Будучи нелегальным резидентом в Нью-Йорке, Марк имел собственные каналы связи с Москвой. Его первая шифротелеграмма, посланная через месяц, состояла из двух строк:
«С успехом получил школьный аттестат. Готов к выполнению любого задания. Марк».
Это означало, что он познакомился с городом, чувствует себя как рыба в воде и готов приступить к работе. Ответ пришел на следующий день:
«Разрешаем приступить к работе с «Волонтерами».
Они должны почувствовать в вас оперативного начальника и политического воспитателя. Уверены, что вы с честью справитесь с поставленной задачей».
Марк встретился с Клодом и передал ему пакет. Несколько дней спустя Клод встретился с Лесли в «Блумигдейле», поставил ее в известность, что с ней будет работать новый сотрудник разведки по имени Марк, и вручил ей план подхода к месту встречи с ним и инструкции. Ей предписывалось в определенный день совершить прогулку по городу, начиная с кинотеатра Элмвуд на Квинс-бульваре, затем пересечь угол Лексингтон-авеню и 112-й улицы и идти до 3-й авеню. Отсюда ей предстояло через Кротон-парк доехать до зоопарка, расположенного в Бронксе. Маршрут был составлен таким образом не только для того, чтобы выявить возможную слежку, но и с тем чтобы Марк мог наблюдать за Лесли издалека и под разными ракурсами. Конечным пунктом была клетка с обезьянами, возле которой и ожидал ее Марк.
Лесли пришла с опозданием, вся запыхавшаяся и уставшая, постояла несколько минут возле клетки, переводя дыхание. Заметив, что притихшие гориллы и шимпанзе внимательно наблюдают за ней, Лесли устало произнесла:
— Не могли бы мы пойти куда-нибудь в другое место? Не люблю, когда кто-то смотрит на меня сверху.
Марк улыбнулся, затем ответил:
— Очень жаль, но у каждого свои привычки. Я очень люблю зоопарки. В них всегда много детей. Они шумят, и поэтому мы можем говорить, не переходя на шепот, боясь быть подслушанными. Здесь много и взрослых. А это значит, что мы не выделяемся из толпы. Но самое главное заключается в том, что здесь легко обнаружить за собой слежку. Если кто-нибудь смотрит на людей, а не на зверей, то с ним все ясно.
Лесли была вынуждена согласиться с этими здравыми аргументами.
Марк продолжал:
— Но для того чтобы убедиться, кто есть кто, я скажу вам пароль. Наша служба не прощает даже малейшего нарушения правил. Итак, я должен произнести: «Такая красивая, но сердитая женщина непременно должна ждать Джона».
Лесли ответила:
— Да, я его жду.
— Так вот, я его брат. Он сегодня не смог прийти и послал меня предупредить вас об этом.
— Чертов Джон! Опять он подложил мне свинью!
Пьеса была разыграна. Успокоившись, Лесли протянула Марку свою черную сумку с золотым узором.
— Но этого не было предусмотрено условиями нашей встречи, — пошутил он.
— К черту! — ответила она, не на шутку рассердившись. — Все это глупости.
Лесли вытащила из кармана носовой платок и вытерла пот, выступивший на лбу.
— Да, сегодня ужасно жарко, — согласился он, снимая соломенную шляпу. — Я все время тоже на бегу видел, как вы бежали до этой самой клетки по маршруту, который я для вас разработал.
Лесли наконец рассмеялась.
— Мне все равно, бежали вы или нет, — заметила она. — Просто я не так хорошо рассчитываю время, как вы.
— Ничего-ничего, зато вам эта «обезьянья встреча» надолго запомнится.
От Лесли не ускользнуло, что Марк владеет английским языком лучше, чем Сэм, Джонни и Клод. Он изъяснялся как настоящий американец. Да и соломенная шляпа, спортивная рубашка, помятые брюки и загорелые руки придавали ему вид американского фермера. Ничто не позволяло заподозрить, что он принадлежит к братству рыцарей плаща и кинжала. Тем не менее он был его типичным представителем, поскольку ничем не выделялся среди других.
От Сэма к Джонни, от Клода к Марку — таковы были этапы пути Лесли в ее разведывательной деятельности во благо Советского Союза.
Следующая встреча у них состоялась тоже в зоопарке, но уже у клеток с птицами. На этот раз Лесли и Луис пришли вместе. Марк должен был дать поручения и тому и другому. Под свист, писк и карканье птиц он попросил Луиса подобрать помещение для его проживания, желательно там, где живут художники и писатели. Он попросил также его помощи в изготовлении американских паспортов на имена Эмиля Голдфуса и Мартина Коллинза. Лесли же поручалось передать документы в Вашингтон и Центр через Клода.
— Но почему, позвольте знать, вы хотите окунуться в богемный образ жизни? — поинтересовался Луис.
— Потому что я выбрал для себя профессию фотографа-ретушера. Ну и… соответственно должен тянуться за окружающими, ничем не выделяться среди них и вести, как они, беспорядочную жизнь. Есть и еще одна причина, которая побудила меня окунуться в эту среду обитания. Она заключается в том, что художественной интеллигенции вообще присущи самые откровенные оценки людей, событий и общественно-политических явлений. Представители богемных профессий убеждены в том, что среди них не может быть шпионов, и потому они не так подозрительны. Да и вообще для любой интеллигенции полиция и спецслужбы были главными врагами, которым они всегда старались не давать каких-либо показаний. Где еще я могу так свободно и спокойно жить и действовать, как не в этой среде?!
Марк сделал паузу, внимательно посмотрел на Луиса, потом перевел взгляд на Лесли.
— Вы согласны с этим?
— Да, конечно, — подтвердил Луис. — Теперь что касается вашей первой просьбы: удобнее района Бруклина и нам и вам не найти.
— Меня это устраивает.
Марк остался доволен своими новыми помощниками. В отправленной им в Центр радиограмме говорилось:
«Мною установлен контакт с Лесли и Луисом. Оба произвели хорошее впечатление. Работать мне с ними будет легко.
Луис достаточно опытен. Образован и умен. По характеру спокоен, уравновешен, даже несколько холоден, каким и должен быть разведчик. Обладает очень важным качеством — держать все в секрете. Излюбленной темой его бесед являлись история и политика. Луис — типичный американский интеллигент.
Лесли тоже показала себя надежной сообщницей — хладнокровной, смелой и находчивой. Как и Луис, обладает многими положительными качествами. Она свободно ориентируется среди людей разного круга. Имеет удивительное свойство покорять их своей находчивостью и остроумием. К числу ее недостатков следует отнести стремление упрощать конспиративность в работе с нами. Последнее для нее характерно, потому что Лесли привыкла к обычной легальной работе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
