– Серьезно? – ехидно поинтересовалась я едва слышным голосом, пытаясь с нее сползти. – Другого времени поорать не нашлось?
Она тут же умолкла и огляделась, смаргивая пыль с ресниц.
Я сплюнула тягучий налет во рту и спросила:
– Ты ранена?
– Нет, нет. О боже, а ты?
Я задумалась.
– Кажется, нет. По крайней мере, жить буду. – Спина горела, но двигаться я могла. А это всегда хороший знак. – Больше так не ори. Мы вроде как в дышащей на ладан пещере.
– Извини.
Вспомнив о Терезе, я пробралась сквозь хаос и опять полезла вверх по обвалу. Я все еще ее чувствовала.
– Тереза, ты там как? – Не получив ответа, я оглянулась на Куки. – Сможешь вернуться к Развалюхе и принести фонарик, воду и одеяло?
– Конечно, – ответила она, медленно поднимаясь на ноги.
– Точно ничего не болит?
– Точно. Но ты… – Несколько долгих мгновений она смотрела на меня не мигая. – Ты спасла мне жизнь.
– Ничего подобного. Честное слово. – Не время для таких разговоров.
– Я никогда такого не видела.
– Вся жизнь пронеслась перед глазами? Тебя посетило легкое разочарование? Знаешь, когда такое случается со мной, то…
– Нет. Ты. То есть как ты двигалась. Твой отец говорил об этом, но… я никогда не видела. – Куки пребывала в полном замешательстве.
– Давай отложим самое вкусное на потом. Фонарик, помнишь?
– Да, точно. Фонарик. Иду.
И она пошла. Ко мне. Я изо всех сил старалась не рассмеяться, но, видимо, плохо старалась. Пришлось пальцем показывать ей, куда идти. Куки развернулась, открыла телефон, чтобы подсветить себе, и направилась вдоль рельсов на выход, пройдя мимо призрака шахтера. Глядя на него, я затаила дыхание. Он проводил Куки взглядом и только потом посмотрел на меня. Из-за света фонаря на каске его лицо оставалось в тени. Все имеющиеся в моей голове знания говорили о том, что смерть настигла его приблизительно в тридцатые годы.
Я не сводила с него глаз, а он отсалютовал мне, коснувшись козырька каски. Мертвых шахтеров я раньше не видела. Всяких призраков повидала, но шахтеров среди них не было. Учитывая местность, здесь, наверное, добывали медь. А может, и серебро.
Он подошел ко мне, остановился и попытался сквозь меня увидеть, на что я смотрела все это время. Призраки – жутко любопытные ребята.
– Меня зовут Чарли, – сказала я ему.
Он снова взглянул на меня, и, поскольку был уже совсем близко, мне удалось рассмотреть его лицо. На вид ему было под сорок, но работа шахтера наверняка не сахар, поэтому ручаться я бы не стала. Из-за грязи, покрывавшей его лицо, с трудом можно было различить лучики морщинок вокруг глаз.
– Харди. – Жесткая линия его рта стала тоньше. – Она там уже давно, – сказал он твердым, сильным голосом и кивком указал на завал.
Я кивнула:
– Ее разыскивают уже несколько дней. Ты не знаешь, она ранена? Мне кажется, у нее обезвоживание.
– Сейчас проверю. – Он шагнул в кучу камней, на которой я лежала, явно собираясь пройти сквозь меня, но не вышло.
Призраки могут проходить через меня, когда решают перейти. В иных обстоятельствах я для них такое же материальное препятствие, как для любого живого человека.
Колено Харди уткнулось мне в ребра, и он удивленно взглянул на меня.
– Извини, – сказала я, – но придется обойти.
Несколько мгновений он изучал меня взглядом, а потом спросил:
– Кто вы?
– Ангел смерти, но в хорошем смысле.
– Как скажете, мэм. – Он снова коснулся козырька каски, обошел меня и исчез в завале. А буквально через несколько секунд появился снова – прямо из этой кучи камней и земли. – Похоже, она сломала ногу. Пыталась наложить шину, но выглядит все не очень.
– Вот черт. Будет чудом, если у нее до сих пор не началась гангрена. – Я огляделась в поисках хоть чего-нибудь, что могло помочь в этой катастрофически непродуманной спасательной операции. Свет от фонаря на каске Харди облегчал задачу, но под рукой была только грязь. И камни. – Как думаешь, я смогу пробраться через обвал? – спросила я у него. – Нужно вытащить ее оттуда. Кто знает, сколько еще продержится потолок.
– Думаю, вам надо попробовать, мэм. – Он оглянулся. – Может быть, вам удастся подпереть обвал балкой?
– Боюсь, что спровоцирую еще один.
– Тоже верно.
Я опять начала откапывать камни и складывать их в сторону.
– Как обстоят дела с той стороны?
– Потолок держится. – Он исчез и появился снова. – И балки там на месте.
Тереза слабела. Теперь я едва ее чувствовала. Два дня назад в Развалюхе Рокет сказал мне поторопиться. Этим я и занялась. Поспешно выкапывала и выцарапывала камни, пока не расчистила зазор настолько, что смогла бы пролезть. Держа в руке телефон, я поползла на животе по острым камням. С потолка непрерывно сыпалась грязная пыль, от которой волосы у меня уже давно превратились в спутанный жесткий комок.
Сейчас бы Гаррет оказался очень кстати. Не надо было избавляться от него. И бросать его телефон в воду. Забравшись на вершину горы обломков, я наклонилась и взяла Терезу за руку. Застонав, она попыталась сжать мою ладонь.
– Привет, солнце. Помощь уже в пути, но нам нужно вытащить тебя отсюда, если, конечно, получится.
От света экрана сотового Тереза сощурилась, зато я успела проверить ее зрачки. На свет они реагировали, как положено. Как у брата и сестры, у нее тоже были темные волосы и поразительно яркие голубые глаза. Сама Тереза была худой и бледной, но это могло объясняться как генетикой, так и сложившимися обстоятельствами.
Я протиснулась через зазор и осторожно перебралась по Терезе, чтобы развернуться. Когда я сползла вниз, появился Харди, и свет фонаря на его каске выхватил из темноты открытый рюкзак, в котором, кроме спелеологической каски и остального снаряжения, наверняка нашлись бы еда, вода и аптечка. Тереза наложила на ногу шину с помощью веревки и алюминиевой скобы от рюкзака. Умница. Наверное, исследовала пещеру, когда произошел обвал.
Теперь я уже совершенно запуталась. Доктор Йост был виноват, я это чувствовала. Но в чем? Мог ли он организовать обвал в шахте? И если да, то какого черта Тереза утопает в угрызениях совести?
– Тереза, тебя рвало?
С трудом покачав головой, она ответила хриплым, едва слышным голосом:
– Сотрясения нет. Только перелом.
Я потрогала ее лоб. Теплый, но не горячий. Надеюсь, перелом не заблокировал доступ крови к ноге, и гангрена ей не грозит.
– Не знаю, сколько еще продержится потолок. Как думаешь, сможешь с моей помощью перелезть на другую сторону? – Тереза кивнула, а я на всякий случай добавила: – К нам на помощь уже едут. Можем подождать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
