на балу за ним кто-то да следовал!
Не жизнь, а издевательство!
И от аудиенции у его величества Горацио не ждал ничего хорошего. Наверняка какую-нибудь гадость придумают.
Но — пришел, поклонился, выполнил весь предписанный церемониал, все, как положено...
— Ваше величество...
Ричард буквально светился. Джерисон Иртон, который стоял рядом с троном, тоже улыбался. В голову Альдена закралось страшное подозрение...
— Я прошу тебя написать моему венценосному брату, — улыбнулся его величество. Вид у него при этом был самый злопакостный.
— Ваше величество, я счастлив буду выполнить любое ваше приказание.
— Чудесно. Напиши моему венценосному брату о нашем счастье! Супруга его сиятельства вернулась из Ирто- на, и привезла с собой детей.
Альден едва зубами не скрипнул.
Это что? Издевательство?
Хотя он это прекрасно и так понимал. Да, издевательство. А Лиля могла бы добавить — уае ушНз, горе побежденным. Хльден понимал это, но что оставалось послу? Только улыбаться.
— Я счастлив поздравить вас, граф! Рождение... сына?
— У меня сын, — согласился Джерисон.
— Это счастье, — с чувством сказал Альден.
— Да, моя супруга уезжала в Иртон, чтобы родить малыша не в городе. У меня замечательный второй сын, Ганц Иртон, — Джерисон почти скалился.
Альден поклонился еще раз.
— Граф, примите мои поздравления.
Действительно, неординарная женщина. Весьма и весьма. Не просто вернулась — с сыном.
— Между прочим, во время своего отсутствия в столице, ее сиятельство познакомилась с весьма интересной дамой.
— Дамой, ваше величество?
А это к чему? Мало ли кто и с кем знакомится?
— Ее имя — Сандрина Алиэлла Аделин Раштер, — четко произнес Ричард. — Надеюсь, вы об этом также напишете моему венценосному брату.
Граф Альден едва плечами не пожал.
Раштер?
Раштер... да, он слышал про это. Герцог Раштер был сожжен по обвинению в колдовстве. Но... при чем это здесь и сейчас? И почему так злорадно улыбается его величество? Словно знает... нечто плохое?
Не понять...
Но дипломата это не остановило.
Поклон, улыбка...
— Ваше величество, ваше слово — закон для меня. Ваш приказ — счастье для меня.
Ричард благосклонно кивнул.
— Не разочаруйте нас, граф. Не разочаруйте...
* * *
-ЧТО!?
Лилю аж затрясло от новостей.
Джолиэтт...
И... нет, не могла Лиля себе такое представить. Просто не могла!
Она же ее подростком помнит! Веселым и любопытным, добрым и ласковым... вот, как Мири!
Чудовищно.
А еще...
— Джес рискнул втянуть тебя в это безумие?
Миранда опустила глаза.
— Мама, так получилось.
— Я ему... я ему голову оторву! — зло прошипела Лиля. Вот так, уедешь ненадолго! — подвергать моего ребенка такой опасности!
Миранда с иронией посмотрела на мать.
— Мама, я и его ребенок — тоже.
— Поэтому надо оторвать ему голову дважды, — не поддалась Лилиан. — Рассказывай! В подробностях!
Миранда вздохнула. Но когда Лиля приходила в такое настроение, с ней лучше было не спорить. И она принялась выдавать информацию.
Лиля слушала.
И ей становилось жутко. Не от ситуации, а от шуток судьбы. Какая же это страшная игра — жизнь.
Некогда граф Иртон отдал жизнь за своего короля, забирая с собой его старшего сына.
Сейчас тяжелое решение принял Джерисон.
А если вспомнить еще Ричарда, который наверняка знал про Питера и Амалию...
Не от Иртонов ли Джолиэтт унаследовала свое... безумие? безумие ли это?
Сложно сказать... наверное, с этим, как с квашеной рыбой. В Швеции ее едят. Но попробуй, скушай протухшую селедку? Вряд ли ты будешь счастлив...
А шведы едят.
Привыкли...
Они нормальны? Да более чем!
Джолиэтт... кто толкнул ее на эту дорогу?
Кто?!
Почему так получается?
Лиля не знала, но всем существом ощущала некую страшную симметрию... Она никогда не скажет об этом Миранде. Она промолчит.
Когда-нибудь она напишет об этом в своем дневнике. Когда-нибудь...
А пока — Лиля всхлипнула и крепко обняла свою дочь.
— Детка! Маленькая... когда ты успела так вырасти?
Миранда тоже хлюпнула носом и уткнулась маме в подмышку.
— Мам, я тебя люблю.
— И я тебя люблю, детка.
❖ * *
Вечером, в супружеской спальне граф Иртон получил по голове подушкой.
Больно.
Это не плюшевый валик с синтепоном, легкий и приятный. Это здоровущая — хоть ты слова высаживай, поду- шища, набитая перьями и пухом. Тяжелая...
— Лиля!!! — возмущенно возопил граф.
И получил второй раз. Настолько от души, что подушка порвалась — и граф вмиг стал похож на чучело в перьях.
-ЗА ЧТО!? Тьфу!!!
— За Миранду! Как тебе в голову пришло рисковать безопасностью дочери!?
Лиля потянулась ко второму снаряду, но Джес больше не терял времени даром. Перехватил запястья женщины, притянул супругу к себе — и чучел стало уже двое.
— Я ее страховал! Опасности не было!
— Скажи это Стуану Леруа!
— Лилиан, все же обошлось! Ай!
Пинок по ноге получился вполне чувствительным.
— Я за Миранду тебе нос отгрызу! — рявкнула вполне уже разозленная женщина. — Моего ребенка в качестве приманки подставлять!?
Джес едва успел увернуться. И подножкой свалил разъяренную супругу на пол. Там возня как-то сама собой переросла в нечто иное. Но спину Лиля ему располосовала качественно.
И поделом!
Потом они лежали на ковре, в перьях...
— Кошка дикая, — лениво протянул Джес.
Лиля сверкнула на него глазами.
— Убить тебя мало!
— Не надо меня убивать.
— Почему?
— Ты же хочешь еще детей?
— Хмммм...
— А у меня они отлично получаются!
Лиля только головой покачала.
— Наглец вы, граф Иртон.
— Графиня, как вы говорите, муж да жена — одна сторона.11
Лиля только рукой махнула.
Мужа не переделать.
Миранду тоже. Девочка ощутила вкус взрослой жизни, и будет рисковать собой. И принимать решения, и нести за них ответственность... это жизнь. Дети вырастают.
— Я т^бе это еще припомню.
Джес поцеловал супругу. Может, им еще одного ребенка сделать? Хотелось бы...
Авестер
Ваше величество!
Извещаю Вас, что ее сиятельство Лилиан Иртон верну- лась из своей поездки в поместье...
Энтор злобно смотрел на письмо.
Сволочи?
Сволочи!!!
Да еще какие!
Первой в списке... нет, первым в списке все равно шел Ричард Ативернский. Но Лилиан Иртон заняла почетное второе место.
Еще там же обосновались все остальные Иртоны. И Лофрейн, до кучи!
Гаденыш!
Ничего поручить нельзя! Самое простое дело — и то провалят! Вот что в этом такого?! Съездить в Ативерну, соблазнить бабу, вернуться с бабой в Авестер? Сопляк — и то справится!
Вместо этого Лофрейн устроил какую-то Мальдонаину карусель с похищениями, побегами, вообще не пойми с чем!
И провалил все дело! Хотя надо было очень постараться, чтобы его провалить. Женщина — это нежное, хрупкое и беспомощное существо! Что она способна сделать? Молиться и плакать!
А что устроил Лофрейн?!
Болван!
Прошло минут двадцать, прежде, чем его величество прекратил метаться по кабинету и ругаться словами, не приличествующими королю.
Поднял письмо, расправил...
Сандрина Алиэлла Аделин Раштер...
Энтор помнил эту девушку.
Помнил сладость пунцовых губ, помнил упругое гибкое тело, помнил слезы бессильной ярости... как приятно это было!
Восхитительные ощущения!
Но как она оказалась в Иртоне? Непонятно...
Те свои впечатления Энтор помнил просто великолепно. Он был молод, он только что вступил на престол,
