Неожиданная атака турмы Кантакузина, казалось, переломила ход боя. Клибанарии ударили по тарнам, прорвавшись с фланга между рекой и рядами легионеров. Панцирники дрогнули. Начали отступать к реке. Но внезапно тарнский командир отдал несколько команд, перегруппировал воинов... И турме пришлось отступить. Теперь на берегу валялись уже трупы коней. Многие животные были просто ранены. Ираклию их было жаль намного больше, чем людей.
Легат видел, что легионеров вокруг него становилось всё меньше и меньше, а панцирников - всё больше. Скоро он останется один. А потом и его не станет...
Оставался только один выход.
– За Ксар! - воскликнул Ираклий, бросившись в последнюю в жизни атаку.
Отступавшие до того легионер вдруг остановились. Услышав старинный боевой клич, они менялись на глазах. Казалось, что кровь предков заговорила в них.
– В последний бой!!! - легионер ударили...
Тарны не могли понять, что происходит! Вроде только что враг бежал, но через мгновение уже атакует. И как атакует! Панцирники не смогли сдержать удара. И подались назад. Передние ряды давили на задние...
Что-то произошло - Ираклий это почувствовал. Враг отступал. Легат заплакал от радости: он это смог. Внезапно он почувствовал что-то мокрое. Оно растекалось по его лицу. В глазах потемнело...
На левом фланге Ираклий смог сбросить врага в реку. На правом клибанарии шли в очередную атаку, отбрасывая врага назад.
А вот в центре айсары уже не могли сдерживать вражеский напор. Катафрактов там почти не осталось - Гусиный брод переходила уже пехота.
Может быть, ударить сейчас? Или всё, или ничего - третьего не дано.
– Играйте "В последний бой!"
Эта музыка много сотен лет не раздавалась на полях сражений. Пора было её вернуть...
Фердинанд слышал, как божественно красивая музыка разнеслась над полем сражения. В ней было всё: скорбь, вера в победу, смерть и самопожертвование.
– Это сигнал атаки! - ничем иным он и не мог быть.
Айсары тоже услышали "В последний бой". Наёмников почти не осталось у Гусиного брода. Пять или шесть сотен - не больше. И они легко смогли расступиться, давая дорогу коннице.
Огнарские рыцари устремились на врага. Одним ударом они раскидали остатки катафрактов и опрокинули партафскую пехоту.
За рыцарями последовала и пехота. Она расчистила Гусиный брод и начал заходить в тыл отрядам врага, что пытались форсировать реку на правом и левом фланге.
А Фердинанд скакал вперёд, опустив забрало шлема. Он радовался, видя спины убегавших врагов. Скольких он поразил своим копьём! А скольких затоптал его конь!
Легионеры пошли в наступление. Конные турмы, опережая пехоту, перебрались на вражеский берег и обратили остатки врагов в бегство. Вернулось время Ксариатской империи! Враг бежал без оглядки, а его преследовала императорская армия. Как давно Андроник мечтал увидеть этот день, день рассвета империи.
Легионеров было почти вдвое меньше, чем до начала битвы - но зато они наступали, в отличие от воинов Аббаса. В центре держались только тарны и остатки унгуртцев, а вся партафская пехота и оставшаяся конница бежала. Потом пленные говорили, что аркадцев в те секунды было вдвое больше, чем до начала битвы - ангелы сражались за них.
Священники разводили руками, утверждая, что были заняты султанскими колдунами. Именно после таких моментов воины начинали верить в Аркара - даже некоторые огнары, наслушавшись пленников, начинали уважительно относиться к вере своих западных соседей.
Тарны и партафцы образовали "ёж". Огнарские рыцари, не желая нарваться на копья и пики миновали его стороной, устремившись к вражескому лагерю. Фердинанд не видел, как тарнов и партафцев расстреляли лучники.
Принц приблизился к вражескому лагерю. Рыцари сильно оторвались от основных сил.
Остатки вражеского войска, закрепившиеся в лагере, решили дать бой.
Атака! Огнары ударили по врагу - и отхлынули. Рыцарей было слишком мало.
Фердинанду решил погнаться за убегавшими в горы людьми. Враг не должен был уйти: за гибель своих подданных принц брал двойную цену...
Все четыре легиона, айсары и огнары окружили партафский лагерь. Султан Аббас, начавший пировать при виде прорвавших защиту Гусиного брода, не успел скрыться из лагеря.
Партафская гвардия, "бессмертные" - единственный род войск у султана, носивший кольчуги и широкие обитые железом щиты, готовились умереть за своего господина. Это был крепкий орешек - примерно семь тысяч прекрасно обученных воинов, готовых сражаться до последнего.
Ласкарий решил лично командовать уничтожением остатков вражеского войска.
– Эй, воины, есть среди вас кто-то, понимающий аркадскую речь? - Андроник кричал через пять рядов айсаров, огнаров и аркадских легионеров, не желавших после блистательной победы потерять военачальника.
– Есть, шакал, есть.
– Вот и хорошо. Я от имени великого императора аркадцев, мидратов, огнаров, айсаров, унгуртцев и партафцев, - Андроник разом выдохнул полный титул Императора Северной Ксариатской империи. Возвращались былые дни аркадской славы. - Предлагаю вам сложить оружие. Обещаю, что после этого вас пропустят домой.
– Мы умрём за Единого бога на небе и за единого правителя на земле, шакал! - Андроник наконец-то разглядел говорившего - это был партафский дервиш.
Дервиши всегда носили высокие красные шапки, которые они одевали так, что не было видно волос. Ещё они могли похвастаться белыми шёлковыми кафтанами и длинные юбки. Те были самым главным составляющим их костюма - дервиши, когда колдовали, крутились на одном месте, и юбка символизировала сошедшую на землю луну.
Дервиши были служителями партафской религии и одновременно магами, владевшими в основном защитными заклинаниями. Хотя, к примеру, "огненный шар" они вполне могли запустить.
– А ты подумал, что именно ваш Единый на земле привёл вас к этому поражению? - "бессмертные" гневно зашептали.
– Следи за словами, шакал.
– Хорошо-хорошо. Разве не вы ли совершали набеги на наши земли, отказываясь платить дань и вернуть наши исконные земли?
Блистательная Партафа раньше являлась частью Аркадской империи. Три века назад южные варвары, согнанные со своих земель тайсарами, отхватили у ослабшей Аркадской империи приличный кусок земли вокруг Партафских гор.
Андроник намеренно затягивал разговор, чтобы вокруг лагеря Аббаса успели собраться лучники и священники. Дрункарий хотел взять султана без потерь.
– Шакал! Я никак не пойму, как твои женоподобные воины смогли победить детей гор!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
