Но кому это нужно, если такое орудие отнимет возможность вышибать из бюджета США уйму бабок, чтобы строить ракеты и приносить прибыли частным акционерам, уже вложившим в ракетостроительные заводы миллиарды долларов? И Булла забыли на десять лет. Причем все: и западники, и Советский Союз, где военно-промышленная элита поступала в точности так же, как и американская. Ведь и наши столпы общества знать не желали о тех решениях проблем, которые не требовали бы миллиардов из казны, труда тысяч рабочих и кучи всяких институтов.
Тогда неукротимый Булл решил заняться другим – артиллерией. Какие пушки нужны сейчас? Дальнобойные и очень точные. Так, чтобы можно было поразить врага до того, как он сможет вас достать своими залпами. Да еще было бы неплохо обойтись при этом без дорогих ракет: ведь снаряд и дешевле обходится, и летит быстрее.
Булл смог усовершенствовать 155-мм снаряд так, что он стал летать в полтора раза дальше обычного. В 1972-м доктор создал гаубицу ГК-45, которая превосходила по дальнобойности все гаубицы мира. Но этими достижениями не заинтересовались ни НАТО, ни СССР. Почему? Пентагон уступил давлению могущественного лобби ракетостроителей. Им не хотелось, чтобы Булл оставил их без заказов на тактические ракеты, которые стоили в восемь раз дороже снарядов канадского гения. Правда, изобретение Булла все-таки взяли на вооружение в ЮАР – при негласной помощи ЦРУ. Что, впрочем, не помешало американцам упечь Булла за решетку за незаконное вооружение расистского режима буров на юге Африки.
Когда он вышел из тюрьмы, именно буры спасли его от нищеты, заплатив за разработанные им гаубицы два миллиона долларов. В этот момент его могла переманить к себе Москва – но она его не заметила. А самым проницательным оказался иракский правитель Саддам Хусейн, который в 1988-м пригласил Булла в Багдад, чтобы делать суперпушку, способную метать снаряды либо в космос, либо на другой конец Земли. И Булл почти создал это орудие, если б 22 марта 1990 года его не пристрелили в Брюсселе. Кто? До сих пор неизвестно. Скорее всего, израильская разведка.
А на закуску мы приберегли вам самые свежие на момент написания «Третьего проекта» примеры. В июне 2004 года журнал «Популярная механика» сообщил об удивительной технологии американской компании «Аполло Даймонд» из Бостона, которая отработала технологию получения сверхдешевых алмазов ювелирного качества – с помощью лазера, воздействующего на пары углерода. Отцом новой технологии стал Роберт Линарес, талантливейший ученый. Зачем ему алмазы. Нет, не для ювелирного дела. Искусственные алмазы ювелирного качества потребны прежде всего как материал для компьютерных микросхем будущего. Но…
«…Алмазная индустрия не в восторге от их планов, в чем убедился Линарес-младший пять лет назад, посетив конференцию в Праге. Во время перерыва к Линаресу подошел человек и посоветовал быть осторожнее. «Он сказал, что исследования моего отца – верный путь получить пулю в голову», – вспоминает Линарес…»
В июне 2003 года Линаресу совместно с компанией «Джемезис» удалось совершить фантастический прорыв: они ввели бор в кристаллическую решетку искусственного алмаза, отчего он приобрел качества так называемого проводника р-типа. А затем удалось превратить искусственный камень и в проводник n-типа. Ликованию не было предела: вот он, возможный прорыв для компьютерной индустрии Америки! Ведь микросхемы становятся все меньше и греются все больше. Кремний, из которых чипы делают до сих пор, скоро начнет плавиться и течь. Замени кремний на искусственный алмаз – и двигайся дальше, обставляй европейцев и японцев!
Но не тут то было. «…В разговорах с главными шишками компании Intel выяснилось, что они даже не знали о последних достижениях в области алмазных полупроводников. Кришнамурти Суминиат, один из боссов компании Intel, говорит, что освоение нового материала занимает около 10 лет, а в кремний вложено столько, что отказываться от него компания не намерена…» (Джошуа Дэйвис, «Алмазный век грядет» – «Популярная механика», июнь 2004 г.). Так что даже в компьютерных технологиях есть свой застой…
…Смерть нефтяной экономики кроется в работах по освоению холодного термоядерного синтеза.
Что это такое? Это – способ извлечения энергии за счет соединения атомных ядер вещества не в огромных сверхдорогих реакторах при «звездных» температурах и чудовищном давлении, а с помощью воздействия на вещество простыми вещами – ультразвуком или электромагнитным полем – при комнатной, можно сказать, температуре. Если такие дешевые установки будут построены, то реакторы холодного синтеза размером с чемодан можно будет ставить везде, получая энергию, которая практически ничего не стоит. После этого можно будет спокойно разбирать на металлолом буровые вышки, скважинные насосы и трубопроводы, восстанавливая экологическую чистоту.
Впервые о холодном термоядерном синтезе заговорили в 1989-м, когда американский ученый Понс и его английский коллега Флешман заявили, что им удалось запустить термоядерную реакцию при комнатной температуре. Однако ажиотаж быстро спал: серьезные лаборатории не подтвердили явления. Холодный термояд отнесли к разряду шарлатанской лженауки. Серьезная наука подвергла его анафеме, вытеснив работы по холодному термояду в частные и любительские лаборатории. Правда, весной 2002 года академик РАН Роберт Нигматулин вместе с двумя американцами из Оакриджской лаборатории заявили, что им удалось запустить «холодную» реакцию, обрабатывая ацетон ультразвуковыми волнами. Однако другие физики заявили, что опыт, воспроизведенный ими, таких результатов не дал. Словом, на холодном синтезе можно было бы поставить крест, но в мае 2004 года случилось сенсационное событие.
Министерство энергетики США вдруг заказало повторный анализ результатов исследований в области холодного термоядерного синтеза! Официальные физики встретили это решение бурными протестами, однако это ничего не изменило. Торжествующее интервью журналу «Популярная механика» дал один из приверженцев идеи холодного синтеза – глава Фонда новой энергетики Джин Моллав, который продолжал исследования в своей лаборатории и ежегодно проводил семинары специалистов по нетрадиционной энергетике. Спустя четыре дня, 14 мая 2004 г., Моллава нашли убитым ударами ножа в шею и голову…
Примеры эти очень красноречивы. В этой книге мы пишем очень много о русских волшебных технологиях. Но, поверьте, такие же потрясающие идеи и отличные изобретатели имеются и на Западе. Только и там всех этих изобретателей-революционеров буржуи послали на три буквы. Понеже они тоже способны погубить целые отрасли с огромными частными интересами. Потому что они грозят поломать громадные производственные циклы, в которые вложены многие миллиарды долларов, выбросить на улицу миллионы людей, которым в новом технологическом укладе не найдется работы.
«Возможно, в современном мире хорошим тоном считается чинить препятствия революционным открытиям и душить их в зародыше, вместо того, чтобы поддержать и помочь им. Эгоистические интересы, педантизм, глупость и невежество идут в атаку, обрекая ученых на горькие испытания и страдание, на тяжелую борьбу за существование. Такова судьба просвещения. Все, что было великого в прошлом, поначалу подвергалось осмеянию, презрению, подавлялось и унижалось – чтобы позднее возродиться с большей силой, победить с еще большим триумфом…»
Это написал Тесла. В 1905-м. Звучит очень злободневно!
Как их уничтожают
Но если бы все ограничивалось замалчиванием закрывающих технологий! Увы, есть свидетельства того, что эти технологии просто уничтожаются, как опасные конкуренты. Этих свидетельств у нас пока не столь много. Однако о печальной судьбе советской биотехнологии после 1991 года уже известно. Летом 2002 года корреспондент газеты «Стрингер» Елена Курасова побеседовала русским патриотом, биофизиком. С одним из тех, кто был вынужден искать приложения своим знаниям и умениям на чужбине. Имя свое он просил не раскрывать – слишком опасно.
Не стоит воспринимать наши слова о совсем недавних страхах западных корпораций перед нашей наукой как неудачную шутку. Боялись – и еще как, потому что после 1991 года буквально охотились за носителями великолепных технологий. Пример? Извольте.
«Цифры по инсулину для диабетиков, который РФ закупает за рубежом – это что-то вроде военной тайны. По слухам, они колеблются между 300 и 600 миллионами долларов в год. Это государственный заказ – диабетики получают лекарства бесплатно. Можно себе представить, сколько получают в виде взяток и „откатов“ наши медицинские чиновники за все эти закупки инсулина от иностранных фирм. За что им платят?
– За то, что общими усилиями чиновников от науки и медицины у нас пришли к тотальному решению: своего инсулина в России нет и быть не может, а, следовательно, закупать его всегда придется за границей, – с гневом и горечью рассказывает наш собеседник:
