В его словах есть доля правды. Разглядываю сверкающие каблуки своих туфель. Пока я красуюсь здесь в прелестном платье, вокруг меня рушится мир. В голове звучит голос Дженны, повторяющий: «Не смей забывать, как ты здесь оказалась. Не смей!»
Линден хватает меня за руку. В такие моменты мне кажется, что он напуган не меньше моего. Улыбаюсь ему едва заметно, уголками рта, а он в ответ тихонько толкает меня в плечо. Моя улыбка становится шире.
– Ну вот, так-то лучше, – довольно говорит он.
В лимузине он наливает нам по бокалу шампанского, но я свой не допиваю и Линдена тоже прошу повременить с алкоголем.
– На вечеринке нас ждет целое море шампанского, – говорю я ему.
– Слова настоящей первой жены, – смеется он и целует меня в висок.
Невольно заливаюсь румянцем. Он впервые произнес эти слова вслух. Первая жена. Мне осталось ею быть всего несколько дней. Но ему об этом знать совсем не обязательно.
– Как ты думаешь, там будут камеры? – спрашиваю я.
– Да, и много, – отвечает он и с озабоченным видом продолжает: – Наверное, мне следовало попросить тебя надеть те зеленые контактные линзы. Не хочу, чтобы весь мир узнал, насколько ты удивительная.
– Это из-за моих глаз ты считаешь меня такой привлекательной? – спрашиваю я, поправляя ему галстук.
– Нет, – отвечает он и отводит локоны с моего лица. – Они лишь верхушка айсберга, – добавляет он мягким, мечтательным голосом.
Расплываюсь в улыбке. На какое-то мгновение мне кажется, что подобные чувства отец испытывал к моей матери, я даже могла бы поклясться, что мы с Линденом состоим в настоящем браке. Любой прохожий, взглянув на нас, наверняка решил бы, что мы уже много лет женаты и собираемся провести остаток нашей жизни вместе. Я всегда знала, что вру я мастерски. Но никогда не догадывалась, что смогу обмануть саму себя.
Мы приходим на вечеринку, держась за руки. Музыка играет так громко, что наше появление проходит незамеченным. Это какой-то элитный бар, который может похвастаться несколькими сценами и винтовой лестницей. Две основные площадки в нем сделаны из стекла, прозрачного только с одной стороны, так что мы видим людей под нами, но не тех, кто наверху. Поняв, что никто не сможет заглянуть мне под платье, вздыхаю с облегчением. Чутье подсказывает мне – некоторые из Комендантов не преминули бы это сделать.
Не проходит и двух минут, как к нам приближается один из коллег Вона. На нем висят две хихикающие брюнетки, на вид не намного старше Сесилии, со светящимися неоном бокалами в руках. На девушках похожие платья ярко-розового цвета, которые плотно, как целлофановая упаковка, облегают их нескладные тела. Мужчина представляет их нам как своих жен. Они близняшки, и обе беременны. Когда он целует мне руку, каждая считает своим долгом смерить меня презрительным взглядом.
– Завидуют твоей красоте, – шепчет мне Линден, когда все трое удаляются. – Выглядишь ты, между прочим, просто великолепно. Держись ко мне поближе, а то украдут еще ненароком.
Хорошо. Еще одного похищения мне только не хватает.
Я и на самом деле стараюсь далеко от него не отходить, так как мужчины здесь не вызывают у меня особого доверия, а большинство замужних девушек моего возраста, кажется, уже изрядно пьяны. Эта вечеринка посвящена празднованию Нового года, но проводится после его формального наступления, поэтому, как объясняет мне Линден, в полночь в шутку будет включен обратный счет времени до начала Нового года. Когда я спрашиваю, зачем это делается, он отвечает:
– Кто знает, сколько нам этих лет осталось? Нет ничего предосудительного в желании накинуть себе еще парочку.
– Разумный довод, – замечаю я, и в этот момент он вытягивает меня на танцпол.
Медленные танцы мне даются легче, они включают минимум движений, но одного только взгляда, брошенного на быстро мигающий прожектор, достаточно, чтобы понять – сегодня медленных танцев не будет. Стараюсь поспевать за Линденом, партнер он, безусловно, терпеливый, и все время думаю о Дженне. Вспоминаю о том, как она учила нас с Сесилей танцевать в тот день, когда разразился ураган. Ей бы понравилось на этой вечеринке, пусть даже она не питала нежных чувств к Линдену. Кружась в танце, она бы несколькими изящными движениями разбила сердца всех присутствующих мужчин. Меня охватывает неодолимое желание рассказать ей о вечеринке сразу, как только вернусь домой, но тут я вспоминаю, что Дженны больше нет.
Линден наклоняет меня в танце. Он в приподнятом настроении, хотя выпил совсем немного. Затем он снова прижимает меня к себе и запечатлевает на моих губах быстрый поцелуй.
– Не против, если я разобью вашу пару? – спрашивает Линдена какой-то незнакомый мужчина.
Возможно, «мужчина» не совсем подходящее слово. Он не старше меня, невысокого роста и плотного телосложения, его рыжие волосы переливаются в калейдоскопе огней. Бледная кожа незнакомца настолько невразумительного цвета, что я едва могу разобрать черты его лица. Под руку он держит высокую блондинку в красном платье, такого же оттенка, что и ее губы. Разглядывая Линдена, она заметно трезвеет.
Линден смотрит на меня в нерешительности.
– Давай же, – увещевает его мужчина. – Обменяемся женами. Всего на один танец.
– Ну хорошо, – соглашается Линден и берет за руку женщину в красном, одновременно разворачивая меня к рыжеволосому мужчине. – Но мне очень дорога моя Рейн. Так что постарайся не привыкать.
К горлу подкатывает тошнота. От мужчины разит, как от прилавка, полного несвежего мяса. К тому же он слишком много выпил и постоянно наступает мне на черные туфли, оставляя на них грязные следы. Поверх головы этого коротышки мне хорошо виден Линден, танцующий с его женой. По-моему, она наслаждается каждой минутой, проведенной в обществе Линдена. Полагаю, ей приятно танцевать с мужчиной, который знает, как вести даму. Но Линден не ее мужчина. Он мой!
От этой мысли я останавливаюсь как вкопанная. Рыжеволосый толстяк налетает на меня и утыкается лицом в мою грудь.
– Какая же ты неуклюжая, малышка, – посмеиваясь, бормочет он.
Но я едва его слышу. Мой? Нет, Линден мне не принадлежит. Все это – просто театр, в котором вечеринки, ключ от лифта, роль первой жены не больше чем декорации. Через несколько дней мы с Габриелем убежим, и моя теперешняя жизнь останется далеко в прошлом. И как мне только это пришло в голову?
Я стараюсь не смотреть в сторону Линдена, танцующего с блондинкой. Ей явно нравится танцевать с мужчиной ее роста. Как только заканчивается песня, я направляюсь к столу с десертами и беру несколько эклеров и шоколадных кексов для Сесилии, пока есть еще из чего выбирать. Один из слуг предлагает мне положить их в холодильник до тех пор, пока мы не соберемся уходить.
