Читаем без скачивания Рай на заказ - Бернард Вербер

— Первые три месяца ученику ВЛЮ категорически запрещено смеяться. Если вас заметят хохочущим или просто улыбающимся, я лично накажу вас. Наш устав предусматривает телесные наказания.

— Телесные наказания? — с иронией переспросил Тристан. — Это что, порка?

— Щекотка, — совершенно серьезно ответила она.

Тристан удивился:

— Это удачно. Мне нравится щекотка. Мать щекотала меня перед тем, как уложить в постель, чтобы я быстрее заснул.

В лице Б явственно проступило что-то кошачье.

— Действительно, сначала это приятно. Потом уже не так... И наконец, становится вообще невыносимо.

Тристан подумал, что Б смеется над ним, но девушка говорила без тени улыбки, как хирург, описывающий этапы операции.

— Ясно... С юмором не шутят.

— Я буду учить вас тому, что узнала сама. До тех пор, пока вы не будете готовы перейти на более высокую ступень. Но запомните: сначала три месяца абсолютного запрета на смех.

— Почему?

— Тишина учит нас любить музыку, темнота учит любить цвета, война учит любить мир, а отсутствие смеха учит понимать юмор. Люди то и дело смеются из-за какой-то ерунды. Этим они губят свои истинные способности к смеху. И поверьте, через три месяца, когда вам наконец будет позволено засмеяться, вы станете действительно ценить свой смех.

Тристан взглянул на девушку: серьезность, с которой она говорила, произвела на него впечатление.

— Первый этап — изучение истории юмора. Занятия будут проходить в зале Истории на первом этаже западной зоны.

— Можно вопрос? Как вас зовут?

— Называйте меня Б.

— Чем ты занималась раньше, Б?

Девушка шагнула вперед и расправила плечи.

— Господин Маньяр, я знаю, что вы — богатый и знаменитый профессиональный комик. Но имейте в виду, меня это совершенно не впечатляет, — сухо ответила она. — Рассмешить толпу может любой. А вот смешить по науке — это совсем другое дело. То, чем мы занимаемся здесь, — очень важно. И для начала я запрещаю вам обращаться ко мне на «ты».

— Я...

— Полагаю, вы не до конца понимаете, куда попали и как вам повезло, господин Маньяр. Юмористическая духовная традиция — это больше, чем религия, это аскеза. Юмор даст вам то, чего до сих пор вам не дали ни семья, ни церковь. Он даст вам то, чего не принесли ни богатство, ни популярность.

— И что же это?

— Умение осознанно смеяться и смешить.

Тристан пожал плечами:

— Все-таки не стоит преувеличивать. Я...

Б пристально посмотрела на него своими большими светлыми глазами.

— Великий Магистр сказал вам: «Смех — это боевое искусство». Это место — Шаолиньский монастырь юмора. До сих пор вы размахивали кулаками и строили из себя крутого, мы же сделаем вас Брюсом Ли в юморе. Ваши анекдоты будут бить без промаха. Вы научитесь взвешивать каждое слово, каждую запятую и восклицательный знак, чтобы ваше искусство смешить людей стало совершенным. Идеальный анекдот подобен сабле из закаленного булата. Он попадает точно в цель, рассекает, оставляет глубокий след. И тогда, господин Маньяр, вы поймете, что такое вершина искусства, к подножию которого вы только подошли.

Тристану захотелось разрядить атмосферу, и он засмеялся, словно бросая вызов своей наставнице. Девушка тут же бросилась на него, зажала голову в клещи, сделала подсечку и опрокинула навзничь. Усевшись ему на спину, она бедром прижала его шею к полу и принялась щекотать. Слезы брызнули у Тристана из глаз, но Б не остановилась и тогда, когда он стал задыхаться. Он колотил по полу руками и ногами, лицо раздулось и покраснело, в висках стучало так, что казалось, голова вот-вот лопнет. У Тристана даже не осталось сил умолять свою мучительницу о пощаде.

На протяжении следующих трех месяцев Тристан Маньяр не засмеялся ни разу.

Б объяснила, что сокращение ВЛЮ означает «Великая Ложа Юмора». Это был один из самых малочисленных, самых древних и, главное, самых тайных оккультных орденов.

Тристан начал изучать историю юмора. Он узнал, как человек впервые засмеялся. Согласно результатам исследований, проведенных специалистами ВЛЮ, однажды саблезубый тигр преследовал неандертальца. В тот момент, когда хищник уже настигал жертву, на него упал обломок скалы и раздробил ему позвоночник. Крайний ужас сменился внезапным облегчением, и наш предок впервые засмеялся. Сразу после этого неандерталец оступился и провалился в трясину. Он утонул, а его челюсть навеки застыла в том положении, в каком была, когда доисторический человек смеялся. Рядом находился раздробленный скелет саблезубого тигра. Ученые нашли их, и след от обломка скалы помог восстановить всю сцену и обстоятельства, при которых впервые в истории человечества прозвучал смех.

Ученые из Великой Ложи полагали, что описанное выше удивительное событие произошло примерно в 80 000 году до н.э. По их мнению, именно тогда возникла человеческая цивилизация. Благодаря юмору. Смех освободил человека от страха. Смехом человек показал, что он один способен превратить ужас в удовольствие — за счет особенностей функционирования своей нервной системы.

Далее наступила долгая эпоха грубого, скатологического, «сортирного» юмора. Впрочем, его следы сохранились и до наших дней, составляя основу детского юмора и культуры комичного у множества примитивных цивилизаций. По словам Б, единственная шутка, над которой смеются все народы без исключения, — это «пердящая собака».

После «сортирного» юмора настал черед юмора, выражающего пренебрежительное отношение к представителям противоположного пола. Отныне мужчины считали юмором насмешки над женщинами, а те — подтрунивание над мужчинами. Так мужчины и женщины преодолевали взаимное недоверие друг к другу. Юмор претерпел новые изменения в эпоху создания первых городов, около 5000 года до н.э. Появились шутки по поводу «человека, наступившего на грабли», «человека, засмотревшегося на небо и не увидевшего ямы у себя под ногами» или «прохожего, который шел, опустив голову, и не заметил цветочного горшка, упавшего из окна».

Возникновение националистических настроений повлекло за собой появление юмора с расистским подтекстом и первых злых шуток про другие народы. Очень скоро появились анекдоты про хеттов или ассирийцев, которых соседи считали тупыми и грубыми, а позже распространились анекдоты про нумидийцев и парфян.

Несколько знаменитых комиков были официальными шутами при фараонах. Более десятка их коллег состояли при дворе царя Соломона, который очень любил это развлечение.

Но лишь с появлением классического греческого театра такие авторы, как Аристофан (р. 445 г. до н. э.) или Менандр (р. 342 г. до н. э.), начали сочинять целые комические спектакли для широкой зрительской аудитории. Чаще всего это были пьесы из пяти актов, в которых действовали смешные, как правило, типические персонажи. У римлян к таким драматургам относились Плавт, родившийся в 254 году до н. э., и Теренций — греческий автор, выходец из Карфагена. Все перечисленные драматурги изменили свойственные их современникам представления о комическом, предложили новые темы и открыли новые способы изучения юмора и его роли в жизни.