Тонкие пальчики зарываются в поросль волос ниже пупка, оглаживая татуировку быка на коже, а следом и вовсе ложатся на ствол.
— Разве? — тихо хохочу, перехватывая её руку за запястье. Вспоминаю последнюю вылазку сумасшедшей в ночной бар. — А как насчёт тебя, вредная Зая?
— О том, что я была без белья, знал только ты, — сжимает ладошкой стояк, вынуждая меня сцепить зубы и зашипеть от нахлынувшего желания трахнуть её тёплый и влажный рот.
— Да неужели? — закатываю глаза от удовольствия. Проводит рукой вверх-вниз пару раз, разгоняя по моему нутру волну жара. — Блять! Лееен, ну что же ты делаешшшшь… оооо… черррт…
— Артём… любимый… — голос моей девочки звучит хрипло и возбуждающе. Рот, опаляя дыханием, касается моего рта. Подушечка её большого пальца, скользнув по устью головки, размазывает по кругу каплю смазки, а настойчивый язычок, лаская мои губы, ныряет внутрь, дразнясь и касаясь моего языка. Отвечаю какое-то время на её медленный, пьянящий поцелуй, едва не сходя с ума от переполняемых чувств, пока она не останавливается.
— Давай, ты никуда не поедешь, Гаур? — хлопает очаровательными ресничками, переводя дыхание. — Мы займёмся с тобой любовью… я сама станцую тебе жаркий стриптиз. М? — шепчет, поглаживая рукой член. Отрицательно мычу, зарываясь носом в её ароматную шею, сжимая пальцами упругую попку.
— Даже не мечтай…
— Паршивец… — разочарованно стонет, медленно опускаясь передо мной на колени.
Губы осыпают поцелуями грудь, прокладывая волнующую дорожку до живота.
— Я тебя не отпускаю… — погружает юркий язычок в углубление пупка, вынуждая меня вздрогнуть, а следом и вовсе вышибает из легких воздух, лишает меня здравого рассудка, жадно смыкая влажные губки на пульсирующей раскалённой головке.
— Твою же мать! Малышшш… — зарываюсь пальцами в её волосы, обхватывая затылок, и подаюсь бёдрами вперёд, улавливая наши переплетённые низкие стоны. — Ммм… вот зачем ты… слааадкая… мне же нужно бежать, а я безумно тебя хочу…
* * *
Хочется ещё раз возразить, но вместо этого сдаюсь в её плен. Выдыхаю, прикрывая глаза, забывая на время об окружающем мире. Растворяюсь в ней, медленно двигаясь, наслаждаясь остротой ощущений, теплотой её плотно сжатых губ на члене, игривым и горячим языком… Слишком хорошо с ней, как никогда и ни с кем… До дрожи в теле, до ярких кругов перед глазами, до пульсирующих толчков в затылке, до потери контроля. Когда брюки оказываются на середине бёдер, правую ягодицу пронзает жалящая боль. Девчонка настолько вошла в кураж, что не заметила, как вонзила острые коготки в мышцы моей задницы. Шумно втягиваю воздух, собирая её мягкие волосы в кулак, убирая их и оттягивая вниз, вынуждая запрокинуть голову, чтобы облегчить процесс минета.
— Да-а! — едва слышу свой хриплый полустон, балансируя на грани оргазма. — Вот так… быстрее, Ленааа! Черррт!
Ускоряюсь, смешивая шипение с низкими стонами, толкаюсь вперёд, ещё… и ещё, бережно и заботливо насаживая на себя. Мне нравится то, что она вытворяет со мной. Меня ведёт, голова кружится сильнее. Доверять ей себя, полностью отключаясь от мира, и трахать её нежный рот — слишком охренительное удовольствие. Вспышка взрывается так быстро и ослепительно, что я прихожу в себя лишь спустя пару минут, осознавая, что кончил, не отстранившись.
Восстанавливаю дыхание, отпускаю сжатые волосы на затылке и поднимаю Елену за плечи, притягивая к себе. Она облизывается и улыбается, что-то невнятно мурлыча себе под нос, словно охмелевшая кошка.
— Прости… Стоило предупредить тебя…
Накрываю её губы своими, целую заботливо и нежно, мягко толкаясь языком внутрь, схожу с ума от того, какая она податливая и чувственная. Распробовав свой солоновато-терпкий вкус на её языке, едва ли не теряю контроль снова. Девчонка оплетает руками шею, легонько царапая её ногтями, затем отстраняется первая и тихо шепчет:
— Может всё-таки передумаешь, любимый? Я же буду волноваться… а мне нельзя…
Смотрит щемящим взглядом, раздирая душу. Маленькая манипуляторша, блять!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Моё слово нерушимо, милая. И ты сама виновата в том, что я принял такое решение. Лен, мальчишник не повод для измены. Я хочу всего лишь развлечься в компании близких друзей. Пиво, креветки и мужские секреты — вот наша программа на вечер. Это нерушимая традиция, понимаешь? — застёгиваю змейку на брюках, целую её в нос и отхожу к зеркалу, привести себя в порядок. Трусы надену, но не при ней!
— Однажды я смогла её нарушить, эту вашу традицию, — подходит из-за спины и встречается взглядом со мной в зеркале. — Помнишь? — принимается щекотно водить пальчиком по плечу, рисуя круги.
— На этот раз у тебя ничего не выйдет. Скоро Ритка приедет, — достаю из портмоне кредитку. — Ленусь, вот карта, устрой себе шоппинг, сходи с ней в ресторан, повеселитесь в конце концов. Код не нужен. Мы будем праздновать у Алекса в доме.
— Угу… — неохотно обхватывает пальцами кредитку, — а..?
— Всё, больше никаких возражений! — накрываю её губы своими, углубляя на пару секунд поцелуй. — Милая, я обожаю тебя и нашего малыша. Это всё, что тебе нужно знать и не думать обо мне плохо.
— Ну и задница же ты, Артём! — поправляет тонкими пальчиками мою прическу, пока я застёгиваю ремень.
— Приеду — залюблю. Не засиживайся допоздна. Хорошо? Тебе нужно больше отдыхать.
— А девушки там будут?
— Гррр… Леееен… это же мальчишник.
— Ага, конечно, на мальчишниках стриптизёрши просто обклеивают женихов, делают массаж простаты… как я… только что…
— Леееен!
— Я тебя ревную, что непонятного? — хмурится, покусывая губку.
— Ребята, можно к вам? — голос Риты сливается со стуком в дверь, привлекая наше внимание.
— Отлично, Ритуль, проходи, а мне пора бежать. Я люблю тебя, маленькая, — напоследок срываю с её губ короткий поцелуй, проверяя карманы на наличие мобильника и живых денег, — до скорого.
— И я тебя люблю.
— Сколько мы можем потратить? — проказливо улыбаясь, Ритка подходит к Елене и выдёргивает карту из руки, внимательно её рассматривает, что-то прикидывая в уме.
— Так, чтобы я не поседел!
— Ок. Как скажешь, братец. Но знаешь, мне кажется, тебе пойдет седина! Сделает солиднее и более…
— Рит! Впереди ещё свадьба! — бросаю на выходе, хохоча.
— Шучу, шучу, хорошо повеселиться, дорогой! А вообще-то, братец, чтобы ты знал! Брак — это такие отношения, где один всегда прав, а второй муж!
Хотелось бы мне возразить, но я молча спускаюсь по ступенькам, улыбаясь своему уютному счастью…
Вилла «Salavessa»(частный дом Алехандро Салавесса).
Несколько часов спустя.
Облокотившись на перила, я стою и дышу морским воздухом, наполненным прохладой. Моё внимание не раз привлекал вечерний тёмно-синий океан, окаймленный неровной береговой линией и расчерченный силуэтами редких кораблей. Он никогда не утихает. Живет размеренными раскачиваниями, чаруя слух мощной шипящей колыбельной. Место, которое дарит полный релакс, куда хочется возвращаться каждый раз после напряжённого рабочего дня.
Алекс подходит ко мне, нарушая тишину:
— Никогда бы не подумал, что за какие-то две недели ты превратишься в законченного романтика. Что она с тобой сделала, Гаур?
Вручает мне стакан виски со льдом, устремляя свой взгляд туда же куда и я — к морю.
Мы оба смотрим на багровое зарево заходящего солнца, чуть прищуриваясь.
— Это химия, старик, — ухмыляюсь мелькнувшему в голове образу Елены и делаю глоток охлаждённого спиртного.
Алкоголь обжигает горло, наполняя рот горьким привкусом. По всему телу расходится расслабляющее тепло, и когда мозг попадает во власть спиртного, начинает тянуть на душевные беседы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Она всего лишь вытащила наружу одну из многочисленных сторон моей личности. Может тебе стоит попробовать найти девчонку, из-за которой полностью перевернётся твоё мировоззрение? Представь: ты со своими двумя «высшими» станешь таким же счастливым придурком, как и я… — хохочу, поддевая Лекса плечом.
