нет.
— Ну я же обещала. Хотя. не знаю. Я уже ни в чем не уверена. Вас было настолько много, что я начала терять саму себя. И только теперь начала это сознавать.
— Может попробуем просто общаться, дружески?
— Дружески? Ты сам то в это веришь? — Я хмыкнула.
— Ну, надо же с чего-то начинать? — Саша как-то грустно и очень искренне улыбнулся.
— Давай попробуем. Только я ничего не обещаю. — Пусть теперь ищут подход сами.
— Ты и правда изменилась. — Медленно произнес, впиваясь взглядом в монитор.
— Не изменилась, просто осознала. Некоторые вещи лучше видны издалека. Сильно издалека. — Я снова улыбнулась.
Саша кивнул, принимая и такой ответ.
— Тогда до связи.
— До связи. — Уже собиралась отключиться, когда услышала:
— Он носит ее постоянно с собой и перечитывает. Еще немного и бумага начнет распадаться на составляющие.
Рука замерла над "мышкой".
— Я тоже за ним скучаю. — Вздохнула. И улыбнулась. Не знаю, что такого появилось или во взгляде, или в выражении лица, но Саша весь аж просветлел.
— До связи, малышка. — И он отключился первым.
Я же осталась сидеть на диване, пытаясь переварить разговор и понять: что это вообще было? В голове только теперь начали роиться вопросы. Что с Анной? Что с Ириной? Почему он не съехал из квартиры или все-таки съехал? Почему позвонил только через месяц? И почему сам? Где Глеб? И где. Тим?
И еще поняла, опять опустив взгляд на свернутое окно скайпа, — все-таки Борис ненадежный тип.
Глава 31. Какое-то время спустя
Следующие сутки
— Нажаловалась? — Разве голубые глаза могут быть такими злыми?
— И тебе не хворать. — Ответила на своеобразное приветствие, пропуская Бориса в квартиру.
Он вошел, недовольно, я бы даже сказала, злобно сопя и, разувшись, сразу же направился на кухню. не особо интересуясь моим мнением по этому поводу.
Ну да, квартира же его, чего стесняться.
Поплелась за ним следом, хотя с большим бы удовольствием растянулась на кровати и с головой нырнула в те самые "объятия Морфея".
Борис шарил по полкам в поисках, видимо, заварки. Нашел баночку и включил чайник.
А затем принялся шуршать пакетом, который я раньше и не заметила.
Пироженки? Что-то новое.
— По какому поводу сладости? — Внаглую усевшись за стол, предоставила полное право Борису хозяйничать самому. Раз уж начал, то пусть продолжает, авось не перетрудится.
— Да так… — Борис водружал что-то вроде белковых корзиночек на тарелку. — Не с пустыми же руками к тебе идти. Ты не местная, не поймешь.
В ответ я только фыркнула.
— Да я тебя в любом случае не ждала, что с пирожными, что без них…
Борис хмыкнул.
— Ты прям гостеприимство во плоти, — с явной иронией произнес. — Да уж… Саша сказал, что с трудом узнал в той стерве, что с ним общалась по скайпу “их милую Лену”. — Явно процитировал друга Борис. — Я и не поверил, но он оказался чертовски прав.
— Ну да, стоит чуть строже и равнодушнее с вами, мужиками, начать общаться. Так сразу прилетает клеймо "стерва". — Теперь уже хмыкать пришла моя очередь.
— Так ты не жаловалась? — Борис поставил передо мной чашку с чаем и попытался насыпать в него сахара, но я успела поставить руку сверху и "песок" посыпался в ладонь.
— Ты что на диете? — С удивлением обвел Борис мою фигуру. — Похудела…
— Похудеешь тут… — Пришлось вставать и мыть руки. — Нет, не на диете, твоя мама выделила денег, не так, чтобы много, но на еду и необходимые вещи хватило. А два дня назад еще и первую зарплату выдала, правда, как при стажировке — урезанную. Но все равно, должно хватить еще и на развлечения. А я просто не люблю сладкий чай и кофе тоже… Лучше молока добавить, чем сахара.
Я обернулась к Борису:
— Эй, с тобой все в порядке?
Он сидел како-то бледный и несколько ошарашенный.
— Лена, ты хочешь сказать, что приехала вообще без денег?
— Ну да, я же говорила, что у меня нет средств на переезд. А то, что было и еще должно поступить, родителям оставила. И заморачиваться с обменом и перечислениями не хотела, да и родителям они нужнее. У меня брат младший, несовершеннолетний, поздний ребенок. Мы с ним не особо близки, но он себе на новый год хотел лыжи новые. Пусть будет моим вкладом на подарок от семьи.
— Лен, — Борис, все еще бледный, мешал сахар в чашке. — Можешь мне обещать, что никогда не расскажешь ни Глебу, ни Саше, ни Тиму, особенно Тиму, что я тебя еще и фактически без средств к существованию бросил? Блин, я был уверен, что ребята о тебе позаботятся.
Я пожала плечами. Он думал, что ребята, они думали, что Брис, а если бы не мама Бориса, то мне пришлось, ох, как не сладко.
— Не скажу, хотя и не вижу проблемы. Ты мне предоставил квартиру, твоя мама — работу и средства на первое время, вы и так сделали очень много для постороннего человека.
— Лен, я сделал все только по просьбе Тима. Нужно было мне возиться с малознакомой женщиной. на которую я даже претендовать не могу..
— А вы эгоист, батенька. — Я ухмыльнулась и взяла с тарелки то самое пирожное, к которому уже тянулся Борис. — Так что мне будет?
— За что?
— За молчание.
— Ты же сказала, что нет проблемы. — Прищурил свои голубые глаза Борис.
— А я передумала. — Коварно ухмыльнулась, глядя Борису в глаза.
— Ну ты и…
Вопросительно изогнула бровь. Ну, скажи это!
— Хорошо, с меня досуг. Сейчас много чего интересного под Рождество и на каникулы. Я позвоню завтра вечером. — Борис увлеченно слизывал крем, как ребенок. А я наблюдала за этим детиной и впервые за месяц захотела, чтобы облизывали не пирожное, а меня.
С возвращением,
