Ярмарка раскинулась на одном из заброшенных складов в районе Красных Шатров. Развалы торговцев перемежались с ткацкими рядами, на которых яркие оранжево-красные отрезы ловко маскировали детали для роботов, сине-зеленые – разномастную экзотическую живность, желтые цвета призывали любителей покопаться в мелочевке блошиных рядов, а прочие вовсе ничего не значили.
Хайден припарковался и вытащил из своего «Кер-дизеля» чемодан с наклейками разных стран – еще отцовский. Раст грузно вывалился с заднего сиденья и зашагал прямиком к желтым развалам. Новые руки ему в этом месяце не светили, но в глазах робота было только привычное равнодушие.
– Ну что, железяка, – сказал Хайден, – мне бы прикупить еще деталей. Ты как?
– Почти всё нашел, хозяин, – отозвался Раст. – Оплати и пойдем.
Тут их и отыскала девочка.
Она снова выглядела нелепо и ярко, словно цветок на свалке. С этим дурацким хвостиком, точь-в-точь как в участке на Блум-стрит.
– Смотрит так, будто вы знакомы, – заметил Раст.
– А то не знаю… – Хайден осекся и поджал губы.
– Чего тебе? – бросил девочке.
– А с кем ты разговариваешь? – Нахалка проигнорировала вопрос.
– Ни с кем. Заблудилась?
– Да.
– Что ты вообще забыла в таком районе? Одна здесь ходишь?
– Нет, я с Й`ит-Архш-е, – старательно выговорила девочка, – только он ушел куда-то. Ну и ладно! Не хочу обратно в приют.
– Ты живешь в приюте? – Сердце Хайдена дрогнуло, он сам вырос в одном из приютов и знал, что там не так весело, как завлекают плакаты спонсоров на благотворительных вечерах.
И всё же он огляделся – на всякий случай, прежде чем спросить:
– Так чего ты хочешь от меня?
– Возьми меня к себе, – быстро сказала девочка и выставила указательный пальчик до того, как в ответ возмутились. – Всего на один денек! Хочу побыть с настоящим человеком, а не…
Спаси ребенка хоть на день! От этих монстров, что распоряжаются жизнями людей, прикрываясь фальшивой добродетелью. Но разве ты сам не…
– Нашла у кого гостевать.
– Пожалуйста, что тебе стоит! – заныла девчонка. – Возьми меня с собой, я не стану мешать, обещаю!
– А не сдать ли тебя в полицию?
– Ты не любишь полисменов. И потом, если отдашь меня полиции – возьму и скажу им…
– Пошли, Раст, – отвернулся парень.
– Скажу им про Шум! – топнула девочка ногой.
В спину Хайдена вонзилось холодное лезвие страха.
Дома было тихо, лишь по забросанной чертежами платформе шуршала мышь. Девочка храбро раздавила мышь ногой, из-под светло-коричневой туфельки вытекла густая кровь, замарала бумаги.
– Раст, кофе, – глухо приказал Хайден.
Робот послушно зашагал в тоннель. В его манипуляторе позвякивали жестяные банки.
Глаза девочки пожирали компьютер. Наконец она задумчиво произнесла:
– Нет, это ни при чем.
– Кто ты? – пробормотал Хайден.
– Меня зовут Оли.
Как будто это исчерпывающий ответ. Но девочке была безразлична вежливость.
– Ты показался мне интересным, – заметила она. – Тогда, на Бойме-стрит, ты стоял и смотрел на убийцу, оставившего жертву умирать у стены. Странно ты себя повел.
– Пусть люди сами разбираются со своими делами.
– При чем тут это? Ты не жалуешь гибридов, верно? Но ведь они тебе не сделали дурного. Не они заперли тебя здесь. Кто это?
Быстрым шагом Оли подошла к старой колонне и ткнула пальцем на прикрепленную к ней газетную вырезку.
– Тебя не касается, – прорычал Хайден.
Оли задрожала и опустила голову. Тусклый свет, озарявший подземелье, словно отступил от нее, ореол темноты сгущался у очертаний хрупкого силуэта.
– Уходи отсюда, – Хайден услышал свой голос как будто со стороны.
– Это ты убил его? – Детское удивление рвануло воздух. – Как смеешь ты называть себя гражданином, или это и есть право человека разобраться со своими проблемами?
– Что? Да как ты… маленькая…
Крик ужаса застрял в его глотке. Девочка шла навстречу.
– Кто? Кто я, по-твоему?
Глаза ее закатились, словно шары, упавшие в лузу бильярдного стола. Рот приоткрылся, с нижней губы тягучей нитью повисла слюна.
– Раст! – позвал Хайден пересохшими губами. – Раст.
Глазницы девочки расширились, и два отвратительных бурых отростка, похожих на щупальца улитки, вынесли глазные яблоки навстречу человеку.
В глубине тоннеля глухо шагал робот.
Оли иногда брали с собой в город, и девочка считала такие дни праздниками. Почти всю жизнь она провела в приюте Веспер-шира. Название, собственно, носил особняк, который богатый предприниматель, меценат и авиатор, основал совместно с йит.
В мире все теперь связаны, ничего удивительного, что Великие расы объединились с человечеством. Говорят, раньше всё было совсем иначе. Но если бы не доверие к Древним, которое прививалось с раннего детства, разве смогла бы она научиться доверять миру там, за воротами приюта?
Вряд ли. И вряд ли отважилась бы подойти к преступнику, который позволил умереть человеку на улице.
Она знала, что значит смерть, и никогда не жалела о том, что с ней сделали, это была малая плата за жизнь. В лаборатории ми-го ей пересадили некоторые органы йит, чтобы она могла побороть тяжелую человеческую болезнь. На такую операцию разрешение давал шеф полиции лично, ведь дело было даже не в том, что все гибриды состояли на особом учете.
Согласно представлениям Великой расы Оли была очень важной персоной. Именно так. Не каждая девочка ее возраста может обладать настолько ярким даром. Оли была на редкость сильным телепатом. Иногда ее услугами пользовалась та же полиция, и кстати, еще они угощали ее печеньем. В приюте, по правде сказать, печенья не допросишься – человеческие врачи убедили йит, что сладкое вредно для зубов.
Глаза давно привыкли к темноте, но темнота никогда не пугала Оли.
– Ты всё врешь! – кричал Хайден. Его лицо сильно побледнело, словно выцвело. – Копы отказались браться за это дело, но я знаю, что шогготская Корпорация занималась проектами Шума. Это они убили моего брата!
– Хантер был слабым Чтецом Шума, – полу-йит шагнула вперед, щупальца качнулись в такт, – но там, на ярмарке, я поняла, как ты общаешься со своим роботом. Удивительно… Твой брат и мечтать не смел о подобном, верно? Но ты предал, позволил Корпорации забрать его, чтобы самому выжить. Только что ты называешь жизнью?
– Это не так. Я не предавал. Ты врешь…
– Не выносишь гибридов, хотя сам не лучше. Понимаю твои мотивы, Чтец. Только ведь ты опасен для Корпораций, рано или поздно они найдут тебя. Шум закрыт для людей, это закон.
– Ты меня учить будешь, уродка?!
Щупальца вжались в глазницы, как если бы по ним хлопнули рукой. Девочка всхлипнула и бросилась по газетам и чертежам к выходу. Каблучки застучали по эскалатору.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
