в корме лайнера. Но нет, она чинно вела беседу сразу с двумя пожилыми дамами, по-другому не скажешь, в носу корабля.
И, что удивительно, на ней было ну очень закрытое вечернее платье, как будто передо мной стояла не эпатирующая всю магическую Москву развратница, а выпускница католической школы для девочек-сироток. Правда, увидев меня, а я хоть и не был столь официален как все эти старпёры вокруг, но пока не присоединился к молодёжной вакханалии и выглядел вполне прилично: светло-синий костюм, рубашка, галстук и туфли, не стыдно в свет выйти, она тут же извинилась перед своими собеседницам и с улыбкой подошла ко мне.
— Я знаю, чего ты хочешь, всё будет, но попозже. А пока пойдем я тебя кое с кем познакомлю.
Она взяла меня под руки, подвела к этим старушкам и представила своим двум прапрабабушкам. Одной из которых исполнилось уже сто пятьдесят, а второй чуть поменьше, сто двадцать. Представила, а сама куда-то смылась, так что мне пришлось следующие пятнадцать минут развлекать этих двух старых кошелок рассказами о нулевом мире.
Ну а потом мне пришло сообщение от Котовой: “ненавижу тебя, урод! Чтоб ты сдох, мерзавец!”
Нормальная заявка, мы с ней всё обговорили еще давно, когда она пыталась мне глаза выцарапать, а тут снова здравствуйте.
С начала я хотел проигнорировать это сообщение, да пошла она! Всё равно никуда не денется, как усиливала меня, так и будет, если не хочет жизнь в дурке закончить. А потом вдруг понял, что настроение у меня безнадежно испорчено, и я решил тоже поехать в гостиницу, не для того чтобы поговорить с Котовой, много чести, нет, просто захотелось побыть одному.
В гостинице я сходил в душ, заказал в номер ужин, тут не было проблем с диетами и лишними калориями, если ты аристократ владеющим даром то тебя в любой мало-мальски приличной больнице приведут в форму буквально за пять минут и совершенно бесплатно, если же ты из простых, то тоже, но уже придется заплатить.
Поэтому на ночь глядя я взял целых три бургера, с огромной порцией картошки фри и большой стакан колы. Мы в Америке или как? Чем еще ужинать здесь кроме как бургерами, тем более что они оказались просто волшебные.
Ужин поднял мне настроение, и я довольный лег спать.
Чтобы проснуться через пару часов от того что ко мне в дверь кто-то не просто стучится, а долбит кулаком, да и не только кулаком, судя по грохоту.
Делать нечего, пришлось встать, надеть кольцо ледяных копий, мое главное оружие, и подойти к двери. Спросонья я даже не подумал активировать систему наблюдения или спросить кто там и просто открыл.
Том 2. Глава 3
Под утро Лера уснула положив голову мне на грудь и прижавшись всем телом. Я аккуратно переложил её на подушку, встал, накрыл девушку одеялом и вышел в чём мать родила на балкон.
Передо мной открывался шикарный вид на Ниагарский водопад и ночной Торонто на другой стороне реки. Я стоял облокотившись на перила балкона и с улыбкой вспоминал вчерашнее…
Когда ночью я открыл дверь, то ожидал увидеть кого угодно, но не её. Однако передо мной стояла она. С полупустой бутылкой шампанского и в одной шелковой рубашке на тонких бретельках, которая скользнула вниз от её небрежного движения плеч. Я и слова не успел сказать, как она, привстав на цыпочки, буквально впилась в мои губы поцелуем, крепко прижавшись ко мне своей идеальной грудью. Я подхватил её на руки, ногой захлопнул дверь и отнес в спальню.
Где мы сначала целовались, иногда отпивая холодное шампанское прямо из горлышка, вкус Крымских игристых вин теперь точно будет вызывать в памяти эту ночь в Баффало, а потом занялись любовью.
И Лера полностью оправдала свою фамилию, трахалась она действительно как кошка, всю спину мне расцарапала в порывах страсти, чертовка. И одно могу сказать точно. Таких девушек у меня точно еще не было, а уж от отсутствия женского внимания я что тут, что дома не страдал.
Это был настоящий взрыв страсти, и как будто соревнование кто кого. Но я был не против проиграть, а она оказаться побежденной. Так что думаю выиграли и я, и она…
Я простоял на балконе, наверное, час, а может и больше, благо климатическая система номера работала и здесь, и мне было совершенно не холодно. А потом я услышал голос из номера:
— И долго ты там стоять будешь? Иди сюда, пора завтракать и собираться. Нам же в аэропорт через пару часов.
Я вернулся в спальню, Лера ничуть не стесняясь своей наготы заказывала нам завтрак.
— Что ты будешь? — спросила она.
— Омлет с ветчиной и помидорами и большую кружку кофе, — ответил я.
— Готово, — через минуту ответила она мне.
Я оделся, вышел в гостиную номера и подобрав её ночнушку, которая так и лежала у двери, вернулся в спальню.
— Держи, — подал я рубашку девушке, а потом спросил, — Ты не хочешь объяснить, что произошло ночью?
— А что тут объяснять? У меня с момента, когда я поняла, что мой дар теперь работает только на тебя вообще никого не было. Я с парнем из-за тебя рассталась, между прочим! Не хочу я его. Вот совсем.
Мне показалось или это претензия?
— А я? Что насчёт меня?
— А тебя хочу, захотела сразу, как только поняла, что случился импринтинг. А ты, козёл! — внезапно заявила она.
— Не понял, почему это я козёл?
— А потому что ты вообще внимания на меня не обращал, как будто я для тебя не человек, а аккумулятор от которого ты силу берёшь.
— Секундочку, ты вообще сама себя слышишь? Это ты сбегала с арены после каждой тренировки, а не я. И вчера это ты свалила в номер, хотя я звал тебя на вечеринку.
— Соболев, ты просто дурак! — подушка, еще секунду назад спокойно лежавшая рядом с Лерой, полетела в мою голову.
Ах, так? В эти игры надо играть вдвоём. Я поймал этот смертельно опасный снаряд и отправил его обратно, а потом и сам набросился на девушку.
Зачем только одевала ночнушку, если она всё равно оказалась смятой на бёдрах, а сама девушка подо мной.
Через полчаса мы смогли
