И тут тоже ответом было лишь пожатие плечами.
— Вот сколько у меня причин, чтоб, самое малое, убить тебя, южанин, — продолжал Густав. — Но я этого не сделал.
Фредерик чуть приподнял брови, как бы лениво интересуясь «и почему?».
— Я наоборот — спас тебя от смерти на этом заброшенном селище. И ты мне должен, южанин...
— Как вы узнали, что я там? — внезапно перебил его Фредерик.
Густав даже вздрогнул — он просто не ожидал вопроса, тем более — заданного таким тоном, словно его допрашивают; потом ответил:
— Это неважно.
Фредерик кивнул, отметив про себя, что из графа никакой информации он не вытянет, поэтому расслабился и стал внимательно слушать то, что Густав сам намеревался рассказать. И тот спросил:
— Во-первых, где леди Роксана?
— В отеческом доме, я полагаю, — в который раз пожав плечами, ответил Фредерик.
Густав заиграл желваками. Было видно, что он едва сдерживает ярость. Правда, Фредерик никак не понимал ее причины.
— Не держи меня за дурака, — прошипел граф. — Мы сейчас в замке барона Криспина, но Роксаны тут нет. Она ведь была с тобой...
— С чего вы взяли? — опять пожал плечами Фредерик.
— Со слов барона!.. И советую отвечать сразу!
— Чушь какая-то, — пробормотал молодой человек сам себе. — Ничего не понимаю...
В его голове действительно все перемешалось, будто кто взболтал последние события, как яичницу перед жаркой. Он даже подумал: не продолжается ли так его бред.
— Ну ладно, сделаем скидку на хворь. Может, она и впрямь повредила твоей памяти, — взяв себя в руки, продолжил Густав. — Криспин сказал, что Роксана отправилась с тобой в Полночный храм.
— Возможно, — пытаясь во что-то вникнуть, чуть склонил голову Фредерик. — Я, право, уже ни в чем не могу быть твердо уверен...
— Так где она теперь?! — Графа бесили эти «мысли вслух».
— Не знаю, — мрачно ответил молодой человек.
— Издеваешься?! — вскрикнул Густав, бросаясь к нему и хватая за ворот рубашки...
«Может, это и бред. Но все равно надо взять ситуацию под контроль», — так подумал Фредерик и цопнул графа за горло мертвой хваткой. Его пальцы привычно нашли нервные узлы на шее жертвы и сдавили их, парализовав все тело Густава. Тот обмяк на постели рядом с Фредериком. А южанин склонился над ним с довольной ухмылкой. Самое ужасное — Густав продолжал все видеть, понимать и слышать, только двинуться не мог.
— Вы даже не представляете, насколько я опасен, — сообщил Фредерик. — И мне не нужен мой меч или арбалет, чтоб вас убить... Но вы спасли меня, так что жить будете... Я просто лишил вас способности двигаться... Так, теперь мне нужно одеться. — Он окинул взглядом наряд простертого на постели Густава. — Не мой вкус, но ничего другого вроде нет...
Он выбрался из-под одеяла, снял с лежащего высокие темно-красные сапоги, расстегнул пояс, присел рядом.
— Во-первых, — методично расстегивая пуговицы на куртке Густава, начал говорить Фредерик, — я не просил вас меня спасать. Я, может, помереть был настроен. Во-вторых, раз уж я остался жив, то буду жить так, как сам решу, а не так, как хочется вам.
Стянув с графа бархатные штаны, он обнаружил в одном из их карманов свой кошелек. Густаву досталось злобное:
— Ворюга! А еще граф!
Переодевшись в одежду Густава, которая, правда, висела на нем мешком (граф был не выше, но толще), Фредерик с досадой пробормотал:
— Вот черт. Надо было сперва узнать, куда подевали мои меч и арбалет... Ну да ладно, сам разберусь.
Он укутал Густава в одеяло и закрепил получившийся рулет простыней, а пояс графа использовал как кляп со словами:
— Надеюсь, насморка у вас нет.
Дверь была приоткрыта, и Фредерик, надвинув на глаза берет, уверенно вышел наружу.
Стражник, что был в узком коридоре, сперва отсалютовал ему копьем, приняв за графа, и тут же полудил кулаком в висок. Он уже готов был рухнуть на каменный пол, но Фредерик заботливо подхватил его и уложил на плиты: это затем, чтоб при падении воин не загрохотал доспехами.
Сняв с его пояса кольцо с ключами, заперев камеру с графом Густавом, Фредерик проигнорировал копье и вооружился длинным мечом стражника. Потом осмотрелся.
«Если я в замке Криспина, то, судя по всему, это — темница», — рассудил молодой человек, бросая взгляды на ряды тяжелых окованных дверей с маленькими окошками, забранными решеткой. Некоторые были открыты, но большинство — заперты, и это указывало, что они не пустуют. «Отлично. Можно прикрыть свое бегство беспорядком». — С такими мыслями ухмыляющийся Фредерик начал по порядку открывать камеры.
Каково же было его удивление, когда подавляющее большинство узников оказались обитателями замка: дружинники, прислужники, мужчины, женщины, даже дети, — а из одной из камер вышел сам барон Криспин.
— Сэр Фредерик? Это он! Южанин! — понеслось отовсюду.
— Сэр Фредерик?! — Барон был удивлен не меньше молодого человека. — Должен признать, вы просто наш ангел-хранитель. Сперва спасли мою дочь, теперь — всех нас спасаете...
— Об этом после, — замотал головой Фредерик. — Объясните, что случилось?
Тут он заметил среди освобожденных фермера Алена и его сына. И кое-что в его голове прояснилось: «По крайней мере, я могу понять, откуда граф узнал мое местонахождение».
Тем временем барон Криспин начал быстрый рассказ:
— Граф Густав прибыл к нам несколько дней назад со своей дружиной. Хотел якобы уладить те неприятности, связанные с бароном Лиером и Романом, ведь они были его вассалами. После пира, который мы дали в его честь, его воины захватили замок. Многих моих людей они убили, потому как те оказали сопротивление. Остальных заперли здесь... А моя дочь? Она с вами?
— С какой стати?
— Когда я вернулся в свой замок после вашего отъезда, она заявила мне, что дала обещание быть в Полночном храме, чтоб молиться о благополучном замужестве, и уехала. Из ее слов я понял, что она намерена нагнать вас в пути. С ней служанка, капитан Скиван и пять лучших моих рыцарей. Неужто вы их не встретили?.. И где ваши спутники?
— Ваша дочь очень своенравна, господин барон, — заметил Фредерик, откровенно игнорируя вопросы Криспина.
Барон хотел ответить что-нибудь типа «не вам судить о Роксане», но смолчал. Все-таки этот надменный южанин спасал его и его людей.
— Эти крестьяне, — Фредерик указал барону на Алена и его сына, — шли к вам платить свой долг. Судя по всему, граф Густав отобрал у них деньги и посадил бедолаг в камеру. Имейте это в виду.
— Да, так оно и было, — кланяясь, подтвердил фермер.
— Я верю вашему слову, сэр, — кивнул Криспин Фредерику. — После того как мы вернем себе замок, фермеры будут вольны идти куда захотят.
— Отлично... Там, полагаю, караулка? — Фредерик указал в конец коридора, где узкая каменная лесенка вела наверх.
— Да.
— Значит, и оружия там предостаточно. — Мозг Короля-Судьи быстро заработал в привычной обстановке. — Барон, отберите из людей тех, кто может сражаться. Я иду первым, обезвреживаю стражников.
— Вы — за мной, берете их оружие. Дальше — по ситуации. Главное, повторюсь, — быстрота и внезапность. Да — и как можно тише.
Он быстро пошагал к лестнице. Надо сказать, ему не столько хотелось помочь барону и его людям вернуть себе замок и покарать вероломных захватчиков, сколько — найти и вернуть себе оружие, коня. Меч, арбалет, кольчуга и серый Мышка — вот что занимало мысли Фредерика. А потом — отправиться все-таки в Полночный храм. Обещание, данное Кристе из Березового городка, уже давило на него, и он хотел поскорей его исполнить.
В караулке его не ожидали — это факт.
Ударом ноги распахнув дверь, Фредерик ею сшиб наземь одного из стражников. Двое других, трапезничавших за грубым дубовым столом, ничего не успели предпринять. Вспрыгнув прямо из проема двери на стол, молодой человек также ногой оглушил их по очереди.
Все заняло секунды две не больше, и даже меч не понадобился.
Еще через пару минут Фредерик и Криспин с мечами наперевес вели своих вооруженных бойцов по коридорам замка.
