Дальше все было как в детективном фильме. На следующий день Денни предупредил меня, что судя по информации сегодня приезжает для крупкой сделки один важный человек и было принято решение брать их прямо в нашем доме. Поэтому вечером лучше не выходить из своей комнаты.
Целый день я жутко нервничала, но Чаки был также погружен в свои мысли, что не заметил как я дергаюсь. Поздно вечером приехала машина, выглянув в окно я узнала итальянского продюсера Диего, с которым мы познакомились на опере. Он шел легкой походкой неся под мышкой чемодан, который был наручниками пристегнут к руке. Я поняла, что Денни про этот визит мне и говорил, поэтому на всякий случай пошла собирать свои вещи. Долго ничего не происходило, но потом раздались звуки выстрелов и я поняла, что начался штурм. Выглянув в окно я увидела как люди в касках штурмуют наше здание. Двое охранников лежали застреленными. Среди них был один из тех, который насиловал Оливию. Также вокруг дома лежали тела застреленных собак. Их мне было жалко больше всего.
Солдат было много и через какое-то время в мою комнату выломали дверь. Я молча сидела в кресле, на меня один из солдат наставил пистолет, но я не шевелилась, поэтому он быстро приказал мне выйти из комнаты с поднятыми руками.
Когда я вышла, то на лужайке уже стояло несколько человек прислуги. Через какое-то время вывели Чаки и Диего. Диего шел чертыхаясь и кроя омоновцев на своем итальянском языке. Думаю ничего хорошего он им не говорил, но его длинная без переходов речь казалась арией. Чаки шел молча. Его волнение выдавали бледность и сжатые губы.
Через какое-то время из дома вышел Денни и о чем-то поговорил с командиром. После этого, командир отдал команду отпустить меня и прислугу. Я крикнула Денни, что здесь нет Родриго. Солдаты начали еще раз осматривать дом и участок, но его нигде не было. Через какое-то время один из солдат сказал, соседи видели как какой-то человек перепрыгнул забор и через их территорию выбежал на улицу. Пару омоновцев побежали в сторону, где скрылся Родриго.
Потом был суд, на который меня несколько раз вызывали, но его основную часть я смотрела по телевизору. В ходе суда всплыли многие махинации которые проворачивал Чаки, в них даже были замечены высокопоставленные лица и несколько голов слетело с плеч. Но, видимо сверху поняли какой они разворошили улей и Чаки экстрадировали по запросу Китая. Его запрашивали также Россия, Швейцария, Германия и Италия, но им было отказано, почему я узнала позже. Через пару месяцев в Китае его казнили без особой помпы, журналистом об этом сообщили только на следующий день. Все сразу стало на свои места, чиновники боялись Чаки и также то, что может еще всплыть, так что они его отправили в страну, где он будет казнен.
Я должна была испытывать удовлетворение, что он понес заслуженное наказание, но мне почему-то было даже как-то жаль его. Эта противоречивая женская натура, которая ненавидит и мечтает о мести, а затем в последний момент жалеет и хочет, чтобы все осталось как есть. А еще с уходом Чаки в моей измученной душе поселилась пустота. Чаки уже не было и вместе с его смертью прошла ненависть, которая питала, давала силы и стимул чтобы жить дальше и встречать новый день.
Все имущество Чаки было опечатано и его забрало государство.
Денни получил повышение по службе и даже пытался хлопотать за меня, чтобы мне дали хоть какое-то наследство, но его никто не услышал. Этому я даже была рада. Мне не нужны были деньги добытые на крови, я даже не забрала драгоценности и платья, которые он мне дарил. Я собрала свои вещи и переехала в родительский дом.
Здесь все дышало любовью и памятью. Через какое-то время я пересилила себя и позвонила Оливии, они с мужем как раз вернулись из заграничного турне. Мы вместе поехали на кладбище. В моих руках были любимые мамины цветы и всю дорогу я ужасно нервничала. За это время я убедила себя, что они живы и просто уехали и поэтому сейчас мое прозрение было тяжелым. Мы стояли с сестрой обнявшись и тихо плакали над могилой. Мне было тяжело, потому что я ехала как на свидание, а получилось, что их нет, а мне нужно жить дальше и строить на руинах былого свою жизнь.
Через какое-то время Оливия уехала. На кладбище я еще долго плакала смотря на серый памятник, но с другой стороны, это были очищающие слезы.
Через несколько дней я встретилась с нотариусом, чтобы наконец-то вступить в наследство Корнелии. Ее квартира продалась быстро. Себе я только оставила на память фотографии ее и Константина, а также револьвер.
Больше в этой стране меня ничего не держало и я решила уехать во Францию. Деньги у меня были, потому что Штольц позаботился об этом и я могла начать жизнь заново. Что я и сделала.
Я купила небольшой домик в пригороде Парижа. Это было тихое место в окружении лип с небольшим заросшим садом.
Риэлтор, ищущий мне жилье показывал мне шикарные квартиры и дома, но этот маленький домик приглянулся мне сразу. Он был чем-то похож на мой родительский дом - также дышал какой-то спокойной уверенностью и добротностью.
От предыдущих хозяев в нем осталась старинная деревянная мебель, которая очень мне нравилась. Я оставила все как есть лишь покрасив стены свежей краской и помыв окна. А еще я завела собаку, если это можно было так назвать. Это был большой черный мохнатый пес со спутанной шерстью и большими грустными глазами. Он просто пришел к моему дому и долго сидел возле калитки смотря в окно. Я так поняла собака здесь жила раньше, потому что как только я открыла калитку, она зашла внутрь и залезла в собачью будку с надписью "Сатана", которая стояла под старой липой. Мне было очень одиноко, поэтому я приняла пса, несмотря на то, что как хозяйку он меня не признавал и когда я пыталась погладить его по лохматой голове, он рычал ощерив зубы. Но мою кормежку ел, так что надежды подружиться с ним я не теряла.
Первое время после переезда я почти все дни проводила дома, потому как совсем не знала языка, но потом наняла толкового репетитора. Ее звали Луиза и она очень была похожа на мою Розу. Такая же подвижная и веселая. Она любила круасаны и после наших занятий мы еще долго сидели в саду, пили кофе и болтали обо всем на свете.
Вот и сегодня мы сидели под деревом и пили чай, объедаясь сладостями и булками. Луиза допив чашку поправила платье:
- Дорогая, еще пару месяцев и я не влезу в свою машину.
Я засмеялась:
- Будешь приезжать ко мне на автобусе, делов-то!
Она похлопала себя по широкой груди:
- В твоих словах есть здравый смысл, моя подруга со своим мужем в метро познакомилась. Может быть и мне попробовать, как думаешь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
