— Или даже хуже… вдруг это Сабуров? — Елена хихикнула, прикрыв рот ладонью.
— Не шути так, сестра, — Юля демонстративно закатила глаза, — Ты в последнее время только об этом Вадике и говоришь…
— Нет, ну а что? — Елена заулыбались, — Ты видела, что он творил на Арене? Прямо другой человек стал — сильный, уверенный, властный. Как будто переродился. Я не удивлюсь, если он имеет на нас планы…
— Такое ощущение, словно ты сама очень хочешь, чтобы на тебя кто-то… имел планы, — язвительно произнесла Юля, — Думаешь, я не заметила, как ты вчера в телефоне скрины Сабурова делала, выбирая отдельные моменты с трансляции? Самые красивые ракурсы?
— Откуда ты… — Елена покраснела до корней антенн, — Неправда! Не было такого!
— А вот и было! Я все видела!
— Ты все выдумала!
— Нет, не выдумала!
— А вот и выдумала!
— Бе-е-е! — Юля показала сестре язык, пальцем сильно опустила вниз нижнее веко на глазу, — Глупая сестрёнка тайно влюбилась в проклятого и отверженного Сабурова! Какой срам! Позор для всего нашего рода! Предок-основатель Батиков в гробу вращается, как пропеллер!
— Дура! — Елена потянулась к антеннам сестры, словно хотела схватить и оторвать их.
— Сама дура! — не осталась в долгу Юля, пытаясь остановить сестру.
Пальмистрия взирала на ссорящихся одноклассниц с эталонным пофигизмом во взгляде. Близняшки-Батиковы могли на пустом месте поссориться раз десять на дню, но потом также быстро и мирились. Кажется, это у них было такое семейное развлечение. Или даже самый настоящий спорт.
— Здравствуйте, девушки, — раздался высокомерный голос со стороны входа. Послышался звук приближающихся шагов, — Приятно видеть, что все вы откликнулись на мое скромное приглашение и явились вовремя.
Пальмистрия обернулась на звуки голоса. Елена перестала душить Юлю (последняя уже начала закатывать глаза) и тоже посмотрела в сторону парадного входа. К ним приближался с иголочки одетый молодой человек — наследник рода Накамура, юный Акихито, их одноклассник.
Самый умный человек в их классе, а может быть и на всем курсе. Ходили слухи, что он за свою жизнь не получил ни одной четверки, не говоря уж об оценках ниже. Круглый отличник, сферический в вакууме. При этом он не тратил особо много времени на зубрежку. У него всё получалось легко и как будто бы само собой.
Акихито был невероятно одарен от природы. Науки и боевые искусства давались ему без проблем, с лёгкостью, он все схватывал на лету. То, на что другие тратили год, Акихито осваивал за пару месяцев.
Многие задавались логичным вопросом, а как такой образцовый парень вообще ухитрился попасть в «проблемный» С-2 класс? Ведь ему самое место среди Ашек. Ответ знал разве что сам Акихито, его родители, да замдиректора Мираэль.
Акихито предстал перед девушками в новом образе… точнее, в старом, но с одной новой деталью. Он выкрасил волосы в ярко-синий цвет. Как раз под цвет своих глаз.
— Акихито, — ровно произнесла Пальмистрия и отсоединила от себя уже полностью обесточенный аккумулятор. Она выпила его досуха. Великолепный десерт для кого-то вроде неё.
— Пальмистрия, — вежливо кивнул ей японец. В классе он был чуть ли не единственный, кто называл ее полным именем, избегая сокращений вроде «Мистря» или «Пальма». Наверное, именно поэтому Душепийца относилась к нему чуточку теплее, чем ко всем остальным. На полградуса.
— Юля? Юленька? Юля! — Елена тем временем склонилась над сестрой, которую усердно душила. Юля не подавала признаков жизни, откинулась на спинку стула, запрокинув голову. Ее пустые глаза смотрели без выражения в пространство перед собой. Антенны безжизненно повисли.
— Сестрёнка! Нет… очнись… — влага блестела в уголках глаз Елены. Антенны непрерывно ощупывали лицо сестры, — Пожалуйста, прости меня, только вернись…
— А я притворялась, — Юля как ни в чем не бывало подняла голову, глядя на сестру с хитрой улыбочкой, — Глупая сестра!
— Ах ты личинка неокуклившаяся! — Елена снова бросилась душить сестру. Да с таким энтузиазмом, словно в этот раз точно решила довести дело до конца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Акихито и Пальмистрия молча наблюдали за возней сестер. Батиковы иногда вели себя чинно-мирно, а иногда на них что-то находило, и близняшки пускались во все тяжкие. Вот как сейчас, например. По долбанутости в классе их превосходила разве что Эйка. Но с Акане-Красновой вообще мало кто мог сравниться.
К счастью, подошёл официант и принес большое блюдо, заставленное разнообразными сладостями — мед, сгущенка, пирожные, мороженое, крема, ваниль и так далее по списку. Антенны сестер, словно металлодетекторы, развернулись в сторону сладостей. Они прекратили драться и принялись поправлять прически и платья. На сладости девушки-муравьи поглядывали с блеском в глазах.
— О, так это твоих рук дело! — одна из сестёр Батиковых прищурилась, с подозрением глядя на Акихито. Одновременно она схватила кремовое пирожное с подноса. Ее сестра схватила розовый кругляшок жевательной резинки из вазочки, — Акихито-выпей-махито.
Накамура поморщился. Судя по язвительным фразам, это была Елена — более вредная и бойкая из двух сестёр мирмеций. Хотя и у Юли периодически случались вспышки вредности.
— Да, верно, это был я, — Акихито кивнул и присел за столик, — Я бы хотел обсудить с вами кое-какие вещи, недавно произошедшие в классе… и в нашей школе вообще. Происходящее не может меня не беспокоить. Полагаю, и вас тоже.
Елена надула большой розовый пузырь жевательной резинки, который закрыл аж половину её лица. Он лопнул, мирмеция ловко губами втянула его в себя.
— Ага, — сказала она, — Волнует. Ты про Арену что ли?
— Не только про Арену. И даже не про Аномалию, — сказал Акихито, — Это более глобальные вещи, они не нашего ума дело. Вопросы с планами правительства касательно Арены нового формата пусть решают наши родители. Думаю, они найдут компромисс. В конце концов в пасть Аномалиям на эксперименты можно бросить простолюдинов или даже низкородных недодворян.
Пальмистрия молча слушала. Батиковы тоже слушали, параллельно уплетая сладости. При этом ели они немного странно — иногда кушали сами, а иногда кормили друг дружку. Например, Елена брала пирожное, подносила его ко рту Юли, а та уже откусывала кусочек.
— Надо решить, что нам делать с Вадиком и его новой группировкой «Дети Императора», — сказал Акихито, — И вообще со всей этой ситуацией. И чем быстрее, тем лучше, пока хрупкий баланс сил не будет окончательно разрушен. Это и есть наша с вами первостепенная задача.
В полной тишине Юля снова надула пузырь. Тут неудачно лопнул, покрыв розовой плёнкой Юлин рот и нос. Мирмеция от возмущения скосила глаза на свой рот.
— Акихито, а правда, что у тебя на самом деле давно пробудился Дар? — полюбопытствовал Елена, ехидно поглядывая на сестру. Та с недовольным сопением отлепляла жвачку от лица. Батиковым, кажется, все эти дела со школьными интригами не были особо интересны, — Просто ты его очень ловко скрываешь.
— Слухи о наличии у меня Дара я не комментирую, — ответил японец, — Да и к делу это не относится.
— Я согласна с Акихито, — неожиданно произнесла Пальмистрия, — С Вадиком что-то произошло. Он изменился. Стал не таким, каким был раньше. Совсем не тот слизняк, что раньше. В него как будто другой человек вселился.
— Ты что-то заметила? — посмотрел на неё Акихито. К нему подошёл официант с предложением сделать заказ, но японец жестом отослал его прочь.
— Во время нашего спарринга, когда у меня взорвалась рука, мои системы работали идеально, — сказала Пальмистрия, — Это не могла быть ошибка процессора. Я думаю, он каким-то образом воздействовал на меня при помощи Дара. Да и сам он дрался куда более умело. И незнакомым мне стилем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да, у Сабурова явно есть Дар, это было видно на трансляции. В столовке он что-то такое странное провернул, — сказал Акихито, — Забавно, да? А ещё он Аномалию завалил чужой дуальной духовкой. Человек за короткое время обрёл невероятную силу. Либо он скрывал свои умения всё это время, что довольно неплохая стратегия. Либо он обрёл могущество за короткое время.
