Вся беда, по-моему, в пресловутой «черте оседлости». Будь у евреев возможность жить не в гетто, без всяких «процентных норм», наверняка не было бы и такого количества революционно настроенной молодежи. Нытье некоторых, что в этом случае евреи-де «захватили» бы, «погубили» и «заполонили» Святую Русь, на самом деле – не более чем комплекс неполноценности. Человек сильный, состоявшийся, уверенный в себе не боится никакой конкуренции с кем бы то ни было и в жизни не поверит, что его «заполонят»…
Ведь никакой другой страны (а повсюду, кроме России, евреи жили без всяких «черт оседлости»), евреи не «заполонили», не «развалили». Скорее даже наоборот: Британская империя достигла наивысшего расцвета и наибольшего приращения территорий, когда премьер-министром был не британский пэр, а крещеный еврей Дизраэли.
Английская писательница Канне Хьюитт так и пишет: «Никакого особого еврейского „политического лобби“ здесь не существует».
Есть у британцев интересная особенность: они каким-то образом ухитряются вбирать в себя представителей любых иных народов. Там, собственного говоря, существует одна «национальность» – британец. «Считаете ли вы себя при этом шотландцем, ирландцем или валлийцем, подозреваете ли, что ваша бабушка была француженкой или дедушка – русским, были ли ваши родители беглецами из нацистской Германии по причине своего еврейского происхождения – все это не имеет значения» (Хьюитт).
Напрашивается вывод: есть в британцах нечто, позволяющее им добиваться успеха и процветания безо всякого нытья об «уннутреннем супостате». И, соответственно, немало русских, увы, обладают кое-чем совершенно противоположным: привычкой сплошь и рядом сваливать собственную лень на козни «супостатов». А ведь для успеха нужно так мало: всего лишь не считать себя заранее слабее, глупее и бездарнее еврея. И все приложится!
И не стоит придавать такого уж большого значения тем деньгам, что давал на революцию многократно обруганный американский банкир Яков Шифф. Потому что вопрос следует поставить совершенно иначе: какие цели преследовал Шифф и достиг ли он таковых?
Цель Шиффа ясна: свобода и равноправие российских евреев. Но ведь она не была достигнута!
Свобода евреев при большевиках обернулась свободой заключенного в концлагере. Их дореволюционная, традиционная культура была бесповоротно разрушена. Иудаизм подвергался преследованиям с тем же рвением, что и прочие религии, – есть много воспоминаний бывших пионеров всех национальностей о том, как они с одинаковым усердием буянили и в православных церквах, и в синагогах. Древнееврейский язык, иврит, был объявлен реакционным и запрещен – а с ним, легко догадаться, угодил под запрет и огромный пласт литературы. Капиталисты-евреи лишились своих «заводов, газет, пароходов» столь же быстро, как и их русские коллеги. Многим еврейским интеллектуалам пришлось бежать за границу, это касалось не только борцов Жаботинского и Пасманика, но и поэта Саши Черного, чье единственное преступление заключалось в том, что он решительно не мог ужиться с Советской властью…
Евреев, выражаясь фигурально, переодели в казенное, обрили, сунули в руки винтовку и поставили в шеренгу «борцов за дело мирового пролетариата» – где они и в самом деле были вполне равноправны с русским или калмыцким соседом по строю… Этого хотел Шифф? Позвольте усомниться. Выходит, что не он использовал большевиков, а они – его.
Одним словом, как мудро подметил главный раввин Москвы Яков Мозес: «Революцию делают Троцкие, а расплачиваются Бронштейны».
Ведь «комиссары в пыльных шлемах» сами себя евреями уже не считали, никоим образом…
Что интересно, увлекшись вопросом о «германских сребрениках» и «золоте Шиффа», мало кто додумывается поискать совсем другие деньги…
Быть может, это и навязло у кого-то в зубах, но я не устану повторять вслед за М. Покровским: экономика – превыше всего. Во всем, что только в мировой истории происходит, надо в первую очередь искать экономическую подоплеку, а не сбиваться на романтическо-демонические сказки о масонах и сионских мудрецах.
Так вот, давайте сядем и задумаемся: существовала ли к 1917 году какая-нибудь сила, которой царская Россия была крайне опасна, как конкурент в тех или иных областях экономики?
Англия, только Англия, в первую очередь Англия!
Я другой такой страны не знаю, которая бы так опасалась усиления России…
Уже давно всплывают туманные упоминания о том, что в начале двадцатого столетия российская нефтяная промышленность всерьез начинала вытеснять из Европы английского конкурента и не на шутку ущемляла интересы небезызвестной «Ройял Датч Шелл» с сэром Генри Детердингом во главе…
«Нефть» – уже тогда было магическим словом! Уже тогда нефтяные войны начинали понемногу разгораться, потому что начинался век моторов. Уже тогда в этом бизнесе крутились капиталы, по сравнению с которыми все субсидии германского генерального штаба, все взносы Шиффа на революцию выглядят карманными серебрушками юной гимназистки. Конечно, нет точных данных, что именно английские нефтепромышленники субсидировали большевиков, но если учесть, кому в первую голову принес выгоды уход России с европейского нефтяного рынка… По крайней мере, это версия!
И еще одна любопытная связка: помимо всего прочего, появление Советской России еще и отодвинуло на на несколько десятков лет провозглашение Израиля. Теперь кое-кто получил в руки мощнейший аргумент против создания в Палестине еврейского государства. Зачем, если уж на карте мира появилась страна, якобы ставшая для евреев Эдемом?
Тот же вопрос: кому выгодно?
Да опять-таки Великобритании! Ей, и только ей!
Голда Меир: «Всего несколько лет прошло с тех пор, как Великобритания получила мандат на Палестину – а правительство уже проявляло довольно сильную враждебность к евреям. Хуже того, оно стала сворачивать еврейскую иммиграцию в Палестину и в 1930 г. угрожало вообще ее временно прекратить… В 1929 г. опять поднялась волна арабских беспорядков, и хотя британцы восстановили порядок, они сделали это с расчетом создать у арабов впечатление, что никто не будет особенно сурово наказан за убийство или ограбление евреев… Оказалось, что англичане куда более озабочены умиротворением арабов, чем выполнением своих обязанностей перед евреями… В Лондоне мне цинично сказали: „Вы, евреи, хотели получить во владение национальный дом, а получили всего-навсего квартиру в нем“. Но правда была еще горше. Начинало казаться, что квартирохозяин хочет и вовсе разорвать контракт…
