Читаем без скачивания Слава. Звёздный волк - Евгений Щепетнов

Самую большую ценность представляли, конечно, два крейсера, горами возвышавшиеся на поверхности планеты.

Свалившиеся с большой высоты гиганты наполовину ушли в почву, они горели, а внутри что-то взрывалось и чадило. Но Учитель знал, что после того как крейсеры догорят, керкарам останется много, очень много ценных вещей – и все это на территории, контролируемой его Роем! Он в который раз уже поздравил себя с тем, что у них появилась такая дальновидная Мать, по указанию которой они некогда спасли двух двуногих рабов…

Битва в воздухе приблизилась к своему апогею – платформа-поместье неожиданно вступила в борьбу – то ли кто-то специально выстрелил в ту сторону, то ли в него попала случайная очередь плазмоидов, но только бластеры поместья выбросили три белые реки пламени, и из пустоты вывалились флаер и крейсер поменьше, чем упавшие ранее, с сильно заостренным носовым обтекателем.

После этого огонь нападавших перенесся на поместье, и оно озарилось пламенем, растекающимся по защитному полю. Из пустоты ударили лучи, сравнимые по толщине с пушками поместья, туча ракет ударила туда, где эти лучи пробили бреши в мощной защите сооружения. Над платформой поднялись небольшие грибовидные облака, сама она вздрогнула и, набирая скорость, двинулась к планете, скользя, как лавина по склону заснеженной горы.

Учитель отчаянно скомандовал:

– Все в тоннель! Быстро!

Керкары полетели по наклонному тоннелю, будто стая белых стрел. И вовремя – край гигантского сооружения потряс почву и, как невероятный бульдозер вспарывая покровы планеты, засыпал тоннель тонами вздыбленных рыхлых глыб.

Керкары бежали под градом сыплющихся с потолка камней и песка, остановились они только на глубине полукилометра, туда не доносилось практически ни одного звука. Однако вся масса горных пород над головой передавала ужас происходящего наверху катаклизма – почва дрожала.

Учитель хмыкнул – он представил, сколько им потребуется труда, чтобы снова выкопать вентиляционный тоннель, но душа его пела! Такого смертоубийства среди зеленых он не видел ни разу. Керкары только на поверхности планеты прикончили не менее пятисот особей, а сколько их погибло при разрушении кораблей и поместья?

Председатель включил коммуникатор и увидел, как на виртуальном экране, повисшем перед ним, появилось лицо его ближайшего помощника, направленного на захват поместья Агарлока. Он был хмур, лицо перепачкано кровью.

– Захватить поместье не удалось. Там собрались все, кто мечтал захватить наследие Агарлока. В битве участвовало не менее сотни кораблей. Мы потеряли крейсер и пять флаеров. Поместье сбито и, скорее всего, все штаммы и ученые, занимавшиеся операциями, погибли. Когда наши конкуренты увидели, что захватить поместье им не дадут, открыли огонь по нему. Мы чудом ушли. Извините, господин председатель, все, что могли, сделали.

Председатель отключил коммуникатор, глубоко вздохнул и задумался. Ну что же – за более чем трехсотлетнюю жизнь он уже не раз убеждался в том, что не все, что так хорошо спланировано, удается воплотить в жизнь. Увы. Впрочем, в гибели штаммов и лаборатории имелись свои хорошие стороны – теперь ни у кого не будет преимущества. Если уж нельзя захватить поместье – пусть не достанется никому.

Успокоив себя, председатель резко поднялся и пошел в свою лабораторию, чтобы сообщить модификаторам печальное известие – штаммов не будет. То, что он планировал сделать долгие годы, – не получилось. Агарлок погиб и унес в огненную могилу все то, что принесло ему огромное богатство. Председатель ничуть об этом не жалел. Впрочем, он давно ни о ком и ни о чем не жалел, все, что его занимало, – это власть, от которой он получал удовольствие. Деньги были всего лишь инструментом для ее достижения. Ну что же – не вышло со штаммами вирусов Агарлока, будет что-то еще. Но пост председателя он удержит за собой во что бы то ни стало. Даже если придется устранить тех, кто может помешать ему в этом. Например – Хармана. Этот наглец в последние годы стал уж очень самостоятельным, не признающим авторитетов, непредсказуемым и опасным. Жаль, что председатель не знал, кто перешел дорогу этому выскочке, – видят Небеса, он бы поддержал этого человека всеми своими ресурсами!

– Я бы их убил своими руками. – Старик с ужасом глядел на подростков, сгрудившихся в трюме крейсера.

Слава посмотрел на трясущихся от страха, обнаженных подростков, поддерживающих друг друга, на их покалеченных товарищей по несчастью, беспомощно лежавших на полу, и недоуменно перевел взгляд на ветерана:

– Кого убил бы?

– Тех, кто с ними сотворил такое! – Глаза старика были полны слез. – Я как представлю, а если бы с моими сделали такое? Как только Бог допускает подобное?

– А как он допускал Освенцим и Треблинку, Бабий Яр и Заксенхаузен? Спроси чего-нибудь полегче, – устало ответил Слава. – И вообще, хватит словоблудия, у нас на руках пятьдесят шесть полусумасшедших подростков, из которых пятнадцать серьезно искалечены. И нам нужно решить, что делать дальше.

– На Землю надо, что же еще? – вмешался Петр, ранее инвалид афганской войны, а ныне мозг, управляющий звездолетом «Урал». – Сдать их власти, и пусть разбираются, что делать. Большинство из них физически здоровы, так что… время залечит.

– В рабском загоне провели обследование по моему указанию. Выяснилось, половина девочек беременны, – угрюмо бросил Слава, – и что теперь вот с этим делать?

– Неужто зеленые могу скрещиваться с землянами? – поразился старик. – Нам только этого не хватало…

– Как оказалось, да. У девочек полтора-два месяца беременности. Так что я не знаю, что предпринять. Не могу взять на себя ответственность еще и за это. Представьте теперь – мы привозим их на Землю, с животами, с искалеченной психикой… Дальше что?

– А что дальше, – виртуальное изображение Петра задумчиво скривило губы, – а ничего! Ты что, будешь вечной матерью Терезой? Ты их спас, они здоровы – пусть теперь власти Земли о них заботятся! Твоя задача другая – ты боец, солдат, тебе надо защитить Землю от нашествия рабовладельцев – так какого черта раздумываешь? Летим к Базе, там их перегружаем на «Соргам», и к Земле! Или можем сразу к Земле – выгружаем где-нибудь в теплом месте, чтобы не простыли, и полетели к Базе.

– А что с калеками делать? По домам инвалида рассовывать, что ли? Вот этих – с ампутированными конечностями? Этих – с вырезанными глазами? Их куда?

– Решай ты. Я не могу тебе ничего сказать. Не знаю, что с ними делать. – Виртуальный Петр создал виртуальное кресло, уселся в него, скрестив ноги. – Вставлять их в корабли? Ты столько кораблей не наберешь, да и толку от них – они же сейчас полубезумны. Все, что у них осталось, – животные реакции. Смотреть на них не могу…