— К реке, Мэйн! Поняла?!
— П… поняла!
Нет времени болтать посреди такой чрезвычайной ситуации. Я побежала обратно к берегу реки. Дети прибежали, откликнувшиеся на свист Лютца.
— Что ту… это, тронбей?!
— Это тронбей!
— Срубите его, сейчас же!
Как и всегда, я единственная, кто не понимает, что происходит. Похоже, все дети, которые прибежали, уже знают, что это за появляющиеся деревья. Как и Лютц, все они вынули свои ножи и мачете, направившись прямиком к растениям.
Пока дети бегали вокруг, срубая эти деревья, я сидела у котелка и наблюдала, как разворачивалась жатва. Это растение — наш враг, я думала про себя, может быть я просто сожгу его, ведь у меня здесь есть огонь? Тем не менее, я уже запыхалась от такого небольшого забега, который я сделала, поэтому я ничего не могу больше сделать, кроме как сидеть у реки, как наказал мне Лютц.
— Еще что-нибудь растет? — услышала я.
Пока я сидела, измученная, у берега реки, жатва появляющихся деревьев, кажется, подошла к концу. Дети поискали еще вокруг и убедились что они ничего не пропустили.
— Думаю, теперь все в порядке.
— Может быть больше тронбэй вокруг, так что будьте внимательнее, пока вы работаете. Если что-нибудь случится, свистните.
Дети стали расходится, возвращаясь к своим делам. Лютц подошел, чтобы встать рядом со мной.
— Я же сказал тебе пойти посидеть у реки… разве я многого прошу?
— …Да, слишком много.
Лютц только что закончил рубить большое количество растений, но я все еще бесстыдно задыхалась с каждым своим вздохом. Если бы кто-то наткнулся на нас сейчас, они определенно не смогли бы угадать, кто только что был на линии фронта.
— Лютц, что это было?
— Это был тронбэй.
Тронбэй, по его словам, является чрезвычайно быстрорастущим деревьями, которые, если позволить им вырасти до взрослого возраста, сразу же высосут все питательные вещества из окружающей почвы. Кроме того, если вы позволите им стать слишком большими, их будет чрезвычайно сложно вырубить, да так сложно, что вам нужно будет запросить целый орден рыцарей, чтобы справиться с ними.
Значит, здесь есть орден рыцарей? Как и следовало ожидать от фэнтези мира.
— Однако, очень странно.
— Что такое?
Отдышавшись, Лютц сел на камень на берегу и наклонил голову набок в замешательстве.
— Немного рано чтобы тронбэй показалось. Обычно они гораздо ближе к осени появляются.
— Да…
— Они также росли очень быстро. Но почва вокруг них не взрыхленная…
— Хмм!
— Что? Ты не думаешь, что это странно?
Лютц посмотрел на меня, не впечатленный отсутствующей моей реакцией. Однако, если спросить меня напрямую, эта ситуация ставит меня в трудное положение. Это первый раз, когда я увидела что-то подобное, поэтому я не могу сказать, странно это или нет. Деревья выскакивают из земли, это уже достаточно странновато для меня.
— Эмм, я никогда раньше не видела тронбэя, поэтому я не могу сказать, было ли это странно.
— Ах, точно. Ты же начала ходить в лес только с весны.
Он понимающе кивнул несколько раз. Пока он так делал, котелок начал громко булькать, значит вода закипела.
— Лютц, а где древесина?
— Она разбросана где-то там… я так думаю…
Он указал в ту сторону, где рос тронбэй, и поник головой. Похоже, он нашел достаточно дров задолго до того, как котелок успел закипеть, но выбросил всю свою тяжело проделанную работу, когда внезапно появился тронбэй.
— …Эй, Лютц. Мы проделали такую работу, как насчет того, чтобы попробовать сделать бумагу из тронбэя? Его много, и так как он был срублен сразу после того, как начал расти, его волокна, вероятно, все еще очень мягкие…
— Ха, да ты совершенно права. Вернуться и найти все прямо сейчас было бы проблематично.
Мы положили тронбэй в пароварку, затем Лютц устанавливает ее поверх котелка. Все, что нам нужно будет делать некоторое время, это просто продолжать подкладывать дрова, чтобы огонь не погас. Лютц некоторое время следил за состоянием огня, иногда бросая несколько кусков дров, которые я успела собрать чуть ранее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Мэйн, извини, но не могла бы ты немного понаблюдать за огнем? Я пойду пособираю дрова, которые я оставил.
— Хорошо, — ответила я.
Он вернулся туда, где его заставил врасплох тронбэй, чтобы забрать оставленные дрова. Возможно, он пошел туда потому, что немного отдохнул, вед у него было немного времени. Я, в своей новой должности регулировщика огня, крепко схватилась за палку и пристально начала смотреть на огонь. К настоящему времени я действительно могла немного отрегулировать пламя, но я допустила слишком много ошибок по невнимательности, дойдя до такого момента, что я уже не могу отвести от огня глаз.
Газовые плиты действительно удобны. Да и индукционные решетки, и микроволновые печи практически волшебство. Серьезно.
Как только тронбэй распарился, Лютц перестал собирать. Кажется, что есть довольно много вещей, которые можно поесть прямо в лесу примерно в это время, когда лето медленно перетекает в осень. Я также немного насобирала, чередуя свое наблюдение за огнем и сбор того, что бросилось мне на глаза.
— Я нашла еще немного, Лютц! Как думаешь?
— Дай мне посмотреть, дай мне посмотреть….. Мэйн! Будь повнимательнее! Посмотри, сможешь ли ты унести что-нибудь домой, прежде чем это подбирать.
Когда он посмотрел на кучу вещей, которые я собрала, на нем лица не стало. Он прошел через всю кучу, вытаскивая все, что нельзя было съесть. Более тридцати процентов того, что я нашла, оказалось ядом.
— Это нельзя есть. Если же ты съешь его, то твои руки и ноги онемеют, и ты не сможете двигаться в течение трех дней. И это тоже нельзя есть. Если съешь это, то ты умрешь с пеной у рта. И это тоже нельзя! Два дня у тебя будет жутко болеть живот… Мэйн, если ты не научишься в ближайшее время их различать, тебе не придется беспокоиться о смерти от болезни, потому что ты сама себя смертельно отравишь! Поняла?
Да уж. И не только я одна умру, если я этого не усвою, то и моя семья тоже пострадает.
Мне нужно немедленно начать запоминать не только полезные вещи в повседневной жизни, но и то, как различать, какие вещи здесь ядовитые. У меня нет ничего похожего на иллюстрированное полевое руководство, поэтому у меня нет другого способа запомнить, кроме как показать мне все лично.
— Я постараюсь запомнить все, поэтому, пожалуйста, расскажи мне поподробнее, — говорю я.
— Ладно.
Слабый звук городского колокола прозвенел в воздухе, и мы сняли пароварку с котелка. Пар ударил нам в лицо, когда мы открыли пароварку, но просто взглянув на материал, я на самом деле не могу сказать, достаточно ли времени все парилось.
— Это нормально? — спросил Лютц.
— Я не знаю, но давай поставим все в реку, и начнем снимать кору.
Мы макали дрова в реку, а затем пытались содрать кору с них, пока они были еще теплые. Кора сходила быстро, не крошилась и не трескалась. Оказалось все намного проще, чем я думала. В конце концов, мы может уже нашли отличный материал.
— Этот тронбэй может быть действительно хорош для изготовления бумаги, — говорю я.
— Однако мы не знаем, когда он начнет расти, и мы должны успеть срубить его, пока он еще молодой, да?
— …Ой, тогда он не подойдет.
Я вздохнула, вспоминая о том, как все сегодня происходило. Если бы мы могли сами выращивать его, то он был бы удивительным материалом, но, увы.
— Эй, Мэйн. Это все, что нам нужно было сделать сегодня?
— Да. Далее нужно дать коре полностью высохнуть.
— …Хммм. Хорошо, я пойду помою котелок, так что разберись с этим, ладно?
Лютц оставил меня убирать кучу коры, пока он ушел мыть котелок и пароварку. Сидеть там и выравнивать все полосы подряд просто одно удовольствие, поэтому я прибывала в хорошем настроении, пока убирала эту кучу.
Пока мы возвращались домой, я несла немного коры, которую мы собрали в корзину, закрепленную на моей спине. Лютц нес котелок и пароварку, вкладывая всю свою душу в такой тяжелый труд. Поскольку он также нес вещи, которые мы успели собрать сегодня, его бремя определенно стало тяжелее, чем было ранее.
