после сигнала к началу схватки. Байкеры выставили перед собой кулаки с таким видом, что просто весь день мечтали о драке. Татуированный взмахнул пудовым кулаком, целясь парню в голову, но тот с легкостью отмахнулся от удара, словно от мухи.
Затем сын Доры опустил ладонь на толстенную шею байкера, будто желал посчитать его пульс или проверить, есть ли у здоровяка температура. Парень просто держал ладонь и не отпускал, словно на ней имелись присоски. Татуированный издал какой-то нелепый тонкий писк. Ноги у него подкосились. Он рухнул на пол с таким грохотом, словно уронили пианино. Стены ресторана содрогнулись. Вилка с ножом на моем столе звякнули и упали под ноги.
Затем сын Доры зацепился за руку байкера, вывернул ее кренделем в каком-то странном борцовском захвате, который я видел впервые, взял его за воротник и вытащил буяна вон из ресторана.
Второй байкер, тот, что поздоровее, — у него еще волосы были собраны в косички, как у растамана, — выхватил из кармана бандану с привязанным к ней тяжелым замком и попытался врезать им сыну Доры. Парень ушел от удара с изяществом и легкостью плясуна.
Да, я не преувеличиваю, он буквально отпрыгнул в балетном па, словно передо мной был Михаил Барышников, танцующий партию в «Щелкунчике».
Байкер попытался атаковать снова, но сын Доры сложил три пальца вместе, словно бойскаут, собирающийся принести клятву, и легонько хлопнул ими здоровяка под челюсть. Затем парень протянул руку и то ли погладил, то ли потер ладонью за ухом гиганта, после чего резко дернул за мочку. Я не мог поверить своим глазам. Байкер вдруг захрипел, забулькал и стал задыхаться, шлепая губами, словно вытащенная на берег рыба. Рухнув на пол, он принялся кататься по нему из стороны в сторону, сшибая ногами стулья.
Сын Доры аккуратно поднял смутьяна за подмышки и вытащил за дверь. Там он усадил его на ступеньки и похлопал по плечу, словно прощаясь со старым приятелем.
Затем поднял второго байкера, лежавшего на тротуаре. Татуированный предпринял еще одну, на этот раз вялую попытку двинуть противника кулаком, но сын Доры ухватил его за бороду и приложил о стену так, будто тот был куклой.
Все в ресторане прилипли к окнам. Народ наблюдал, как сын Доры что-то говорит байкерам, время от времени показывая пальцем на припаркованные «харлеи», а те сидят на бордюре, как послушные детишки, слушающие лекцию о правилах дорожного движения.
Наконец отпрыск Доры закончил читать мораль, заправил рубашку, вошел в ресторан и с невозмутимым видом проследовал за свой столик. Он расплатился, оставив Дороти щедрые чаевые, помог матери встать и, взяв ее под руку, повел к двери.
В ресторанчике по-прежнему стояла тишина, нарушаемая лишь громким шипением кофеварки на кухне, напоминавшим торжествующий свист болельщиков на стадионе.
ГЛАВА 48
«Мелинда Барстоу, проживавшая в Булл-Ривер Фолз, погибла 24 июля в результате множественных пулевых ранений. Данная информация была получена от представителей полиции, которые, сочтя произошедшее убийством, ведут расследование. Тело было обнаружено на южном берегу Булл-Ривер, к югу от города, неподалеку от так называемого кладбища индейцев юта, о котором в последнее время идет столько дискуссий. Мелинда занимала должность ассистентки в археологическом исследовательском проекте, осуществлявшемся университетом штата Колорадо в рамках договора с Бюро землепользования. Погибшей было двадцать два года.
Мелинда родилась 27 июля 1994 года в Булл-Ривер Фолз и с отличием окончила старшую школу „Касл Пик“. На момент смерти она училась на последнем курсе университета Колорадо и вернулась в наш город на летние каникулы, чтобы принять участие в исследовательском проекте. Также она занимала должность учителя природоведения на летних курсах при нашей школе. По свидетельству ее руководителя в рамках исследовательского проекта, окружного судебного инспектора Кармен Руз, в дальнейшем Мелинда планировала стать судебным археологом.
Мелинда любила читать, кататься на лыжах и ходить в походы. После окончания бакалавриата она собиралась поступать в магистратуру Университета Вайоминга.
В старших классах Мелинда активно занималась спортом и была капитаном школьной баскетбольной команды, в которой играла центровой. Также она участвовала в выступлениях школьного оркестра, была членом дискуссионного клуба и клуба талантов, где получила награду за выращенного ею кролика. Мелинда была одной из всего двенадцати учащихся старших классов штата Колорадо, отобранных для международного школьного обмена, в рамках которого она посетила английский город Бат, где приняла участие в реставрации тамошних знаменитых руин времен Римской империи.
У Мелинды остались отец Роберт, проживающий в Булл-Ривер Фолз; мать Мэри Бэннон, проживающая в городе Хендерсон, в штате Невада; дедушка Джеймс Артур Барстоу, проживающий в Гленвуд-Спрингс, штат Колорадо; бабушка Мона и дедушка Шон Бэннон, проживающие в Фалмуте, штат Массачусетс, а также многочисленные дяди, тети, племянники и племянницы.
Поминальную службу отслужил преподобный Джимми Огден из первой баптистской церкви. Прощание состоялось в здании школы, и на нем присутствовало около трехсот человек. Похороны пройдут на кладбище „Сансет-Ридж“. Дата похорон будет сообщена особо. Желающие пожертвовать на цветы могут перевести деньги на счет фонда молодежных достижений старшей школы „Касл Пик“ через банк „Касл Пик“».
* * *
Терпеть не могу писать некрологи, и потому мне хотелось побыстрее покончить с этим неприятным делом. Увы, чисто по-человечески следовало наведаться к Бобу Барстоу, показать текст и уточнить, не наляпал ли я каких-нибудь ошибок.
Зайдя в камеру, я опустился на металлическую лавку, располагавшуюся рядом со стальной раковиной и стандартным тюремным унитазом без крышки. Кровать из стекловолокна была прикручена болтами к цементной стене.
Левый глаз Боба Барстоу заплыл. Лицо пересекал продолговатый кровоподтек. Боб постоянно то вынимал руки из карманов, то совал их обратно. Когда он заговорил со мной, рубец на щеке сделался темнее.
— Подтяжки забрали, представляешь? — промолвил он. — Чтоб я не покончил с собой. Да как вообще можно на них повеситься? Это же анекдот.
Боб был по-прежнему одет в грязный костюм пожарного: желтая форменная рубаха изорвана, большая часть пуговиц отсутствует. Шею спереди покрывали царапины.
— Такие уж правила, ничего не поделаешь, — развел руками я.
— Как думаешь, это он ее убил?
— Йерген? Сложно сказать.
— Наверное, меня сегодня по телевизору показывать будут, — вздохнул Барстоу. — Через несколько часов выпускают. Засадили меня сюда, словно я преступник какой, шибко опасный. Сам не знаю, что тогда на меня нашло.
— Если желания нет, ты не обязан ни с кем разговаривать. В том числе и со мной, — промолвил я.
— Я не хочу, чтобы про нее слухи пускали. Мол, мужика хотела увести из семьи. Он ведь женат. Не желаю, чтобы про нее несли всякую херню.
