фиктивный брак с обедневшим венгерским графом Эстергази и под видом графини сумела очаровать галантного полковника. Джулиани часто уезжал в командировки, и тогда ночью на вилле появлялся Быстролетов, открывал сейф ключами, слепок с которых сняла «графиня», и фотографировал секретные документы.
Разведчик так вживался свои роли, что забывал, кто он такой на самом деле. «Однажды, – писал он в воспоминаниях, – мне разрешили после трех лет зарубежного подполья приехать на одну недельку отдыха к матери. А она возьми и скажи, что день выдался невероятно жаркий. Тогда я долго выдавал себя за бразильца и поэтому немедленно вспыхнул: «Невероятно жаркий?! Эх, мама! Ты поживи у меня на родине в Бразилии – тогда узнаешь, что такое жара!» Увидел испуганные глаза старушки и спохватился».
В застенках… НКВД
В 1938 году Быстролетова вызвали в СССР. Сам нарком НКВД Ежов предложил ему новое задание: отправиться в голландскую Индию, купить там плантацию, а потом перебраться в Южную Америку и вступить в прогитлеровскую партию. После этого Быстролетов должен был поехать в Германию, где его свели бы с важнейшим источником в генштабе вермахта. Однако машина истребления в СССР уже работала на полную мощь, уничтожали многих руководителей не только Красной армии, но и разведки. По ложному доносу арестовали и Быстролетова. После жестоких пыток и избиений отважному разведчику дали 20 лет лагерей. Его жена Иоланта покончила с собой в лагере, а мать умерла от горя, узнав об аресте сына, которым так гордилась.
После войны, когда началась война холодная, в 1947 году Быстролетова прямо из лагеря неожиданно привезли в Москву в кабинет самого министра МГБ Абакумова.
– Хватит отдыхать, – цинично заявил министр и предложил Быстролетову снова вернуться на работу в разведку.
– Если скажете «да», – посулил он, – то сегодня вечером будете ужинать в «Метрополе», а завтра – обедать в «Рице» в Париже.
Однако Быстролетов потребовал снять с него все обвинения, которые он считал ложными. В ответ Абакумов пообещал лишь реабилитацию, с чем гордый потомственный русский граф не согласился. Тогда рассвирепевший сталинский сатрап приказал бросить его в страшную спецтюрьму МТБ «Сухановку». Там, запертый на три года в каменном мешке без окон, Быстролетов чуть не сошел с ума.
Служил Родине до конца
Просидев в застенках в общей сложности 17 лет до смерти Сталина, разведчик все-таки вышел на свободу, но уже полным инвалидом, без жилья и работы. После освобождения он получил документ, который гласил: «Приговор отменен за отсутствием состава преступления». Дмитрий Александрович получил комнатку в коммунальной квартире и стал сотрудником Всесоюзного научно-исследовательского института медицинской информации. Он делал переводы с двадцати языков, поражая всех своей эрудицией. Но даже ближайшие коллеги не знали, что рядом с ними работает один из самых выдающихся разведчиков 20 века.
Вскоре Быстролетов стал писателем. Еще в лагерях он тайно начал писать воспоминания обо всем, что видел. Его перу принадлежат более десяти книг, где разведчик рассказал правду о сталинских лагерях и необыкновенных приключениях своей жизни. Но когда хрущевская оттепель закончилась, Быстролетов, уже тяжело больной, испугался и многое из того, что написал, сжег. Оставшееся он принес в отдел рукописей Публичной библиотеки в Ленинграде, где его записки чудом сохранились до тех пор, пока их не смогли опубликовать. Собственно говоря, именно благодаря этим книгам, правда о выдающемся разведчике Быстролетове не сгинула в недрах секретных архивов.
Одна из публикаций разведчика в журналах случайно попались на глаза генералу КГБ, Быстролетова снова вызвали на Лубянку, вернули квартиру. Он смог даже написать сценарий фильма «Человек в штатском», который вышел на экраны в 1973 году. Самые страшные испытания не смогли сломить отважного разведчика. Он был убежден, что прожил жизнь правильно и, несмотря ни на что, верно и до конца служил своей Родине. «Лежа на грязной соломе, я закрываю глаза и слушаю размеренный стук колес,
уносящих меня все дальше и дальше на восток, от семьи, в неизвестность. Я еду в ту самую Сибирь, где мне предстоит отбыть двадцать четыре года заключения и ссылки… Но… Я на боевом посту. В моей груди – залог бессмертия. Я должен оказаться достойным своей судьбы. По-солдатски ей отвечаю: «Служу Советскому народу!», – писал Быстролетов в главной книге своей жизни «Пир бессмертных».
Увы, но многие его подвиги навсегда останутся тайной. «Архивные материалы об оперативной деятельности легендарного российского разведчика Дмитрия Быстролётова никогда не станут достоянием общественности, так как до сих пор содержат данные высочайшей секретности», – заявил в свое время руководитель пресс-бюро Службы внешней разведки Сергей Иванов. «Без сомнения, Быстролётов является самой заметной фигурой в славной плеяде разведчиков страны», – сказал он.
Известно, например, что именно Быстролетов принимал участие в вербовке знаменитой кембриджской «четверки» – Кима Филби, Дональда Маклина, Энтони Бланта и Гая Берджесса, невероятная история работы которой на советскую разведку потрясла весь мир. Если бы Быстролетов не стал разведчиком, он бы мог стать выдающимся врачом, юристом или художником. А знакомство с его книгами показывает, что недаром он по отцу был родственником Толстого. Он мог бы стать выдающимся писателем, обладал даром рассказчика, писал ярким и образным языком.
Запретные дневники Ольги Берггольц
Ее называли «блокадной музой Ленинграда», «блокадной мадонной», её горячие патриотические стихи звучали в эфире Ленинградского радио и помогали жителям осаждённого города бороться и выживать. Она стала знаменитой, но ее жизнь оказалась полной драм и страданий. О многом в те времена ей приходилось молчать. Об этом поэтесса написала в своих дневниках, которые закопала в Ленинграде до лучших времён. Ее «запретная» исповедь была опубликована лишь недавно, а личное дело самой Берггольц рассекретили лишь в 2006 году.
Немецкая фамилия ей досталась благодаря деду, врачу-хирургу. Детские годы будущей поэтессы прошли на окраине рабочей Невской заставы. С 1918 по 1920 годы вместе с семьёй она жила в Угличе в бывших кельях Богоявленского монастыря. Росла и училась в трудовой школе, которую окончила в 1926 году. Первое ее стихотворение «Пионерам» было напечатано в газете «Ленинские искры» в 1925 году, а первый рассказ «Заколдованная тропинка» – в журнале «Красный галстук». В 1925 году она пришла в литературное объединение рабочей молодежи – «Смена». В 16 лет вышла замуж за поэта Бориса Корнилова, но вскоре развелась. Уже позднее Корнилов был арестован, а потом расстрелян по ложному обвинению.
Поступила на филологический факультет Ленинградского университета. Вторично вышла замуж – за однокурсника Николая Молчанова, с которым прожила до его смерти в 1942 году. Окончив в 1930 году университет, уехала в
