Читаем без скачивания Монтер путей господних - Ирина Сыромятникова

Билет в купе-люкс Райхан мне не купил, но ехал я все равно один — зимой через Полисант путешествует не так уж много народу, а желающих всю дорогу смотреть на колдуна нет вообще. За окном проплывали позеленевшие и похорошевшие после осенних бурь холмы, плавно и без остановок. Белый Халак напомнил о себе небольшим торнадо, упорно кружившим вокруг ничем не примечательного холма. Если подумать, то Ингерника сплошь покрыта следами старых магических катастроф. Интересно, в других странах дело обстоит так же? Впрочем, если бы в статистике проявления потусторонних феноменов были какие-то закономерности, аналитики НЗАМИПС их давно бы обнаружили.

Меня не покидали мысли о некоторых странностях, на которые я не стал обращать внимание Акселя во избежание ненужных вопросов. Творцы «ла-ла-ла» знали толк в черной магии (один блудный Источник чего стоит), но при том «Слово о Короле» повествовало о ком угодно — ангелах, нежитях, «тынц» и «бип», только не о колдунах. Даже пресловутый Салем, хотя приемы чистильщиков использовал, магом, очевидно, не был. А теперь (внимание!), что могли понять в гигантском проклятии люди, никакого представления о чародействе не имеющие? Правильный ответ: ровно столько, сколько им скажут. На мой взгляд, это обстоятельство полностью перечеркивало ценность «Слова», что бы там Шорох о нем ни думал.

Кто бы знал, до чего мне опротивели эти тайны! Сплошное издевательство над черным магом: загадками обложили со всех сторон и дразнят.

Шорох неожиданно объявился и транслировал мне образ парня на коне и в широкополой шляпе. Почему-то он был уверен, что это должно меня уязвить. Причину я не разобрал, и это его особенно позабавило.

Нежить с принципами, моралью и чувством юмора! Куда катится мир?

Золотая Гавань в середине зимы — тихое и скучное место. Тем неожиданнее было наблюдать, как мимо окна медленно проплывает подвесное кресло с визжащей от восторга детворой. Алех немедленно высунулся наружу:

— Ра-аньше т-такого н-н…

— О да, — вздохнул старший куратор. — Они открылись в прошлом месяце. Местные черные сделали эту штуку, чтобы ездить к себе на верхотуру, но город выкупил сооружение. Отдыхающим нравится. Сейчас городской совет ищет алхимика, который сможет построить такое же для подъема на средние ярусы желательно за тот же срок (кто рассчитал эту штуку, черные не признаются). Для побережья исключительно перспективный вид транспорта. Возводится быстро, стоит дешево, опорные столбы можно поставить практически где угодно, а уж какой оттуда вид!

— М-мне х-хотелось бы по-окататься, — признался белый.

— Многие так и делают. Крона за круг, если брать абонемент на семидневку, выходит четвертной в одну сторону.

— В-вряд ли мы за-адержимся на столько. — Белый с сожалением оглядел разложенные на столе бумаги. — Н-надо работать.

Мимо окна проплыл строго одетый джентльмен с тросточкой и саквояжем.

— Добрый день, господин Рион! — пропел старший куратор.

В ответ черный лениво повел бровью и пошевелил пальцами.

Когда местный чиновник ушел, спутник Алеха (то ли помощник, то ли надзиратель) заглянул в бумаги:

— Собираетесь поехать в Танур?

Человека братства звали мистером Окли.

— С-смысл? По-одождем, когда Томас за-акончит, и ра-асспросим его.

— И вы думаете, что черный так просто поделится с нами…

Белый удивленно воззрился на спутника:

— П-почему «просто так»? A-а слава? М-может, е-э-эму нужно что.

— Логично, — нахмурился мистер Окли.

— Н-не д-думайте о-об этом, — посоветовал ему белый.

— Почему?

— Вы т-тупой.

В дверь небрежно постучали. Не дожидаясь разрешения, в комнату вошел черный маг почтенного возраста и уважаемой должности — старший координатор юго-западного региона. Судя по тому взгляду, который заработал мистер Окли (да, ты тупой!), весь разговор колдун отлично слышал.

— Доброго дня, г-господин Аксель, — учтиво поклонился белый.

Мимо проплыл какой-то тип, заинтересованно заглядывающий в окно учреждения (от городского офиса НЗАМИПС до подвесной дороги было метров пять, а запретить людям смотреть по сторонам не мог даже надзор).

— Тому, кто делал геодезическую привязку, надо голову отвернуть! — рыкнул разъяренный маг. — Я не говорю про безопасность. Целый день над головой болтается какой-то народ!

— Н-не стоит, — примирительно протянул Алех, — д-дело в за-аказчиках.

— Или в том, кто им идею подал, — поморщился господин Аксель. — Стоило только отвернуться… Придется щиты на окна ставить. — И тут же, без перехода: — Вы изучили отчет?

— Д-да, спа-асибо!

— Это не значит, что я позволю «Братьям Салема» орудовать в моем регионе!

— Д-даже в мыслях н-не и-имели.

— А если такие мысли все-таки появятся, — координатор прищурился на мистера Окли, — проблемы у вас будут и без Фарфорового Господина, обещаю.

Старший координатор покинул комнату, умудряясь при своем невысоком в общем-то росте явственно давить на окружающих.

— О-о ком это он? — заинтересовался Алех.

— Не берите в голову, — поморщился мистер Окли. — У нас лаборатории в северо-западном регионе. Братья были не осторожны.

— Это п-послужит вам у-уроком, — назидательно заметил белый. — За-акон надо у-уважать.

Алех вернулся к изучению отчета куратора Райхана. Белому магу было интересно наблюдать, как суховатые записи превращаются в драматическую повесть о герое-одиночке с незначительными изъянами в характере. Из пространных описаний и подмеченных куратором оговорок Алех пытался выцедить капли истины, эликсиром которой координатор Аксель с ним делиться не спешил (черный явно знал больше, чем указано в отчете).

Характер белого требовал ясности и понимания. Странные события прошлого, находки салемского братства и разные небезобидные древности, готовые за себя постоять, все это рисовало смутные контуры Тайны, за которую не жалко отдать жизнь. Собственно, многие и отдали. Ведь не может же быть, что эти люди умерли зря?

Часть пятая

МОНТЕР ПУТЕЙ ГОСПОДНИХ

Уникальность открытия суть иллюзия, основанная на внешних атрибутах. Единство и постоянство реальности гарантирует, что постигающие ее придут к одинаковым выводам, сколько бы раз они ни становились на путь познания.

ГЛАВА 1

В Финкаун я прибыл под аккомпанемент бесконечного дождя. Однако зима. Контраст с побережьем был потрясающий: после моря воздуха и света — тусклый серый сумрак, многолюдная суета и тяжелый запах большого города. Настроение сразу испортилось.