в биологии, но и в психике, – я постучал пальцем себе по виску. – Вот здесь. И сначала это всем было понятно. Но однажды какие-то дебилы, – тут я демонстративно повёл подбородком в сторону Бернара-Анри, баюкающего руку напротив, – отчего-то решили, что эта болезнь вовсе не болезнь…
Следующие двадцать минут прошли уже гораздо более спокойно. Француз демонстративно перестал вообще обращаться ко мне, сосредоточив внимание на Уинфре и принялся рассказывать ей какие великие умы были геями. Как много они сделали для человечества – властители, политики, учёные, композиторы, артисты, музыканты, модельеры! Александр Македонский и Цезарь, Уильям Шекспир и Пётр Чайковский, Байрон и Оскар Уайлд… В его интерпретации именно геи создали современный мир и европейскую цивилизацию! Услышав это, я снова нагло заржал.
– Знаете, Опра, я признаю, что все упомянутые люди действительно талантливы. Не знаю все ли из упомянутых моим оппонентом действительно были геями, но не буду спорить… Но вот какая штука – в изложения господина Леви геи – невинные овечки, не сделавшие ничего плохого, а только лишь продвигавшие науку и искусство, которых преследовали исчадья ада – традиционалы. Но это же не так. Половая ориентация никак не связана с преступными наклонностями. Почему он не вспомнил Энста Рема или адъютанта Гитлера Вильгельма Брюкнера по прозвищу «фройляйн Анна», серийных убийц Фрица Хаарманна, Дональда Гарвея, Джеффри Дахмера, которые вполне себе были геями… – ну да, пока француз вещал, я тоже не сидел сложа руки и успел «погуглить». – Что же касается талантов – я не уверен, что если мы начнём подсчитывать таланты в процентном отношении – то те люди, которых так пропагандирует мой «визави» хоть чем-то выделятся. К тому же… мой дед – один из тех, кто и раздавил в Европе нацискую гадину, очень любил заниматься садом и огородом. Так вот, когда он видел, что какое-то дерево умирает, то перед тем, как его срубить – вбивал в ствол гвоздь. И, как правило, в этот год дерево полыхало таким урожаем, которого от него уже давно никто не видел. Так сказать напоследок… Почему бы не предположить, что и Господь наш – как главный садовник человечества, увидев, что некий «набор ДНК» из-за некоего сбоя выпадает из дальнейшей линии размножения, даёт возможность «отсыхающей ветви» напоследок порадовать его урожаем.
Этого мой оппонент уже выдержать не смог, снова набросившись на меня с обвинениями в нацизме. Вследствие чего охранник вновь выскочил из-за кулис… Но я снова заржал. Отчего француз ещё сильнее взбесился.
В конце шоу, когда Опра дала нам по одной минуте дабы высказать свои аргументы, я снова обратился к своему «визави»:
– Вы – придурок, Бернар. И всё что делаете вы и такие как вы – это разрушение самих себя. Хотя вы сами, в своей глупости, отчего-то считаете это создание нового лучшего будущего… А ведь вас многие предупреждали. И Шпенглер в «Закате Европы», и Бьюкенен в «Смерти Запада». Но вы их не слышите, будто тупые глухари, упиваясь собственной песней… Вы знаете, что меня кое-кто считает провидцем? Так вот – получите от меня катрен. Не пройдёт и пары-тройки лет, как в Париже запылает Нотр-Дам. Неважно кто и из-за чего его подожжёт – на самом деле это будет месть мироздания. Вам и таким как вы. А также последнее предупреждение. Ибо если вы не остановитесь и продолжите своё разрушение – то на вас обрушаться настоящие Кары Господни. Что там было в Апокалипсисе? Чума, Война, Голод и Смерть. Вот так всё и будет. Плюс ещё и Холод. И это будет настоящий Закат Европы, который плавно перейдёт в Смерть Запада. Не смотря на всю пока имеющуюся у него экономическую и культурную мощь. Римская империя в момент своей смерти так же оставалась и экономическим, и финансовым, и культурным лидером континента. Вот только ей это совсем не помогло…
Студию я покидал, чётко понимая, что сегодня окончательно отрезал себя от Америки, да и от всего Запада в целом. Во всяком случае, от его мейнстрима. Писатель, продюсер и инвестор более не был тут «персоной грата». Но это меня уже совсем не волновало. Я возвращался домой.
Эпилог
– На улице Удачи!
– Что улица вот прям так называется? Да не может быть!
– Ну де-еда! Я правду говорю!
Ленка насупилась и сердито уставилась на меня.
– Ладно-ладно – верю, – рассмеялся я, прижимая внучу к себе. – А где жили? В отеле?
– Нет, – внучка замотала головой смешно болтая косичками. – В отель мы завтракать ходили. Ну, когда мама с утра не готовила… а жили в доме. Старом, – её личико напряглось и она по слогам произнесла:- По-за-прош-ло-ве-ко-вом. Это мама так сказала… На втором этаже!
– Понятно. А ещё где были?
– На Рыбацком бастионе. Он совсем рядом был. Мы туда пешком гулять ходили. Там краси-иво. Церковь там вся такая очень красивая. Святого Ма-ти-я-ша… И ещё ездили на проспект Ан-дра-ши. В театр о-пе-ретты. На автобусе. Шестнадцатый номер. Он прямо через крепость ходил, в которой мы жили. А ещё купались в купальнях Сечени. Там вода тё-ёплая. И фонтаны.
– Фонтаны?
– Ну, сверху вода льётся…
– Когда сверху – это водопад, – слегка потроллил я ребёнка. Внуча в ответ снисходительно посмотрела на меня.
– Деда, водопады – это когда вода с края горы льётся, а когда из трубы или всяких штук – это фонтан.
Я рассмеялся. Дети унаследовали мою страсть к путешествиям и теперь, так же, как и я, таскали по разным городам и весям внуков. Семья дочери вот только что приехала из Будапешта, а Ванька два месяца назад вернулся из Австралии. Они пробыли там целый месяц – взяли машину и прокатились от Сиднея до Мельбурна и обратно с заездом в Канберру и Голубые горы. В прошлой жизни мы тоже совершили такое путешествие, но не с ним, а с Ольгой и её детьми. Ванька тогда поехать не смог, потому что учился в универе.
И вот сейчас внуча рассказывала мне об их путешествии.
– Пап, привет! Наслаждаешься общением с наследниками фамилии?
О, лёгок на помине… Я развернулся к подошедшему сыну.
– Привет, сын! Вернулся?
– Да – только из аэропорта и сразу к тебе. Душ принял и пошёл тебя искать.
– И как там Нема? – есть такой райцентр в Кировской области в полутора сотнях километров от
