о чем-то еще таком подозрительном, но в голове было пусто. Она совершенно не помнила, потому как за последние месяцы стала доверять Каэрону и расслабилась рядом с ним.
Нужно было что-то сказать. От нее ждали ответа. Вряд ли Каэрон поверит, если она скажет, что услышала где-то. Он не был глуп и уже должен был осознать, на каком этапе развития находилась местная цивилизация.
Вот только говорить правду было страшно.
Надя понятия не имела, как Каэрон мог отреагировать на нечто столь невозможное, как переселение. Она сама еще не поняла, как это сработало.
– Я... – начала Надя и замолчала, испытывая нервозность. Она села и выпутала пальцы из его руки. – В это трудно поверить, – вздохнула.
Позади послышался шорох. Каэрон тоже сел.
– Если ты не хочешь говорить, – произнес он, – то я не настаиваю.
Надя обрадовалась таким словам, но секунду спустя решила, что смысла продолжать молчать не было. Каэрон рассказал о себе. Возможно, пришла очередь и ей открыться.
Наверное, так даже было лучше.
Если Каэрон по какой-то причине решит, что не хочет видеть рядом с собой столь странное существо, то пусть она узнает об этом сейчас, на этой планете, к которой уже смогла немного привыкнуть, чем в далеком и пустом космосе, где у нее не было никого и ничего.
– Нет, я скажу, – решила она. – В это действительно трудно поверить. Мое появление здесь еще более фантастическое, чем твое.
– Неужели? – спросил Каэрон и приблизился.
Она ощутила жар, исходящий от его тела. Ей хотелось опереться на мужчину, но она сдержалась.
– Я тоже не отсюда. Еще несколько месяцев назад я жила в совсем другом мире, – начала она так тихо, что ее голос едва был слышен, но Надя была уверена, что Каэрон улавливал каждый звук, исходящий от нее. – Там были большие города, люди ездили на машинах и летали в небе на самолетах. Наши деньги были цифрами на экране. Еду можно было заказать прямо на дом. Готовую. У меня была любимая работа, планы на будущее... Но однажды что-то произошло.
Надя вновь вспомнила тот момент, когда она умерла, – ту боль и ощущение удушья. Она была уверена, что никого рядом с ней не было. Казалось, просто сам воздух внезапно стал ядовитым.
– Я умерла, – произнесла она сдавленным голосом. – А потом очнулась здесь. В этом странном мире, где есть рудые и скорбные, где животные превратились в чудовищ, где с неба льют алые дожди, а любой куст может сожрать тебя, будто совсем забыв, что растениям не положено охотиться на людей и зверей.
Она замолчала, чутко прислушиваясь к дыханию рядом. Оно было ровным.
– Ты... – начал Каэрон тихо, – переместилась в пространстве?
– Я не уверена, – честно призналась Надя. – Когда я направлялась сюда, то нашла подземный бункер, в котором находились различные семена. Я прочла таблички, и у меня создалось ощущение, будто это... – Надя замолчала, она до сих пор помнила тот опустошающий ужас, осознание, которое пришло к ней в подземном банке семян. – ...будущее, – договорив, она замолчала.
Некоторое время между ними царила тишина. Затем Каэрон пошевелился. Он сел так, чтобы видеть ее лицо, хотя в темноте едва ли можно было что-то рассмотреть.
– Путешествия во временных потоках возможны, – произнес он. – Это сложно и не поддается управлению, но в космосе достаточно временных воронок, в которые лучше не попадать. Время не такое стабильное, как люди привыкли думать. Поэтому нет ничего удивительного, если ты действительно каким-то образом смогла переместиться в будущее.
Услышав его слова, Надя нахмурилась. До этого момента ей казалось, что произошедшее с ней – нечто абсолютно невероятное, но Каэрон говорил так, словно ее ситуация не была невозможной.
– Ты помнишь, что произошло перед тем, как ты... – он замолчал, словно ему не хотелось произносить следующие слова, но Каэрон все-таки договорил, – ...умерла?
Надя не пришлось долго думать, чтобы ответить.
– Было темно, – заговорила она. – Мне нечем было дышать. Я помню, что горло сжималось так, словно на него давили невидимые руки, но никого рядом точно не было. Легкие горели. Я не могла пошевелиться или позвать на помощь. Все было бесполезно, тело ощущалось парализованным. До этого момента я была уверена, что надышалась какого-то газа.
Каэрон сел еще ближе, а потом приобнял ее за плечи и притянул к себе. Надя выдохнула и прислонилась к нему.
– Ты могла попасть в пространственно-временное искривление, – произнес он. – Возможно, рядом с тобой случилось что-то, что изменило саму реальность, заставив ее исказиться.
Объяснение было хорошим. Вот только был еще один момент, о котором Надя пока не сказала.
Она решила не скрывать от Каэрона эту информацию, поэтому, набравшись смелости, спросила:
– Это может объяснить то, что я попала в чужое тело?
Глава 79
Каэрон не ответил сразу, явно тщательно обдумывая ее вопрос.
У самой Нади имелось несколько предположений, начиная от вмешательства богов, заканчивая мимолетным соприкосновением параллельных вселенных.
Согласно квантовой теории бессмертия, когда мы умираем в одной вселенной, то продолжаем жить в другой. Возможно, с ней случилось именно такая ситуация, а Ная была ее местной версией.
У Нади имелось еще одно предположение.
Когда-то давно она размышляла о теории записи в ДНК воспоминаний всех предков. Они хранятся в глубине, и благодаря этому у нас имеется, например, врожденный страх или инстинктивное знание чего-либо.
Опыт предков, особенно травматический или какой-то повторяющийся, вполне может влиять на наши специфические страхи и тревоги. Это будто записанная где-то в глубине нас инструкция по выживанию, которую предки оставили нам.
А если по какой-то причине одна из этих записанных цепочек возьмет верх? Это было фантастическое предположение и, скорее всего, маловероятное, но каким-то ведь образом Надя оказалась в этом мире.
Конечно, на момент смерти у нее не было детей, а значит, у нее не имелось и потомства. Но в ДНК ребенка она могла передать информацию только о времени до его рождения.
Возможно, в момент, который она помнила, как свою смерть, с ней случилось что-то действительно страшное, и именно этот период буквально отпечатался в генах как конец.
Если эта теория была верна, то выходило, что Надя на самом деле пережила ту ночь, а затем встретила свою любовь и родила детей, которые после родили своих детей, а те
