Стоны и вой. Свист стрел. Хруст сломанных костей.
Мертвая река разбилась о западную стену и потекла дальше, окружая замок, пытаясь снести ворота. Невзирая на непрерывный град стрел, на полыхающий огонь, нежить быстро – слишком быстро! – подбиралась к нам. Солдаты пускали стрелы без промаха, но сотни бойцов не хватало. Они физически не успевали разить прибывающих мертвяков. Враги падали и падали, но на их место тотчас вставали новые. В отличие от первой волны, представители этой были вооружены. Свежатина – она и есть свежатина. Ей и какой-никакой меч в руки можно сунуть.
Прибежал Пронт.
– Помоги нам! – просил агент. – Ты же видишь, что происходит! Эти твари сильнее и быстрее прежних. Мы не справимся.
Ворота трещали под напором армии. Обезглавленные мертвяки уже валились не только за стены, но и во двор. Трупные горы ширились. Казалось, вонючие твари уже стонут над ухом.
– Если они войдут внутрь, нам конец, – заметил Пронт справедливо.
Смотритель запустил катапульту, и над нами грозно прогудел огромный огненный горшок. Далеко от замка он разбился и ярко брызнул вспыхнувшим маслом, хорошенько подпалив хвост мертвой армии. Следом желтыми звездами начали падать колдовские стекляшки. Звенящий бил ближе, но не хуже огненных горшков. Каждая лопнувшая стекляшка непременно выжигала нескольких солдат проклятой армии. Магическое пламя было злым и безжалостным. Его создатели знали толк в огненных заклинаниях. Хватало капли, чтобы вонючая тварь превратилась в головешку. Рыжие цветы, бойко разя мертвяков, распускались и тут и там. Перед нами выросла огненная стена, остановив на время натиск. Последний колдовской шар упал в десяти шагах от нас, дожигая и без того полыхающую нежить.
Звенящий был пуст. Он послужил славно: ослабил атаку, дал немного времени для передышки. Каждая колдовская стекляшка забирала у некромагов пять, а то и десять мертвяков, но, к сожалению, этого не хватало для победы. Нежити было куда больше, чем волшебных шаров. Что будет дальше, зависело от нас. От магов и антимагов.
– Анхельм, демону тебя в пасть! – заорал Пронт. – Чего ты ждешь?!
Маркус наконец-то пустил голубя. Чудное создание пролетело совсем близко от нас, разбивая крыльями серую завесу дыма. Белый голубь посреди мрака и смрада на мгновение заворожил уставших, чумазых от гари солдат.
– Тебе все равно отсюда не выбраться! – продолжал орать Пронт. – Мертвяки повсюду!
Я уже хотел было возразить, кивнуть на катапульту, да поймал взглядом ястребов. Три крылатые твари взмыли над лесом и, к ужасу защитников замка, понеслись в сторону нашего прекрасного спасителя. Вымотанные боем солдаты недвижно глядели им вслед, словно забыв о мертвяках. Один из бойцов в отчаянии отпустил тетиву, но для стрел ястребы были недосягаемы. И, как назло, я тоже ничего не мог поделать: за перьями не было ни капли магии. Некромаги позаботились и об этом.
– Чего встали?!! – спохватились десятники. – Бейте ублюдков!
Хуже не придумаешь. Три проклятые твари, пущенные по следу голубя, стоили всей мертвой армии. Они неслись за нашей единственной надеждой и хотели ее уничтожить. Солдаты скисли в мгновенье ока, понимая, чем закончится погоня. Не мертвяки и не защитники замка, не магия и не клинки решали сейчас исход битвы, а четыре летящие птицы – всего лишь четыре пятнышка на небесном куполе. Можно отчаянно драться, забыв о кровоточащих ранах и нестерпимой боли, невзирая на усталость, но без надежды браво махать мечом не получится.
Ястребы быстро настигли голубя. Ударили.
Белая точка на голубом горизонте стремительно понеслась вниз. Голубь падал, а вместе с ним и боевой дух храбрых защитников неприступного замка Пяти мечей. Пока неприступного замка.
Гасла пламенная стена. Гасла надежда. Белокрылый голубь унес ее с собой в могилу.
– Хватит отдыхать! – прикрикнул я на учеников. – Настало время доказать агентам, что вы уже готовы.
– За Валлара! За Валлара Великого! Вперед, солдаты Асгота! – очень вовремя заорал следопыт. – А-а-аррр! – грозно зарычал он и, судя по звуку, снес еще одну вражью голову.
– В атаку! – заголосили десятники. – В атаку! В атаку!
Замогильные стоны накрыло волной отчаянных человеческих криков и шумом падающих со стен мертвячьих тел. Солдаты оживали, продолжая безнадежный бой. Вновь под ударом мечей захрустели кости.
– Анхельм?
– Я с вами, Пронт, – кивнул я. – Сожжем их! Сожжем ко всем демонам! – заорал я, выставляя руки. – Богарт?
– Готов! – отозвался колдун.
– Эрик, Буверт!..
Они расступились передо мной. Оба были настроены решительно.
– Начнем представление, – сказал я и, закрыв глаза, потянул магиату из стоящих позади Богарта колдунов.
Точно три разноцветных кнута взметнулись в воздухе и туго затянулись на колдовской шее. Подозреваю, Богарт был немало удивлен. Как приливу сил, так и непонятной причине ее возникновения. Он стоял и ничего не делал, но чувствовал, что с каждой секундой прибавляет в колдовстве. Лишь бы голову не потерял от такой власти. Впрочем, не думаю, что на подобные глупости у него найдется время. Уже скоро могущество оставит его, поделится между мной и моими учениками.
Чужая магиата заливала Богарта, а я быстро мешал разноцветные частицы в его груди, словно спешащий повар – варево в котле. Нужно было добиться, чтобы яркая магиата старого колдуна как можно тщательнее перемешалась с тем, что тускло светилось в его собратьях. Магиата должна была стать одним облаком, где никто не заметил бы никакого подвоха. Дело бы шло быстрее, если бы не громыхание боя. Пронзительные звуки не стихали ни на миг. Отвлекали меня.
Но работой я был доволен. Богарт с головы до ног светился однородной магиатой, когда я обрубил разноцветные кнуты, питающие старого колдуна. Наступило время жечь проклятых тварей, взбирающихся на стены.
– Анхельм! – заорал Пронт, кивая на восток.
Эх, знал бы он… Ни он, ни солдаты не видели, какое чудо я сотворил, да еще и за пару минут. Для них мы оставались ненужными антимагами и колдунами. Посмотрим на них, когда огонь выжжет сотен шесть мертвяков.
Магиата полилась из Богарта. Яркий поток пополз тремя радужными змеями, наполняя меня и учеников. Сверкающие изнутри магиатой Эрик и Буверт вытянули руки. Я наконец-то разжал веки и тотчас наткнулся на безногого и одноглазого мертвяка. Он был в двух шагах от нас. Настырно лез по трупам и скалил желтые зубы, видимо, пытаясь меня напугать. За ним лезли еще трое. Эти всего лишь слегка дымились.
– Сожгите их, – скомандовал я, и мне стало жарко от пламени.
Некромагам, наверное, показалось, что на западную стену сел невидимый дракон и как следует дыхнул огнем на их мертвую армию. Причем дракон этот был о шести головах, ибо пламя брызнуло шестью жестокими фонтанами. Жаль, что такого дракона не было в подвалах замка Пяти мечей. А были только мы – трое антимагов о двух руках, способных метать пламя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
