допроса и наказания, может помочь нашему делу.
– Их казнят, когда ты закончишь?
– В итоге да.
Образ костров вспыхивает в моем сознании, и желудок сжимается.
Зандер ухмыляется.
– Совсем забыл. Ты же королева, которая не верит в наказание преступников.
– Наказание – это одно. Казнь – это… Я не знаю, как ты можешь это делать.
– Я и не делаю. Для этого у меня есть палач.
– Тем не менее ты отдаешь команду.
Даже когда Софи выступала моим палачом и держала клинок у шеи Тони, я не смогла отдать приказ. Я была бы ужасной королевой в этом мире.
– Сначала посмотрим, какие сведения мы сможем получить от них. Узнаем, что они делают на моих землях. Кто знает, возможно, они даже не доживут до казни.
– Это невероятно утешает, – бормочу я с сарказмом. – Мне нужно что-то делать или говорить?
Его дыхание скользит по моей щеке, когда он наклоняется ко мне и шепчет:
– Кроме того, чтобы выглядеть особенно презрительной и не делать вид, будто понятия не имеешь, кто они такие? Нет. Лучше просто молчи.
– С этим я справлюсь.
– Твое настроение не сильно улучшилось с сегодняшнего утра.
Я вздыхаю, надеясь, что это немного снимет нарастающее напряжение.
– Отличный выбор наряда. – Его взгляд скользит по моему платью. – Ты собиралась сегодня отправиться в горы Скатраны? – В его тоне присутствует дразнящая нотка, отвлекающая от разговоров о казни.
– Там холодно?
– Слышал, что очень.
– Тогда да. Пожалуйста, возьми меня туда. На самом деле, я направлялась в свои покои, чтобы сжечь эту штуку, когда меня позвали стражи, так что спасибо, что разрушил мои планы.
Слышится мрачный смешок.
– Я с радостью сожгу его для тебя.
– Пока я все еще буду в нем? – парирую я.
Как работает его родство со стихией Малакая? Может ли он это сделать? Мыслью поджечь чью-то одежду?
– Не глупи. Сначала ты снимешь его. – Его глаза вспыхивают, а слова рисуют чувственный образ, от которого я краснею. – Они следят за каждым нашим движением, – тихо говорит он мне на ухо. Его большой палец медленно проходится по моим костяшкам, переходя от одной к другой. – Тебе нужно расслабиться.
– Я стараюсь. Это просто… чересчур.
И все это часть спектакля.
Он намеренно флиртует со мной, говорит вещи, от которых у меня краснеют щеки и бурлит кровь, потому что так должны поступать влюбленные друг в друга люди. По общему мнению, именно такими принцесса Ромерия и король Зандер являются – безрассудно влюбленными. Меня не должно это шокировать, и все же пульс учащается.
Зандер опасно хорош в этой игре.
Я делаю вдох и, успокоившись, оглядываюсь по сторонам. Сосредотачиваюсь на Аттикусе, переговаривающимся с Бозом.
– Твой брат так похож на Аннику.
– Не удивительно. Он родился на несколько минут раньше нее.
Мои брови приподнимаются от удивления.
– Они близнецы?
– Да, хотя Анника пытается забыть об этом. Они первые в своем роде, кто получил благословение нимфеума.
– Они не ладят?
– В одни дни больше, чем в другие.
Взгляд Аттикуса на мгновение останавливается на нас.
– А что твой брат думает об этом твоем плане?
Очевидно, что Аттикус входит в доверенный круг Зандера. У него столько же причин ненавидеть принцессу Ромерию, как и у его брата и сестры, и если демонстрация в военной комнате считается каким-то показателем, то он и правда меня ненавидит.
– Осторожно. – Зандер снова наклоняется к моему уху. – После стольких лет замыслов ради власти и богатства некоторые при дворе умеют читать по губам. Я бы не хотел, чтобы они прочитали по твоим. – Его рот случайно касается моей кожи, и по затылку бегут мурашки. К счастью, затем он немного отстраняется. – Аттикус не согласен с этим.
Я замираю, внезапно опасаясь своих слов.
– Почему нет?
– Он считает, это пустая трата времени, и вместо этого мы должны решать проблемы с нашей армией. Но он молод и все еще думает, будто в каждой битве может выиграть более сильная сторона.
– Ибарису не нужна была армия, чтобы совершить задуманное.
– В яблочко. Всего несколько удачно расположенных и особенно убедительных противников, хотя нам повезло, что у него хватило ума расположить батальон за воротами. Это облегчило захват ибарисанцев и людей лорда Мюрна. – Он делает паузу. – Аттикус считает, что я должен жениться на Сирше, дочери лорда Эдли. Подобного союза Цирилеи и Кеттлинга было бы достаточно, чтобы подавить любые восстания.
Кеттлинг.
– С юго-восточной стороны.
Помню, видела это название на карте.
– Верно. Большой портовый город, весьма важный. Уступает только Цирилее. Они ведут крупную торговлю с Кайером. У них много людей. Еще до того, как наши отцы договорились об этом союзе, ожидалось, что я женюсь на Сирше. Я даже предполагал, что так и сделаю, хотя никуда не торопился. Лорд Эдли, конечно же, считает, что его дочь является наиболее подходящей партией для меня, и недоволен тем, что здесь восседает ибарисанка, особенно теперь, когда мы уже не получим никакой поддержки от людей или заклинателей по договоренности с королем Баррисом.
– Может, он и прав.
– Не стоит так спешить с выводами.
Его губы снова скользят по моему уху, и я больше не думаю, что это случайно. Зандер пытается добиться от меня реакции. Или так, или он проверяет меня. Король отстраняется, чтобы встретиться со мной взглядом, прежде чем сфокусироваться на своих подданных.
То, что он снова небрежно угрожал мне, откровенно бесит.
Зандер может играть в эту игру, но и я тоже.
Сдерживая нервозность, я наклоняюсь ближе, прижимаюсь к его руке и на секунду вдыхаю его сладкий древесный аромат.
– И все же, кажется, с каждой минутой я становлюсь для тебя все более важной, – шепчу я. – Помогаю выслеживать предателей, удерживать армию Нейлины подальше и избегать сомнительного брака.
Правда в том, что, чем больше я узнаю о политике и состоянии Илора, тем больше ощущаю себя многоцелевым орудием.
Грудь Зандера поднимается с глубоким вдохом.
– Это правда, что ситуация с Кеттлингом – еще одна причина, по которой нынешняя договоренность между нами выгодна.
Я удовлетворенно улыбаюсь, отстраняюсь и рассматриваю незнакомые лица внизу. Их так много. Человек, который, по заверениям Зандера, вступил в сговор с принцессой Ромерией, сейчас здесь? Наблюдает ли он за мной, недоумевая, каким образом я убедила Зандера в своей невиновности?
Мое внимание привлекают ястребиные черные глаза. Это высокая худая женщина с черными волосами. Она стоит рядом с мужчиной с такими же темными волосами и бледной кожей. Ее губы шевелятся, произнося быстрые – вероятно, недружелюбные – слова. Хотела бы я их прочитать. Поняв, что заинтересовала
