов.
В школе Пудову пришлось стать Электронником. Конечно гением Сергей не стал, но заметный рывок совершил. В школе он вообще мало разговаривал, определенно у него в детстве были проблемы с коммуникабельностью. Но их никто не пытался решить, не было ни психиатров, ни психологов ни чего. Но все же как-то постепенно начиная со старших классов, затем в училище, в армии, на работе, социализация все же состоялась. Сейчас же он в глазах окружающих просто стал другим, раз и все. И это шокировало. Удивленные учителя ставили ему явно завышенные оценки. Долго конечно ситуация не продлиться, и учителя начнут ставить реальные оценки. Но Серега старался, не так уж и сложно получать четверки в школе, о пятерках он даже не помышлял.
У него был четкий план, четверок ему должно было хватить. Его план требовал обязательного перехода в десятый класс. В крайнем случае, если понадобиться он даже школу поменяет на простую, например, в своем поселке. Лучше быть ударником в поселковой школе, чем двоечником в городской. На словах с его предложением согласился и Михаил. Вот только вместо того что бы следовать новой политике — выучил, поднял руку получил четверку. Михаил все так же следовал в фарватере старой политики — Получил пару ну и фиг бы с ней, на следующий урок вообще не приду. На попытку вразумления отреагировал весьма нервно, даже поругались чуть-чуть. Сейчас вообще гад, перестал ходить в школу.
В игротеку ходит, на свои смены, а в школу нет. Надо еще раз поговорить. Ситуация с бизнесом улучшилась. Кассеты стабильно берут, Светка показала, как делать заказ и всего лишь встречать рейсовую маршрутку с коробками, а не кататься как дурак за товаром. Ей в пару взяли Жанну, с подачи Михи. Та имела какой-то опыт работы, но кажется любила выпить. Вот же дура, сопьется же так. Впрочем, это не его проблемы, пока она делает свою работу и не бухает прямо на ней. У него же, все удачно прикрыто в плане рабочего времени. За игротекой присматривают Света и Жанна, а админят на полставки Миха, Элджи, Артемон, Мизинец. Куча народа напросилась из класса. А хотело еще раз в пять больше, несмотря на мизерную оплату.
По всем школам разнесли листовки с рекламой. Простой текст размноженный на ризографе, что в печати гораздо дешевле ксероксов и принтеров. К тому же в
