кто-то лоботрясничал. В любом случае, нельзя не отметить, что есть работы, которые поистине годятся как основа для университетских диссертаций. Больше исследований, экспертиз, теоретических обзоров, и действительно с этим не стыдно выступить за кафедральной трибуной. Итак, на областную конференцию в Пермь едут три группы. Вещий-Смольная, Соколова-Калыйр и Предякин-Енерева.
Объявление встречают полагающимися аплодисментами, а также растерянными охами и тихим шепотком, относящимися к кандидатурам победителей. Ладно, Вещий и Смольная. Оба простолюдины, они имели мотивацию и трудились не покладая рук. Но остальные-то? Все небедные дворяне, все легко поступят куда угодно. Какой резон они имели работать над тяжелым проектом? И работали ли на самом деле? Не привлекли ли сторонних специалистов на деньги родителей? А если привлекли, то на кой им это надо?
Лена же счастливо улыбается. Первый этап позади. Выполнен еще один шаг к поступлению на бюджет в университет. Она невольно скашивает взгляд на первую парту левого ряда. Даня тоже поворачивается к ней. Весело подмигивает ей. Улыбка девушки становится шире.
В очередной раз Лене не верится, что всё происходит наяву.
Раньше жизнь была темна и ужасна.
Отец спивался, мама убивалась на работе. Так шли годы и годы. Лена взрослела, ее тело росло, и вот уже «Снежные волки» бросают грязные взгляды и требуют оплату за непонятно что в одной из двух форм: «соткой в неделю или догадаешься сама, хе-хе». Это был только вопрос времени, когда они посмеют притронуться к ней. Требовалось немедленно что-то делать. Требовалось просить помощи, но у кого? Родители не могли помочь, на полицию никто в городе не полагался, сильных друзей у Лены не имелось. Еще немного, она пришла бы в отчаяние.
А потом в ее жизни появился Даня.
И все проблемы стали решаться моментально. Точнее, их решал Даня. Уверенно, по-мужски. Сперва бедствия, что разрушали жизнь Лены, взрывались, как созревшие нарывы. Тогда на них обращал внимание Даня. Мановение его руки — и всё приходило в норму. «Снежные волки» пропали, маме предложили работу с человеческими условиями, отец… Даня сказал, что его увезли в закрытую лечебницу в другой город, и, если он когда-нибудь вернется, то уже другим человеком. Но почему-то Лене думалось, что папа уже не вернется. Это больно и грустно, но снова жертвовать здоровьем матери было бы эгоистично. Значит так, значит, не вернется.
На перемене, выходя из кабинки туалета, Лена сталкивается с Камилой.
— Ой, извини.
Высокая брюнетка, хмурясь, оглядывает девушку:
— Елена, — выдает она с непонятной интонацией и замолкает. Только смотрит так странно, без привычного дворянского презрения или брезгливости, скорее уж с прохладным любопытством, как на диковинную симпатичную зверушку, например, на панду. — Поздравляю с победой в выборе проекта. Для тебя, наверное, это важно.
— Спасибо, — растерянно кивает Лена. — И я тебя тоже поздравляю.
А Камила продолжает изучать ее своими огромными зелеными глазищами. Дверь распахивается, входит девочка из параллельного класса.
— Милая, выйди, пожалуйста, — просит дворянка, и девочка, пискнув «извинитепожалуйста», уносится обратно. Больше в туалете нет никого, хотя вроде бы из-под двери кабинки справа торчали чьи-то ноги в бежевых колготках. Или показалось?
Лена тоже захотелось немедленно выйти. И вроде бы ничего не мешает, Камила ведь молчит, но чувствуется странная рискованность такого шага без разрешения аристократки.
— Вечером не хочешь вместе со мной прогуляться? — вдруг спрашивает Камила.
Лена хлопает глазами. Странное, очень странное предложение от популярной барышни. Но попробуй откажи.
— Я свободна, — кивает она.
— Кафе «Кокетка». Шесть часов, — брюнетка проходит мимо к двери распахнутой кабинки.
Лена с облегченным вздохом спешит вон.
Но облегчение длится недолго. Ровно в шесть часов вечера она как на иголках сидит за заказанным столиком. Камила опаздывает ровно на пятнадцать минут, тем самым показывая свое сословное превосходство, но и не нарушая этикет.
— Здесь очень вкусный моккачино. Советую.
— Ах, да, спасибо, — Лена послушно делает заказ.
Какое-то время две очень разные девушки пьют кофейные напитки и разговаривают ни о чем. Камила мастерски ведет беседы на светские темы. Концерт популярной группы, последний модный фасон платья, желание съездить на море… Затрагивают и жизнь класса. Незаметно пролетает полчаса, когда черноволосая дворянка неожиданно спрашивает:
— А ты случайно не думала, почему единственный телепат в школе выбрал тебя в качестве девушки?
— Нет, — честно признается Лена. — Зачем мне об этом думать?
Действительно, выбрал и выбрал. Что за провокационный вопрос?
— Хм, — Камила чуть прищуривает взгляд огромных чуть раскосых глаз. — И даже мыслей нет на этот счет?
Лена пожимает плечами. Ей нечего ответить.
— Да что с тобой, Елена? — недоумевает брюнетка. Кажется, она раздражена, хоть красивое лицо и выглядит невозмутимой маской. — Он мог встречаться даже с дворянками. И до сих пор может. Он не лишился этой возможности. Ему ничего не мешают, в том числе ваши отношения. Но зато теперь у него под боком всегда будет простенькая удобная девочка. Безотказная. Послушная. Как овечка.
Лена задумывается над резкими словами. Даня столько для нее сделал. Мать больше не горбатится на работе до ночи. Жизни самой девушки перестали угрожать бандиты. Неужели она должна переживать о таком пустяке, как верность Дани? Если уж на то пошло, свою верность он уже доказал смелыми поступками.
— Верно, — спокойно кивает Лена. — Буду. Разве в этом есть что-то плохое?
Камила, приоткрыв рот, смотрит на нее совсем по-другому. Удивленно.
— Мда, я недооценила нашего телепата, — качает головой брюнетка. — Что ж, спасибо, Елена, за этот поучительный разговор. Теперь я узнала больше о мышлении простолюдинов. Правда, мне до сих пор сложно вас понять.
Она накидывает на плечо безумно дорогую красную сумочку и собирается уйти. Подбородок брюнетки гордо вздернут. На простолюдинку она больше не смотрит.
— Тебе сложно меня понять, Камила, — вдруг громко говорит Лена. — Потому что ты никогда не была на моем месте. С самого рождения тебя окружают роскошь и богатство. Твои родители не надрываются на дешевой работе, тебя не задирают твои ровесники, хулиганы не вымогают с тебя денег. Сначала представь это всё, как этот ужас длится долгие-долгие годы, а потом представь, как это всё уходит по желанию одного человека. Того самого единственного человека, что позаботился о тебе. А больше никто никогда не заботился. Представь это всё, Камила, и, может быть, поймешь.
Брюнетка опускает удивленный взгляд на Лену. В замешательстве Камила чуть наклоняет голову, черный водопад волос падает на точеное плечо.
— Вряд ли я смогу, — наконец произносит дворянка и уходит, цокая короткими каблучками. Многие мужчины поворачиваются вслед уходящей красавице. Лица у них довольные. Особенно, когда напоследок Камила чуть выгибается в талии, чтобы взяться за ручку двери.
Выждав минуту, чтобы не столкнуться в
